Читать интересную книгу "Ночная смена. Подписка на жажду - Алекс Рауз"

усмехнулся Дьякон, кивая на потолок и усаживаясь на соседний стул.

– Мне оставить вас, господин? – Дамир замер с недопитым бокалом. Даже по этому обращению Кир так и не мог понять, что испытывал упырь к своему главе – страх, уважение или презрение. Но держался он однозначно нейтрально.

Сегодня глаза Дьякона горели не так ярко, и аура благоговения не пронизывала весь бар, как гостиную при первой встрече. И сегодня, несмотря на видимую разницу в возрасте, ему показалось, что Дьякон и Дамир вполне могли оказаться ровесниками. Он сам не понял, откуда такие мысли и что вдруг мелькнуло в глазах «его Харона».

– Нет, останься. Я пришел просто поговорить с Кириллом.

От удивления Кир едва не согнулся в легком поклоне. Усыпленные алкоголем чувства вновь заметались.

– Мне очень жаль, что ты погиб от руки одного из наших, этого не должно было случиться, – В голосе звучало такое искреннее сожаление, что Кир мгновенно поверил. Легче ему не стало, в ответ он просто кивнул. Если и было кому высказывать недовольство, то прах убийцы останется глух и нем. – В этом есть и моя вина. Твоя мать просила присмотреть за тобой, и я не справился. Прости меня.

Собирая последние крохи чужой крови по телу, сердце мощно ударило по ребрам. Всего один раз, но какой оглушительный. Бар мигом показался тесным и душным, тяжелые каменные своды, сотни метров земли, разделявшие живой мир и мертвую тишину логова, показались невыносимым грузом.

– Мама? – с трудом выдавил Кир.

– Она жила у нас недолго, лет пятнадцать назад. Но не смогла остаться в Москве, тоска по тебе была слишком велика…

– Мама умерла? – Казалось, он больше не слышал чужих слов, повторно провалившись в горе от ее ухода, которое так и не сумел пережить. В двадцать семь лет он мог себе признаться, что это было именно оно.

– Можно и так сказать, – кивнул Дьякон, и его глаза совсем погасли. Или это Киру тоже показалось – столетний упырь стал очень человечным. Как и предупреждал Дамир, их глава говорил редко и мало, но как же резали его скудные слова. – В вашей семье Дар передавался в крови, но она решила оградить тебя от «теневого мира». А когда погибла и переродилась… Я старался следить и оберегать тебя по мере сил, но внезапного удара от своих не ждал. С таким наследием, Кирилл, твоя судьба не могла быть легкой. Несмотря на все усилия, тебя утянуло в наш мир.

Молчал даже Дамир. Что тут скажешь, фатальное невезение – это пожизненно. И посмертно.

Стоило бы привыкнуть, что в эти дни мир регулярно становился с ног на голову, а потом выделывал кульбиты, но он не хотел. Да и не мог.

– Елена – чудесная женщина и очень тебя…

– Где она? – Кир спросил шепотом, который острой пилой промчался по небольшому упыриному бару. – Она знает?

– Я пока не говорил. – Дьякон мягко улыбнулся, но всеобщая печаль читалась в губах слишком ясно. – Если мы переживем, вы обязательно увидитесь.

– Точно, мы же скоро сдохнем! – тихо усмехнулся Кир и отобрал бутылку «Джека». Дамир не сопротивлялся и подвинул ему бокал. – Ну приятно перед смертью узнать, что мать не сильно меня бросила, просто теперь она больше любит кровь, чем обнимашки.

– Кирилл, – с укором произнес Дьякон, и поток сарказма, готовый вырваться наружу, затормозил. – Есть правила, и они придуманы не зря.

Киру хотелось спорить, ох как хотелось… Но вместо этого он осушил очередной бокал до дна. Горло больше не жгло от виски.

– Мне очень жаль. – Глава упырей из-под красных стен положил руку ему на плечо. Снова не стало легче, но чужая воля потушила злость, оставив такую знакомую пустоту. – Иногда судьба сильнее нас.

– Я глупо умер человеком, еще глупее скоро умру упырем. Умрет моя мать, которую я не видел пятнадцать лет. Не хочу называть это Судьбой. А даже если мы выживем, я не пойму – зачем.

Он сказал это глухо и честно. В полном логове упырей, живущих так, словно завтра не существовало, он всё еще был человеком, хотя бы отчасти.

– Знаешь, после смерти ты перестаешь мучиться великой целью, – спокойно ответил Дьякон. – Люди постоянно бегут, ищут свое мифическое «предназначение», чтобы оправдать то, что они топчут эту землю. Но когда ты встаешь из могилы, оправдываться больше не нужно.

Остаток вечера Кир помнил плохо. Дьякон ушел, зато пришли Егор, Дима и еще двое вурдалаков, которых он не знал. Дамир всё же нашел еще одну бутылку «Джека», которую они прикончили впятером. Кажется, потом пели «Арию» и «КиШа» и что-то еще из западного рока. Сознание окончательно потухло, когда он срывал голос на «Возьми мое сердце».

* * *

За ночь невидимые высшие силы сердце таки забрали.

Когда Кир распахнул глаза, в теле не было и следа похмелья. Вены и желудок жгло терпимо, а голова была кристально чиста. В ней осталась только одна мысль, утопив в алом потоке всё остальное: «Пора есть».

В логове было достаточно запасов крови, за их сохранностью никто не следил. В целом Кир совсем не понял, зачем он сидел на диете две недели, когда мог мазаться в этой крови ежедневно, вдыхать ее чарующий аромат, облить стены и потолок в своей каморке и каждое утро любоваться, упоенно их вылизывая.

Сначала нужно опустошить ближайший холодильник, а потом не грех и на прогулку отправиться. Прямо над ним сотни, тысячи непуганых людей, не подозревающих о близости пороховой бочки в виде его неуемного аппетита. Это будет потрясающее действо, и на его фоне померкнут апокалиптические пророчества! Ведь буквально все вокруг тычут его в то, что нужно жить моментом, а он, дурак, их не слушал. Когда же лучший момент, если не сейчас?!

Кир бодро сел на кровати и тут же уткнулся в холодный взгляд Дамира. Тот вошел и замер совершенно бесшумно.

– Давно ждешь? – с улыбкой спросил Кир, подбирая валявшиеся рядом штаны и залезая в черную футболку. Между делом он заметил, что Дамир полностью собран для выхода в свет, снова в своем пафосном плаще. Удобная, должно быть, вещь, и крови не видно. Ему сразу захотелось такой же.

– Минут пять, – он ответил спокойно, но с недавних пор Кир научился различать в его голосе напряжение. Обычно он не понимал, что было причиной, но сейчас всё ясно – просто так развлечься не позволят.

Он демонстративно медленно накинул толстовку и беззаботно посмотрел на Дамира.

– Поводок на меня наденешь? – Шутка показалась такой уместной, что Кир искренне усмехнулся.

– А такой ты мне