Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

сцепивший руки за спиной и гордо расправивший плечи, как обычно, смотрел на все с презрением. Однако его холодный взгляд был напряжен.

Что-то здесь было неправильно. Очень неправильно.

Краем глаза я заметила, как промелькнула серебристая вспышка, и за ближайшей телегой исчез полупрозрачный подол платья. В груди нарастали тревога и растерянность. Я оглядела улицу, ища глазами хоть какие-то следы призраков, потому что сейчас на острове будто переплелись царства живых и мертвых. Я встряхнула головой, чтобы прийти в себя. Завеса разделяла миры. Они просто не могли сливаться, а что-либо иное было попросту невозможно.

«Тогда присмотрись повнимательнее», – вспомнились слова Рида и кровоточащий нос Лу, когда я открыла завесу у них на кухне.

Я с трудом сглотнула и подошла ближе к Михалу. На улице повсюду замелькали силуэты. Они прятались на крышах и в переулках, стояли неподвижно и молча, словно хищники. Теперь я видела их лучше, чем раньше. Ощущала их взгляды на нас, как клинок у своего горла.

Вампиры слетелись, будто стервятники на мертвую добычу.

Жители острова тоже их ощущали. Моряки и торговцы разбегались от их горящих глаз, прятались в пабах и лавках, словно чутье подсказывало им найти убежище.

– Ты же подавил прошлый переворот, – прошептала я Михалу. – Почему все так напряжены?

Одисса с мрачным упреком посмотрела на него.

– Это не народное волнение.

Вдалеке пророкотал гром, словно подчеркнув ее слова, и смельчаки, оставшиеся на улице, украдкой бросали на нас взгляды.

– Жители напуганы. Вампиры тоже, – добавила она и втянула носом воздух. – Хоть они не знают ничего о завесе, не понимают, чего именно боятся, но чувствуют, что она разорвана. Видят, как это сказывается на острове.

– Видят? – поспешно спросила я. – Кровь и… все остальное?

Одисса напряглась еще сильнее, будто пожалела о сказанном.

– Вероятно, видят, – вместо нее ответил Дмитрий. – Я тоже все вижу.

Вздрогнув, он бросил взгляд на противоположенную сторону улицы, где… сидел скелет кота и, помахивая хвостом, смотрел на нас.

– Да и чувствую тоже. Запах.

Нахмурившись, я отвела взгляд от кота и снова вдохнула. В истончившемся холодном воздухе ощущался электрический заряд грома и нотки чего-то еще.

– Это аромат… цветов?

Я сосредоточилась на нем, последовала за ним сквозь соленый воздух, запах пота и водорослей, мимо шелковых шалей и кожаных сапог торговца.

«Розы».

Желудок сжался, как кулак.

«Он похитил у меня Филиппу и проделал разрыв в завесе, который не зарастает. Не те трещинки, которые делаешь ты».

– И что-то еще… – Я смолкла на полуслове, стараясь прочувствовать другой запах, более сильный. – Что это?

– Ты тоже его чувствуешь? – слегка удивилась Одисса.

Я посмотрела на замок, пытаясь понять, откуда идет аромат. В животе у меня странно кольнуло – меня словно на крючке потянуло ближе к разгадке.

– Любопытно, – произнесла она.

– Что любопытно?

– Не все могут почувствовать собственный запах.

Жар залил шею.

– Хочешь сказать, этот запах…

– Твой, – резко бросил Михал. – Ты пахнешь Смертью.

Он покачал головой, увидев мой ужас.

– Это не зловоние, Селия. От тебя не пахнет гнилью. Скорее… – Он смолк, пытаясь подобрать нужное слово, и наконец махнул рукой. – Вот так, и запах только усилился после твоего превращения.

– Прошу прощения?

Он так и не уточнил, как я пахла, а просто подозвал Павла и Ивана – двух вампиров, которые сопровождали меня в канун Дня Всех Святых. У Павла были густые черные волосы и ослепительно белая кожа, Иван же полностью брил свою темную голову. Они вышли к нам из тени. В их бледно-голубых глазах плескалось презрение, когда они смотрели на меня. Похоже, они нисколько не изменили своего мнения обо мне, пускай я и тоже стала вампиром.

Однако взгляд, которым они смотрели на меня, мерк в сравнении со взглядом, которым они наградили Дмитрия. Не отрывая от него глаз, они встали по обе стороны от него – нависли над ним. У Ивана заходили желваки, а у Павла вздулись вены на горле. Вероятно, они знали, что натворил Дмитрий в День Всех Святых, знали, что он свернул Одиссе шею. Как бы там ни было, они хотели, чтобы Дмитрий понял, насколько они недовольны.

Однако Дмитрий, судя по всему, ничего не заметил и, спрятав руки в карманы, весело их поприветствовал.

– Здравствуй, Иван. – Он наклонил голову. – Павел.

Они не ответили, и Дмитрий подергал ворот с печальной усмешкой.

– Мы с тобой не пользуемся популярностью, да, Селия?

Одисса, поджав губы, посмотрела на замок.

– Не волнуйся, братишка. Когда-нибудь они простят тебя.

Однако про меня она ничего не сказала, и кажется, умолчала намеренно.

– Павел и Иван вызвались быть твоими личными стражами, – еще жестче, чем раньше, сказал Михал, словно до этого никто не проронил ни слова.

Я нахмурилась, услышав его явную ложь. Крупная капля дождя упала мне на волосы.

«Нет. – Я вытерла ледяную воду с прядей и посмотрела на пальцы. – Снег с дождем».

– Тебе решать, просить их о помощи или нет, но они оба останутся в твоем распоряжении.

– Неужели это сейчас самое важное? – Взгляд Одиссы отчего-то потемнел.

– Довольно, Одисса.

– Довольно? – изумленно прошептала она, нахмурившись, но я ее услышала. Все ее услышали. – Селия – вампир, Михал. Зачем приставлять к ней стражей, когда она сама может себя защитить? По острову до сих пор бродят восставшие.

По моему телу пробежали мурашки. Михал давно напрашивался, чтобы Одисса все ему высказала, однако раньше она никогда открыто ему не перечила. Но видимо, всегда что-то случается впервые. Возможно… сегодня и будет этот первый раз. Здесь. Сейчас. Из-за меня.

Я бросила взгляд на вампиров, враждебно косившихся на нас, и поискала глазами карету.

– Обсудим это позже, кузина, – сказал Михал, словно прочитав мои мысли.

Однако Одисса не унималась и схватила его за рукав. Ее губы едва шевелились.

– Дима сказал правду? Они уже сожрали двоих из нас?

«Господи боже».

– Откуда Диме знать? По его собственным словам, его не было на острове.

Ухмылка Дмитрия увяла.

– Мне написала Марго. Она… напугана. На прошлой неделе на нее в лавке напал мертвец. Вылез прямо из безымянной могилы в саду.

Внутри все сжалось при мысли о том, что милую Марго Жанвье и ее очаровательную цветочную лавку растерзает оживший труп.

– Как она?

– Потрясена, но невредима, – прошептал Дмитрий. – Вместе с ведьмой, живущей по соседству, они закрыли мертвеца в цветочном горшке.

– Итак? – спросила Одисса Михала прежде, чем я успела как-то выразить свое облегчение. – Это правда?

– А что, если да?

– Если да, – прошептала она, – может, тогда не стоит отправлять Павла и Ивана нянчиться с Селией? – Она виновато на меня посмотрела. – Сейчас самое