Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

существа со сверхъестественными способностями. Вряд ли она могла скрываться от них, тем более теперь, когда магия была нарушена. Я скрипнула зубами. Мои сомнения – а может, и легкая робость – сменились желанием защитить Михала. Я ведь думала, что он и правда тогда погиб.

– Неужели вампиры не знают о вас, Матильда? – спросила я.

– О, они знают, что в отдаленном уголке острова живет какая-то могущественная ведьма, – сказал Михал. – И знают, что лучше с ней не связываться. Однако они понятия не имеют, кто она на самом деле. Что она на самом деле, – добавил он многозначительно.

– В смысле, что она… прабабка Госпожи Ведьм?

– И не только.

Это не ответ, и все это прекрасно понимали. Однако я не успела ничего спросить – Матильда, фыркнув, плюхнулась на диван и устроилась на подушках.

– Кажется, мы зашли в тупик, да?

Все следы древней могущественной силы исчезли, и она, приняв недовольный вид, скрестила руки на груди и сказала:

– Я сохраню твою тайну, но не буду делать никаких одолжений.

Последнее слово она произнесла, будто ругательство, и Михал медленно выдохнул, словно молясь не потерять терпение.

– У всего есть цена, Матильда. Чего ты хочешь, если не услугу и не дом?

Она поджала губы и положила скрюченные пальцы на пышную грудь. Немного подумав, ведьма сказала:

– Хочу свою шляпную коробку.

Если она и ожидала определенного ответа на свою странную просьбу, она его не получила – во всяком случае, не от Михала. Я же, однако, недоуменно поморгала и нахмурилась, чувствуя, как росло замешательство.

– Шляпную коробку? Ту, что вы подарили Одиссе?

– Подарила? – Матильда вскочила на ноги и, поморщившись, вскинула скрюченный палец наверх. – Она принудила меня! Обманула! Могла бы уж просто пытки применить…

– Согласен.

Больше не говоря ни слова, Михал прокусил ладонь и протянул окровавленную руку Матильде, которая настороженно на нее посмотрела. Однако спустя мгновение – которое невозможно было ничем объяснить – она, вздохнув, вынула из кармана серебряный нож и провела острием по ладони. Потом хлопнула ею по ладони Михала. Глядя на них с ужасом и восхищением, я почувствовала, как внутри все сжалось. Матильда раздраженно щелкнула пальцами, и в воздухе повеяло ароматом магии. Сейчас он был нежный, но стойкий.

– Клятва на крови, – сказал Михал и поддержал пошатнувшуюся Матильду. – Твоя шляпная коробка в обмен на все, что ты знаешь о восставших… и о том, как их одолеть.

– А если я не знаю, как с ними расправиться? – не удержалась Матильда.

– В твоей коробке заперт мертвец, – сказал он, – поэтому надеюсь, что все-таки знаешь.

Матильда выругалась, и ее магия запульсировала, вторя ей, – один, два раза, – а затем превратилась в едкое облако, пахнущее благовониями и землей. А еще – гнилью. И только тогда она отпустила Михала, свирепо глядя на него.

– Я уже говорила, как сильно ненавижу вампиров?

Сад Матильды был полон растений всех цветов и размеров так же, как ее домик был полон всякого хлама. В саду рос не только орехокрыльник, но и рододендроны, азалии, степные розы, древовидные пионы, глициния. Они словно отгораживали домик от леса, как и грядки с капустой, морковью, кабачками, луком-пореем, грибами и десятком других незнакомых мне овощей. Здесь же располагался и дворик, вымощенный камнем. Усыпанный лепестками пруд с лилиями и лягушками завершал обманчиво идеалистическую картину.

Обманчиво, потому что, к сожалению, все было мертво.

Всё, кроме медведя.

Я старалась не пялиться, когда зверь, демонстративно повернувшись к нам спиной, побрел вдоль пруда, а потом лег на живот и недовольно вздохнул.

Воздух был пропитан запахом гнили и роз.

Мы сели за ржавый столик под ивой. Вид у Матильды был недовольный. Листья, пожухлые и почерневшие, тихо шелестели над головой. Матильда попросила кофе.

– Хм… – Я неуверенно посмотрела на домик. – У вас есть повар, мадам? Я никого не видела, пока…

– …рыскала в моем доме? – Матильда забарабанила скрюченными пальцами по столику. – Проныра. И не мадамкай мне тут.

«Ладно».

Я стиснула зубы, полная решимости закончить этот разговор и не оказаться в пасти медведя.

– Тогда, может, перейдем к делу? Расскажите, пожалуйста, о восставших.

– Я вообще-то попросила кофе, – раздраженно заметила Матильда.

– Да, но, как мы уже поняли, в доме нет прислуги…

– Кто там что понял? Не смей додумывать за меня, бестолочь. Разумеется, у меня есть прислуга. Если ты не видишь и не слышишь их, это не значит, что их нет. – Она тяжело выдохнула через нос. – Ты меня за кого принимаешь?

Задняя дверь распахнулась прежде, чем я успела ответить – а ответить мне очень хотелось, – и я тут же захлопнула рот, увидев, как тележка сама по себе покатилась через порог. На ней хаотично подпрыгивали графин и четыре чашки из разных наборов, а вместе с ними сахарница и кувшин с молоком. Из сахарницы сыпался сахар, а из кувшина лилось молоко. Матильда хмыкнула и щелкнула пальцами, и следом из двери выпрыгнула швабра. Со стуком она упала на мощеный дворик. Матильда щелкнула пальцами снова – один, два, три раза, – но швабра не пошевелилась, и ведьма хмуро посмотрела на кровь, вновь потекшую из носа.

– Даже не думай, – бросила она, увидев, что я посмотрела на кровь.

Я примирительно подняла руки. Меня не касалось, что там у Матильды с ее магией. Мы пришли, чтобы узнать о восставших – и похоже, только она знала о них, – а значит, мне стоило прикусить язык и не лезть не в свое дело.

К сожалению, я так и не научилась этого делать.

– Вам больно? – не удержавшись, спросила я.

Я обвела взглядом ее нос, швабру и тележку, которая, задрожав, остановилась в футе от нас. Графин, кажется, застонал.

– Магия нарушена. Только прислушайтесь к кувшину. Зачем вы используете колдовство, раз оно на вас так сказывается?

Матильда уставилась на меня так, словно я сошла с ума.

– Потому что я – ведьма.

– Да, но…

– Перестань все усложнять, цветочек, – посоветовала она. – Я – ведьма. Хорошо это или плохо, но магия – часть меня. Я не могу противиться ей точно так же, как лугару не может сопротивляться зову луны. – Она насмешливо фыркнула и подтянула к себе тележку. – Так, о чем это я? Мой ответ мало что значит для таких, как ты.

Я поморгала, не желая признавать ее правоту.

– Потому что я не ведьма?

– Потому что ты вампирша, которая все еще считает себя человеком.

Она сверкнула глазами, посмотрев на Михала, а я застыла. Матильда неодобрительно скривилась.

– Нет ничего опаснее, чем притворяться тем, кем не являешься. Правда, кровосос?