Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

если я скажу, что сегодня ты выглядишь просто сногсшибательно?

Он оправил жилет из парчи и улыбнулся.

– Вообще-то да, станет.

– А Бо точно стоит разжигать камин? – Рид опустился рядом с Лу, вытянул длинные ноги и отпил ее горячего шоколада. – В последний раз, когда он играл с огнем, едва не спалил весь город.

Бо, прищурившись, посмотрел на него.

– Играл? Ты хотел сказать, что я спасал ваши неблагодарные шкуры…

– Так вот что ты тогда делал.

Коко поцеловала Бо в щеку, не дав ему возразить.

– И мы очень благодарны тебе за это.

Бо немного успокоился и посмотрел на Коко, которая снова устроилась на коврике. В его темных глазах вспыхнула страсть. Нет. В них пылала любовь. Если я хоть немного разбираюсь в людях, то точно знаю, что он подарит Коко на Святки в этом году.

Вопрос лишь в том, когда именно.

Не в силах сдержать легкомысленную улыбку и бросая на них украдкой взгляды, я раздала оставшиеся подарки, стараясь не выдать тайны Бо. Я протянула Одиссе подарок в яркой бумаге, и она, с интересом поглядев, повертела его в руках и потрясла.

– Прекрати! – Я выхватила коробку у нее из рук и с негодованием прижала к груди. – Это вообще-то сюрприз!

– Я пытаюсь понять, что там.

Одисса сидела в любимом матушкином кресле с высокой спинкой. На ней было роскошное платье из изумрудного и алого шелка, а темные волосы украшал огромный венок из пуансеттии. Такой наряд вызвал бы смех, но Одисса, благодаря своей сверхъестественной красоте, выглядела словно рождественский ангел. Ну или почти как ангел, ведь в руках она держала кубок с кровью.

– Хочу понять, от кого подарок.

– И это тоже против правил.

Я развернулась, спрятала ее подарок под подушкой, подальше от ее любопытного взгляда, и вручила Михалу последний подарок, завернутый в серебристую бумагу с темно-изумрудными звездами. Одисса разглядывала его несколько секунд и с довольным видом повертела кубок.

– Это от Рида.

Я бросила на нее сердитый взгляд, а она лишь дернула изящными плечами.

– Ты посмотри на эти углы, они же острее балисарды. Он, наверное, бумагу не отпарил.

– Отпарил, – хихикнула Лу и завязала ленточку на косе Коко. – Сама видела. И подарок он выбирал аж несколько недель.

Михал засмеялся и непринужденно опустился на диван, положив руку на спинку. Щеки у меня вспыхнули, когда я вспомнила, как он сидел на другом диване. Он посмотрел на меня, и его глаза немного потемнели, а губы изогнулись в усмешке – он тоже вспомнил об этом.

В животе разлился жар. Его взгляд был так похож на взгляд вампира, которого я знала, и в то же время нет. Когда-то я бы подумала, что, только когда он стал человеком, в его глазах появилась нежность, но это не так. Когда Михал смотрел на меня, его взгляд всегда был нежен.

Отчего-то этот прекрасный, невероятный мужчина, который некогда держал в своих руках истинную власть и, вероятно, мог бы вечно править на нерушимом троне, выбрал быть здесь. Здесь! В обшарпанной гостиной моей матушки, среди омелы, мишуры и котов.

Тулуз запрыгнул на колени Лу, а Рид поморщился, когда Мелисандра, бросившись за котенком, вцепилась ему в штаны.

– Не то чтобы несколько недель…

– Надеюсь, вы не забыли, что игра называется «Тайна Пер-Ноэля»[12], – сказала я.

Уперев руки в бока, я свирепо посмотрела на всех, хотя улыбка не сходила с моего лица. А как иначе? Михал смотрел на меня так, словно вот-вот схватит и утащит в темный угол, чтобы предаться разврату. Я притворилась, что не заметила его пристального внимания, но улыбка у меня стала еще шире.

– Главное тут слово «тайна». Вы что, хотите испортить Рождество?

– Святки, – одновременно сказали Лу и Коко.

– Рождество, – едко возразила матушка.

Она зашла в комнату, неся поднос с праздничным шоколадным тортом в виде полена, сливовым пудингом и грушевым пирогом со специями. В животе у меня заурчало от роскошных ароматов.

– Хотя, если кто-то еще хочет испортить этот святой день, у вас есть соперники.

Как по команде из кухни донеслись голоса Филиппы и Дмитрия, которые звучали так, будто они пытались прибить друг друга.

– Это же соль, а не сахар! – прорычала Филиппа.

Раздался зловещий грохот, будто она запустила солонку в лоб Дмитрию. Он злобно выругался.

– Соль подчеркивает вкус блюда!

– Но не четыре же ложки…

Бо с сомнением покосился на угощения.

– Я, конечно, восхищаюсь любовью Дмитрия к кулинарии, которую он недавно открыл для себя, но все же позволю вам первыми попробовать эти деликатесы…

Матушка с грозным видом сунула поднос ему в лицо.

– Чепуха, ваше величество. Этот пудинг месье Петров приготовил специально для вас.

Все взгляды упали на пудинг, который выглядел немного… затвердевшим.

В животе все свело, а Бо, с трудом сглотнув, взял нож и подцепил кусочек.

– Постой, – тяжело вздохнул Рид, оттеснил брата в сторону и взял пирог.

На вид он хотя бы был пропечен, и Рид, не прожевав кусок, умудрился даже проглотить его. Слава богу. Ради Дмитрия я тоже взяла кусочек. С тех пор как стал человеком и поселился в Цезарине, он воспылал страстью к еде. Выпечка, мясо, а на прошлой неделе сварил вполне съедобный суп из сельди.

К его чести, отравились мы всего один раз.

Словно вспомнив ту ужасную ночь, Михал коснулся моей руки и покачал головой, когда я поднесла кусочек ко рту.

– Не ешь.

Матушка бросила на него сердитый взгляд.

Из кухни показались Филиппа с Дмитрием, и Михал, воспользовавшись случаем, кинул пирог в огонь.

– Святые небеса! – ахнула матушка, и ее глаза расширились.

Грозное лицо Филиппы было перепачкано в муке, а Дмитрий довольно ухмылялся. Его бархатный ворот был измазан в джеме, прилипшим к пальцам Филиппы.

– Во имя всего святого, что случилось?

– Когда я отобрала у него соль, – процедила сестра сквозь зубы, – он швырнул в меня мукой. Мукой!..

Дмитрий тут же ощетинился.

– Ты выбила соль у меня из рук и набросилась на меня с банкой абрикосового джема. Вкус у него, кстати, отвратительный…

– Повезло тебе, что это был джем…

– Это точно, Дима, – кивнула Лу. – Там на столе лежали разделочные ножи.

– И сковорода, – добавила Одисса.

– Бросаться едой? – поджав губы, раздраженно проворчала матушка и громким звоном поставила поднос. – Если мне придется разлучить вас, я так и сделаю…

– Прошу, уважь меня.

Филиппа прошла через всю комнату и, скрестив руки на груди, прислонилась к двери подальше ото всех, а Дмитрий сел рядом с Михалом. Он хотел уже и дальше поддразнить мою сестру,