Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

не последовало, и я снова трижды постучала. Я повернулась к Михалу, полная решимости уговорить его прийти позже, но он коротко мотнул головой.

– Ты же помнишь предостережение Милы. У нас нет времени на любезности, Селия. А даже будь у нас лишнее время, Матильда не ответила бы нам взаимностью. Мы не уйдем, пока не поговорим с ней.

– С чего ты вообще взял, что она здесь?

– Она здесь, – просто ответил он.

Ладно. Ладно! Все равно никого на этом треклятом острове не волновали манеры. Матильда вообще скармливала людей и животных цветам. Одисса вырвала Михалу сердце. Дмитрий собирал памятные вещи несчастных, которых загубил из-за своей жажды крови. Возможно, и мне пора было отбросить всю рассудительность.

Почувствовав необъяснимую дерзость, я приподняла подол платья, чтобы взяться им за дверную ручку, но Михал, чуть коснувшись моей руки, остановил меня.

– Лучше я.

Я успела лишь сердито на него взглянуть, как он выхватил подол у меня и обвязал им себе руку.

К моему удивлению, ручка легко повернулась. Только вот…

– Проклятье, – пробормотал Михал.

Он сжал руку, обернутую в мое платье, в кулак, и я сразу поняла почему: дверная ручка укусила его, и из двух ранок побежала кровь. Из двух крошечных следов от клыков.

– Она точно знает, что мы здесь, – с горечью усмехнулся Михал.

Я хмуро посмотрела на дверную ручку, а серебряные зубы снова превратились в гладкий металл.

– Я думала, Матильду не беспокоят вампиры. Зачем ей кусачие ручки?

– Матильда считает себя очень забавной.

– Неужели?

– Ты мне скажи.

Скупо улыбнувшись, я приподняла подол и оторвала кусок от шелковой нижней юбки. Михал скользнул взглядом по моей ноге, а я попыталась не обращать на это внимания. И на пьянящий запах его крови тоже.

– Все равно не понимаю, почему она поселилась на острове вампиров.

– Из-за Милы, – тихо произнес Михал, глядя, как я обвязывала его руку шелковым лоскутом. – Когда Матильда передала титул Госпожи Ведьмы дочери, Мила уговорила ее поселиться на острове. Они познакомились, когда Матильда была еще молода, и с тех пор стали неразлучны.

Я сжала руку Михала и мыслями невольно вернулась к Филиппе. Сердце сжалось.

– Откуда Матильда знает о восставших? Вы с Одиссой… ну, даже понятия о них не имели, пока Коко не рассказала, а она вычитала о них в гримуаре своей тетки. Если только Матильда не была знакома с Ля-Вуазен.

– Она сама тебе все расскажет.

Когда я закончила перевязывать ему руку, Михал толкнул дверь.

– Прошу, заходи.

Мы тихо вошли в дом и оказались в уютной кухне с огромным каменным очагом. С деревянных балок свисали сушеные травы, на решетке подогревался медный чайник, на каминной полке выстроились черепа – остатки трапезы орехокрыльника.

– Я так понимаю, ты… знаком с Матильдой.

Михал обвел комнату взглядом, пытаясь понять, была ли здесь ведьма.

– Да. Мы виделись дважды. Первый раз – когда она только прибыла на Реквием, и второй – когда прибыла ты.

– Что? Почему?

– Какая ты любопытная, а?

Сердито покосившись на него, я прошла вглубь дома, заглянула в маленькую ванную комнату, где стояла жестяная ванна, а в углу лежала стопка потертых льняных полотенец.

– Ничего не трогай, – бросил Михал, проходя мимо, и, возможно, это был самый дельный его совет.

После той дверной ручки мне уже ни к чему здесь не хотелось прикасаться.

Михал пригнулся, чтобы пройти в дверь спальни, а я посмотрела ему вслед.

– А что именно нужно искать?

– Что-нибудь необычное… звук, вид, запах. Запах обнаружить нелегко, но возможно. Где бы ведьма ни пряталась, от нее будет исходить магия.

– Да от всего домика исходит запах магии.

Я настороженно огляделась, ожидая, что пол вот-вот разверзнется и поглотит меня. В глубине души я даже этого хотела – что угодно, лишь бы напряжение между мной и Михалом исчезло, чтобы рассеялось навязчивое присутствие моей сестры. Больше он не говорил о Филиппе, и в этой жуткой тишине казалось, он хотел, чтобы о ней заговорила я.

Я открыла рот, но не знала, что сказать, и внезапно Михал обернулся ко мне.

– Нам нужно…

– Может, не стоит… – одновременно с ним начала я.

Михал прищурился, увидев выражение моего лица.

– Что ты хотела сказать?

– А что ты хотел сказать?

Долгую минуту мы смотрели друг на друга, не желая заговорить, как вдруг половицы под ногами загрохотали. Напряжение тут же спало, и я, испуганно вскрикнув, метнулась вперед и натолкнулась на широкую грудь Михала. Он тут же обнял меня и тихо засмеялся. Я покачала головой.

– Этот дом нас убьет.

– Ну что же ты, лапочка.

Он широко ухмыльнулся и отвел прядь волос от моего лица – временное перемирие, поняла я, пока мы не поговорим с Матильдой. Меня захлестнуло облегчение.

– Только не говори, что боишься капельки магии.

В его объятьях я расслабилась, напряжение спало. Если Матильда знала, как справиться с ожившими мертвецами, возможно, она знала, что делать с Филиппой.

– Может, сделаем из этого игру? – спросил Михал.

Отвлекающая уловка.

Я вскинула голову и с трудом, но отошла от него.

– Что ты задумал?

Он прислонился к двери, такой огромный в этом маленьком домике.

– Первый, кто найдет ведьму, окажет другому услугу.

«Господи».

– Какую услугу?

– Любую.

В животе все затрепетало. Если навязываться ведьме казалось глупым, то оказывать услугу Михалу, не зная больше ничего, было сущим безумием.

«Только если проиграешь», – возразил дерзкий голос в голове, и, предвкушая предстоящее, я распрямилась.

– Хорошо. Согласна. Надеюсь, ты готов счищать кровь со всех моих платьев.

– Начнем с этого?

Он указал на алые пятна на моем подоле – на свою кровь, поняла я, и щеки у меня вспыхнули. Кровь всегда была его.

– Могу очистить сейчас, если хочешь.

Я покраснела еще сильнее, представив, как Михал опускается на колени, скользит руками вверх по моим ногам, по бедрам, как снимает шелковую юбку.

Он лукаво ухмыльнулся, потому что все понимал.

Потому что его уловка сработала.

Потому что, когда он смотрел на меня вот так, я забывала даже свое имя.

Поджав ноги, я нырнула в гостиную дальше по коридору, пока не успела опозориться, и сделала несколько глубоких вдохов.

«Сосредоточься, Селия».

Посреди комнаты возвышался огромный камин, вдоль стен тянулись книжные полки. Казалось, Матильда расставила книги как попало. Полки напоминали улыбку с выбитыми зубами. Книги торчали то так, то этак, неровно, разных размеров. Когда на полках не хватало места, Матильда просто складывала их шаткими стопками на полу – под стол, рядом с небольшим диваном, на изодранный ковер.

Лишь на узкой полке в углу царил