позади, и ее дыхание затруднялось. Каждый выдох превращался в облачко тумана, и первые снежинки закружились сквозь мрак и упали нам на волосы.
– А я увижу его? – спросила Лу. – Разрыв в зав…
Лестница привела нас в пещеру, где находились покои Михала, и Лу смолкла на полуслове. Ответ застыл у меня на губах, ибо природа сама дала его.
На другой стороне грота, где когда-то из моря поднимался островок, вихрился огромный водоворот.
– Господи боже, – выдохнула Лу.
Она схватила меня за руку, чтобы не упасть – убедиться, что ее не подвело зрение. Несколько мгновений мы ничего не могли делать, лишь стоять у подножия лестницы и смотреть на цену, которую заплатил Фредерик за свое колдовство. Зловещий, но завораживающий водоворот медленно кружился и заполнял собой весь грот. Ленты темной воды бились о стены, испещренные вкраплениями слюды, а в самом центре море кружащимся вихрем уходило вниз, в огромную черную пропасть. Она была похожа на зрачок злого и всевидящего ока.
Шею кольнуло.
– Этот водоворот ведет куда-то за границы мира духов.
Я ощущала себя странно, словно все чувства обострились, – каждый волосок на теле встал дыбом, будто меня переполняла энергия. Глаза засияли ярче. Сосредоточившись, я расслышала тихий смех, почувствовала нежное тепло, исходившее из глубин воронки. Падающие снежинки таяли, не долетая до воды. Ощущение, пронзившее меня… такое знакомое. Мне уже доводилось чувствовать подобное.
Лу ничего не говорила, только смотрела на меня округлившимися глазами.
– Когда Фредерик перерезал мне горло, я как будто… парила над всеми, а потом засиял золотой свет. Он взывал ко мне.
Я посмотрела в центр водоворота, и мой голос зазвучал словно издалека, будто из-под воды.
– Мила тоже там была. Сказала, что не все души предпочитают оставаться в царстве духов и становиться призраками. Некоторые выбирают двигаться дальше.
Лу побледнела еще сильнее, словно в ней не осталось ни кровинки.
– Куда они отправляются? – прошептала она.
– Туда, наверное. – Я указала на водоворот, глядя на свою руку так, словно она принадлежала кому-то другому. – К тому, что находится за пределами. Фредерик очень сильно разорвал завесу.
Чем дольше я здесь стояла, тем сильнее становилось ощущение чего-то странного – мне все больше хотелось коснуться воды, и колени у меня невольно подогнулись. Однако когда я потянулась к ряби, Лу тревожно схватила меня за руку.
– Не надо.
Ее слова подчеркнул резкий металлический запах. Мысли тут же обострились, словно от удара камня по огниву, и мой взгляд упал на ее нос, из которого снова пошла кровь.
– Лу? – Не обращая внимания на новый приступ голода, я поднялась и подхватила ее. – Нужно уходить. Лучше тебе не стоять так близко к…
– Ерунда, – слабым голосом произнесла Лу и покачнулась. Она отерла кровь с лица и изумленно воззрилась на нее. – Но это уже как-то неловко. Не могу же я… истекать кровью на глазах у вампиров. – Она крепче сжала мне руку, а я попыталась оттащить ее в сторону. – Нет, Селия. Ты же пришла залатать вуаль. Пока ты не сделаешь этого, мы никуда не пойдем.
– Я даже не знаю, смогу ли это сделать, а ты выглядишь…
– Надеюсь, ты не собиралась сказать «хорошо».
По лестнице неторопливо спускался Дмитрий, спрятав руки в карманы бархатного костюма цвета полуночи. Прядь влажных волос, вымытых недавно с цитрусовым мылом, падала ему на лоб. Он хмуро смотрел на нас.
– Потому что это было бы величайшей ложью. – Он кивнул в сторону водоворота. – Из-за этой воронки ей плохо… Плохо всему острову, если судить по мертвецам и крови. Я в зале наверху наступил на какую-то личинку…
– То есть, – содрогнулась Лу, – крови и мертвецов стало больше, чем обычно.
Дмитрий широко ей улыбнулся.
– А ты дерзкая. Мне нравится.
В голове вертелось множество вопросов, но я всех их отбросила, обхватила Лу за плечи и оттащила ее от кромки воды. К моему облегчению, она не стала противиться. Мы отошли подальше, и кровь перестала течь у нее из носа. К счастью, вид и запах крови не возымел никакого действия на Дмитрия, а ведь кровь Алых Дам манила его сильнее всего. Я помогла Лу лечь на постель Михала и настороженно прищурилась.
– Что с тобой произошло, Дмитрий? Куда ты пошел после Дня Всех Святых?
Он тяжело вздохнул и указал на водоворот и темную воду, струившуюся по стенам пещеры, только вот это была вовсе на вода.
– Ты и правда хочешь поговорить об этом сейчас?
– Да.
– Тогда, видимо, придется поговорить, хотя рассказывать особо нечего.
Он оперся на столбик кровати и, наклонив голову, посмотрел на альков в стене пещеры. Когда я была человеком, я даже не замечала это углубление. Возможно, потому что черный бархат, закрывавший дверь, сливался с тенью.
– Михал хранит там простыни. Их легко найти. Он очень аккуратный, мой кузен.
– Со мной все хорошо, – пробормотала Лу, закрыв глаза и откинувшись на подушки. – Просто немного кружится голова.
– Точно? – спросила я.
Она кивнула. Я села на край постели и повернулась к Дмитрию.
– Для тебя, наверное, все аккуратные. Ты же пятьсот лет живешь среди всякого барахла.
Дмитрий прислонился головой к резному столбику из красного дерева и несколько мгновений рассматривал меня. Затем неожиданно сказал:
– Я все выбросил.
– Что?
Он кивнул с мрачным видом и продолжил:
– Покинув грот, я нашел Фредерика и твою сестру…
В груди у меня все похолодело.
– Он пообещал излечить мою жажду крови, если я исцелю Филиппу. Тогда я не понимал его замысел и, когда он все рассказал, отказался помогать ему.
– Он хотел, чтобы ты убил меня, – догадалась я.
Дмитрий снова кивнул, немного отрывисто на этот раз.
– Надо было прикончить его еще тогда, но мне нужен был гримуар. Мерзавец очень ревностно охранял книгу… Все время прятал, даже Филиппе ее не давал. – Он с отвращением покачал головой. – Я не горжусь, что остался с ними. Не могу оправдать свои поступки, но я пытался вернуться к вам с того дня, как ушел.
– Поэтому ты помог Михалу, – проницательно заметила я, – когда на него напали охотники.
– Я заслужил такие слова. – Он снова вздохнул, но уже мягче. Словно смирился. – Разумеется, заслужил, но… нет, Селия. Как бы трудно тебе ни было в это поверить, но когда-то мы с Михалом были как братья. Неважно, кто мы сейчас друг другу, но видеть топор в его шее я не хочу. Вот почему я помог ему.
Дмитрий сел рядом со мной на кровать и положил руки на колени. Потер большим пальцем ладонь. Он посмотрел на меня, и взгляд у