Читать интересную книгу "Ночная смена. Подписка на жажду - Алекс Рауз"

вурдалаков проняло, но они ему не поверили. Что за странная фантасмагория тут творится?!

– Ну что? – Ник повернулся к нему, когда голосование завершилось, но Кир не дышал и молча слушал пустоту внутри. М-да, нервный из него упырь вышел… Настоящий вурдалак-невротик.

– Правда, – тихо сказал он, поднимаясь в последний раз. Сейчас он намеревался уйти, и уже никаким силам было его не удержать, а приз пусть сами делят.

Но никто не попытался его остановить, и даже спиной Кир ощущал эти печальные взгляды. Лучше бы он молчал.

Когда стол с вурдалаками остался далеко позади, а спасительный выход в коридор с жилыми комнатами уже маячил перед носом, его нагнал Ник. Он дружески положил руку на плечо, и Кир замер как вкопанный. Говорить совсем не хотелось.

– Ты это, прости нас, Кир, мы протупили. Не подумали, что ты еще не готов… В первые дни очень сложно справиться со всем, я знаю, сам когда-то… Но Дамир сказал, что ты играешь, и я как-то совсем забылся.

– А ты во всем ему веришь? Та еще сволочь ваш Дамир, – не сдержался Кир.

– Ну он херни не говорит никогда, – немного растерялся Никита.

Кир дал себе труд взглянуть собеседнику в глаза и скептически поднять бровь. Ради Дамира он был готов и не на такие подвиги.

– Ты просто не привык ко всему этому, я понимаю. Еще раз прости, братан. Приходи как захочется… – он не договорил, убрал руку и отстранился.

– Ник, скажи, а почему мне никто не поверил? Зачем такое выдумывать, если это не правда?!

– Ну… Все по-разному рефлексируют свою смерть и новую не-жизнь. Мы подумали, что у тебя такой способ. А почему не поверили? Просто странно, что ты «выжил».

– Почему?

– Потому что мы не романтические вампиры из западных ромкомов. Мы упыри, сколько бы раз Дьякон ни сказал тебе о «поэтичных вурдалаках». А упыри не выманивают девиц, чтобы в тени под дубом пить их кровь и томно вздыхать, мы не оставляем следов.

Кир растерянно моргал.

– Мы едим трупы, – просто ответил Никита. – Пока еще теплая кровь бежит по умирающему телу, мы пьем и закусываем, так гораздо вкуснее. Можно даже кости погрызть, но это на любителя. А ты разве не чувствуешь?

Слюна, скопившаяся во рту, едва не вызвала приступ тошноты. Кир часто задышал, чтобы прогнать его, и вновь почувствовал легкий аромат роз, уже пропитавший всё логово.

– Пойдем. – Никита потянул его в сторону одного из холодильников, которые стояли по всем углам. Можно даже не сомневаться, зачем их так много.

А когда он с радостным предвкушением распахнул дверь, Киру совсем поплохело. Или похорошело? Сейчас эта грань была максимально размыта.

Внутри был прозрачный объемный пакет, набитый чем-то бежево-розовым и склизким.

– Что это? – спросил и тут же пожалел.

– Кишки. Промытые, не переживай, без дерьма. Ну уж что получилось вытащить. – Он развел руками и улыбнулся. – Ты попробуй, это вкусняшка. Честно выиграл.

Улыбку его Кир разделить не смог, как не смог и отвести взгляд от омерзительного зрелища набитого пакета. Мир плавно поехал перед глазами то ли от голода, то ли от ужаса.

– И вы все… такие?

– Какие? – не понял Ник.

– Убиваете, жрете людей.

Наверно, стоило сказать это помягче или потише, ведь он сам уже думал о том, как разорвет хлипкий пакет зубами, как вопьется в холодные потроха, как закружится в упоительном танце, забивая собственный остывший желудок…

– Нет, что ты, – успокаивающе ответил Ник, который сам не мог отвести глаз от вожделенной закуски. – Иногда от знакомых из морга перепадет, иногда ищем невостребованное тело, ждем, потом хороним муляж и забираем ужин себе. В мегаполисе с этим гораздо проще, здесь много одиноких людей. Но знаешь, зверя можно загнать в клетку и приучить жрать с руки, но он не перестанет мечтать, правда?

Кир не смог кивнуть в ответ. Он с трудом оторвал взгляд, понял, что блевать не будет, потому что уже давно нечем, и буркнул, перед тем как сбежать в свою комнату:

– Мне Дамир запретил есть.

В какой-то мере он был этому рад.

4… Будешь совсем как живой

Черные волны глухо бились о каменные берега, безуспешно пытались растворить оранжевые огни фонарей в холодной грязной глубине. Где-то еще шумели машины, гудел ночной город, но вода постепенно поглощала и его. Смиренная, загнанная в камень, прирученная, – она казалась почти безопасной и ласковой, несмотря на тонну мусора, который ежедневно в нее спускали. Вода стерпит всё, вода примет. Обманчиво безопасная.

Лишь прикинувшаяся усмиренной стихия, которая продолжала убивать.

Вика стояла так близко, что тихий шум волн затмил город. Она перегнулась через перила и вглядывалась в черную гладь, отнявшую у нее Кира.

Говорят, вода может забирать эмоции. Смывать с человека и злость, и горе, и печаль… Смыла ли она их с Кира в последние мгновения? Умирал ли он безмятежным? Она может представить это, но ответа никогда не узнать.

Никогда.

Это страшное слово никак не желало поселяться в ее голове. Оно бешеным вихрем колыхало мысли, словно ураган в чистом поле, поднимало неведомо откуда взявшуюся пыль и застилало горизонт. Бушевало и снова уходило, оставив Вику в одиночестве, непонятой, обманутой несправедливой реальностью.

Сны сводили ее с ума. Она перестала ходить на работу, больше не поднимала телефон, когда он начинал навязчиво разрываться звонками. Никто, абсолютно никто вокруг не мог ее понять, а она каждую ночь смотрела, как живой Кир мучительно стучал в крышку закопанного гроба.

Вика свесила руку ближе к воде. Если прыгнуть вниз и плыть очень быстро, она еще сможет его догнать?

Холодный осенний ветер, игравший волнами, поднялся к ее ладони, прошелся сквозь пальцы. И, конечно, она сразу подумала, что ветер позвал ее на глубину. Подумала, что он вторил ее собственным порывам, что мягко брал за руку и вел вперед, туда, где Кир еще есть…

Ведь его просто не может не быть! Ну как они не понимают?! Как могут желать, чтобы Вика пошла «дальше», когда Кирилл остался здесь.

Второй рукой Вика ухватилась за перила, как за опору. Чтобы остаться с ним, нужно всего лишь шагнуть…

– И что же мы тут делаем? – Чужой голос раздался так близко, что от испуга она чуть не нырнула вниз. Но рука незнакомца грубо отдернула ее от перил. Не удержавшись, Вика упала на землю, да так и осталась сидеть.

Когда она подняла глаза, то сразу узнала его. Гость в черном плаще, который не дождался ее у подъезда, но на