Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

его лица. Его невозмутимость была ожидаемой, и все же к горлу подкатил ком. Как же я хотела, чтобы хоть раз он снял свою маску непроницаемости и позволил мне увидеть его эмоции, которые он пытался скрыть, – ради него самого и ради меня. Вампир передо мной был лишь частью Михала, а когда-то он был юношей, так сильно любившим свою семью, что согласился на сделку со Смертью и пожертвовал всем ради родных.

«Он… когда-то оказал мне услугу. С тех пор я каждый день жалею об этом».

Однако я не могла не думать о том, что в решающий миг он наплевал бы на последствия и сделал все то же самое. Чтобы спасти Милу.

И спасти меня.

Михал наклонил голову.

– До тех пор, пока буду нужен тебе, Селия.

У меня перехватило дыхание, и я знала, что он услышал это, потому что закрыл глаза – всего на секунду, словно моя невольная реакция причинила ему боль. Я хотела спросить почему. Хотела узнать, но он уже открыл глаза.

– Он как-то навредил тебе?

Я покачала головой, но все же невольно бросила взгляд на свою руку, и от Михала это не ускользнуло. Он помрачнел.

– Подойди, – сказал он.

Я тут же подчинилась. И хотя в его голосе сквозила угроза, я без колебаний подошла и села на край постели.

– Со мной все хорошо… – пробормотала я, посмотрев на него.

Я не успела договорить, а Михал взял меня за руку. Его прикосновение было нежным. Он посмотрел на мою ладонь и порез от серебряного ножа Смерти. Я сжала пальцы, чтобы скрыть его.

– Да ерунда. Сущий пустяк.

И все же я завороженно смотрела, как расширились его зрачки, как заскользили его пальцы по моему плечу вниз, к локтю. На руке должны были остаться отпечатки от прикосновений Смерти, но их не было.

Благодаря Михалу.

Однако он, кажется, знал, где они должны были быть, поэтому посмотрел на меня, и в его глазах сверкнула холодная угроза.

– Когда Смерть нанесет новый визит, я встречу его. Больше он к тебе не прикоснется.

Мурашки пробежали у меня по телу от перемены в его голосе, а потом пришло осознание, что он сидел рядом, нависал надо мной. Его лицо было зловещим, а тело – прекрасным и нагим. Меня захлестнул жар, обжигая щеки и уши, и я с трудом сглотнула, глядя Михалу в глаза и отказываясь смотреть ниже. В животе все сжалось, затрепетало от удовольствия. Какая же я глупая – надо было попросить его одеться или убежать подальше от него.

«Ага, например через все королевство», – подумала я, а по телу отчего-то пробежала дрожь.

Поступи я так, возможно, сейчас бы не осознала, что Михал похож на древнего языческого бога. Каждый дюйм его тела был словно высечен из камня. Вероятно, я бы не заметила, как отблески пламени свечей плясали на его груди, руках, животе и подчеркивали каждую линию тела. А он сам казался здесь более могущественным, сокрушительным, хоть и стоял передо мной на коленях на шелковых простынях.

Тишина затягивалась, а в его глазах разгорался огонь. Потом Михал нежно – так нежно – провел пальцем по моей ладони.

– Выпей мою кровь, Селия. Исцелись.

«О боже».

Растерянная, я отползла от него и, заикаясь, выдавила:

– П-прости, что так плюхнулась на тебя. М-мне жаль. Ужасно жаль! Это все…

Полная решимости смотреть на пещеру, а не на него, я взволнованно указала рукой на его тело. Хорошо, что мертвецов больше не было видно в водовороте. Вероятно, их сожгли: в воздухе висел запах дыма.

– Просто… Да у меня рука даже не болит и… Я пойду лучше проведаю матушку. Да.

Я закивала, как безумная, и слегка поежилась от того, как легко звучал мой голос в пещере. Как жизнерадостно.

– Наверняка с ней все хорошо, как ты и сказал. И со мной тоже все хорошо, но я оставила ее одну в замке вампиров…

Михал ухватил меня за талию прежде, чем я успела соскользнуть с постели и просочиться сквозь пол.

– Хорошая попытка, – тихим ровным голосом произнес Михал, – но твою комнату сторожат Павел и Иван. Почему ты бежишь от меня?

– Вовсе не бегу. Просто…

Я подыскивала нужные слова, но не могла – я ощущала лишь его ладонь на своей талии. Его прикосновение такое… приятное. Сильное. Мне стало дурно от жара, я закрыла глаза и стиснула руки в кулаки, чтобы унять дрожь.

«Сейчас не время. И не место».

Нам столько еще нужно было обсудить, а мой порез мог подождать. И подождет. Я боялась, что иначе останусь в его постели навсегда.

– Я не хотела мешать тебе. Да. Не собиралась приходить к тебе…

– Почему нет? – сухо спросил Михал. – Наносишь визиты Смерти, но не мне?

У меня распахнулись глаза. Захотелось тут же оправдаться, и я ухватилась за эту мысль, как за спасительную соломинку, хотя невольно прижалась спиной к его груди.

– Я не наносила визитов Смерти. Он выкрал меня из постели, но…

Михал слегка напряг руку.

– Из постели?

– Не совсем. Он… я…

Слова путались, кровь Михала гремела в ушах, и мне страшно хотелось прижаться к нему всем телом. Однако легкое беспокойство удерживало меня. Оно завязалось узлом в животе, и я не могла не думать о нем, потому что кровать – это не дерево в лесу.

Оживший мертвец не нападет на нас.

Сейчас мы с Михалом одни, и он обнажен. Если все пойдет дальше, все пойдет до конца и… я ведь не хочу этого, так?

«Не отдавай ему ничего, что нельзя будет забрать обратно», – однажды предостерегла меня матушка, когда я встречалась с Ридом.

В пятнадцать лет я сказала ей, что люблю его, и мое признание встревожило Сатин. Теперь я поняла, чего она боялась.

Однако Михал не Рид. Он… нечто большее.

«До тех пор, пока буду нужен тебе, Селия».

Казалось, он почувствовал мой растущий страх. Молча он убрал руку с моей талии и отодвинулся, не обращая внимания на мой слабый протест.

– Ты напугана, – просто сказал он.

Михал потянулся за простыней, чтобы обмотать ее вокруг бедер, и я схватила его за руку и призналась:

– Я боюсь не тебя. Просто… я никогда не видела обнаженного мужчину.

Мы встретились взглядами, и всплыли слова, сказанные в другое время, в другом месте, другим Михалом. Мы вспомнили о «Бездне».

«В этом слове нет ничего плохого», – сказал мне тогда Михал.

«Каком слове?»

«Девственница».

К моему облегчению, Михал не выглядел разочарованным. Долгое мгновение он молчал, но