Читать интересную книгу "Ночная смена. Подписка на жажду - Алекс Рауз"

показывать ей свои любимые, впечатлить хорошим роком или крепким дубовым духом ирландских пабов, но Вика слишком явно давала понять, что терпела с трудом и ради него. Она любила светлые кофейни, где подавали бокал шампанского на завтрак, и Кир смирился. С тех пор он пил пиво в душной тесноте полумрака только у Кости.

Обстановка бара в логове упырей мало чем отличалась от тех, что были на поверхности, не хватало только симпатичной молодой официантки и бармена – всё на самообслуживании. Впервые Кир задумался, что Вика была права, они все на одно лицо.

Дамир зашел за стойку и тут же потянулся за бутылкой виски и стаканами, Кир разместился на стуле напротив. Он бы предпочел пиво, но вены так жарило, что препираться лишний раз не хотелось. Красные круги перед глазами не желали исчезать, поэтому он стал изучать ярко подсвеченную стойку с алкоголем, чтобы немного отвлечься. Большая часть названий ему была не знакома, но встречались и довольно известные марки. Дамир уже разлил «Дэниэлс» по бокалам, когда взгляд зацепился за бутылку без этикетки с чем-то черно-красным внутри.

Кир сам не понял, как определил, что там кровь, но инстинкты сработали быстрее разума. Он оттолкнулся от пола, потом от стула и буквально вспорхнул над барной стойкой. Удивиться своей ловкости он тоже не успел, потому что реакция Дамира была на высоте. Кир почувствовал крепкую хватку на лодыжке, а потом мир опрокинулся и завертелся.

Боль тоже пришла быстро – человек бы такого удара о барную стойку не пережил. Пришел в себя Кир уже на полу и, казалось, слышал треск своих ребер. Зато голод отступил, освободив место шоку от удара.

– Сидеть, твою мать! – выругался Дамир, отряхивая руки. – Какой ты шустрый оказался.

Голос доносился откуда-то сверху, перед глазами всё плыло. Через дикую боль Кир набрал воздух в легкие и выругался забористей, чем когда-либо в жизни. Губы треснули, но крови почти не было. Уже в конце своей тирады он почувствовал, что впервые с пробуждения в голове прояснилось.

– Фу, как не стыдно! – рассмеялся Дамир. – Просто запомни как аксиому, дебила кусок: какой бы ты ни был быстрый, я всегда буду быстрее.

– Помоги встать… – прохрипел Кир.

– Чтобы ты попробовал взять реванш? Ага, щаз, побежал уже!

– Придурок, у меня ребра сломаны.

– Тебе полезно. – Он помолчал, слушая кряхтение и стоны, но потом сжалился и добавил: – Удивишься, как быстро всё заживает.

Несколько минут спустя, водрузившись на стул снова, Кир действительно почувствовал облегчение. И правда, поразительно быстро.

– Так будет проходить обучение, когда я оголодаю? Будешь избивать меня, пока я не смогу стоять на ногах? – Он хотел с вызовом бросить это упырю в лицо, но голос всё еще хрипел и плохо поддавался контролю.

– Было бы, конечно, очень весело, но это как лупить тупого котенка, – Дамир хмыкнул в своей привычной манере, но теперь Кир почему-то ему не поверил. Не было Дамиру весело, он тоже нервничал, хотя отлично скрывал. – Я буду с тобой говорить.

– Это твоя сильная сторона, не спорю.

– Какой ты язвой с голоду становишься! Как тебя только девушка терпела?

Новый удар оказался еще больнее первого. Ребра срослись, а вот мертвому сердцу уже не суждено биться.

– Козел.

Кир схватил стакан и опрокинул в себя, горло сильно обожгло, но эта боль была успокаивающей. Он схватил бутылку и один за другим наполнил себе до краев еще дважды. Желудок свело, в голове приятно загудело.

– Эй, будешь так хлестать, бери что-нибудь другое! Это последняя бутылка «Джека», у меня на нее были планы.

Дамир убрал подальше бутылку, на ее место поставил какое-то вино.

– На понижение? Напоить меня хочешь?

– Я даже бокал твой не трогаю. – Дамир шутливо поднял руки. Казалось, сегодня его ничем не получится задеть. Но и пытаться Киру как-то расхотелось. – Пьяный вурдалак – то еще зрелище.

– Да ты везде найдешь чем развлечься.

– А это плохо? Кир, я очень давно живу и научился адаптироваться к правилам любой игры, – внезапно он сказал это совершенно серьезно. И даже когда Кир поднял на него глаза, Дамир не отвел свои, не ухмыльнулся. – И делаю это без лишнего нытья.

– У меня осталось две недели, чтобы побыть упырем, а потом надо назад в могилку. Думается, я неплохо держусь.

– Ты так и не понял, дурилка. Ты топчешь землю прямо сейчас – вот что важно. А еще – как ты это делаешь и почему.

Они молча выпили, Дамир свой виски, а Кир какое-то тягуче-сладкое вино. Оно мягким покрывалом прошлось по жгущему ощущению от предыдущих бокалов, наконец-то успокоив желудок, и оказалось идеальным дополнением к ним. При жизни он бы уже извергал все съеденное за день обратно, но теперь это было именно то, что нужно. Если бы он знал Дамира чуть хуже, то решил бы, что ему намеренно сделали коктейль, притупляющий голод, дающий такую необходимую отсрочку перед неизбежным. Но скорее всего, это просто совпадение.

Потом они выпили еще, растягивая блаженную тишину барного умиротворения. Дамир с сожалением покрутил перед лицом бутылку «Джека»: там осталось меньше половины. А потом налил себе бокал до краев и повторил подвиг Кира.

– Фу, – выдохнул он. – Так совсем невкусно. Ты пьешь как малолетка на первой вписке.

– Зачем повторил тогда?

– А я никогда не был малолеткой на вписке, стало интересно. – Он обнажил клыки в улыбке, и Кир ему не поверил.

– Как давно ты обратился?

– Э, стоп! Никакой задушевной трескотни у нас не будет, я тебе не подружка.

– Ага, ты мой Харон, – вырвалось само, и Кир тут же пожалел. Все-таки упыри способны напиться, вот это поворот.

– Спасибо, что не Вергилий, – мрачно хмыкнул Дамир. – Такой ответственности я не потяну.

Кир выпил еще бокал – это вино нравилось ему всё больше, и решил сменить тему.

– А почему вашего сира зовут Дьякон? – Назвать его «господином» в такой обстановке язык не повернулся.

– Он не сир, а мы не вампиры, ты перепутал страну. Он… – Дамир резко замолчал, глядя куда-то за спину Киру.

– Потому что я был дьяконом при жизни, – продолжил за него голос сзади. Он говорил спокойно, умиротворенно, но Кир всё равно вздрогнул, как нашкодивший щенок. – Меня красные расстреляли в моем приходе за то, что я отказался выдать им белых. После смерти многие взгляды меняются… Сейчас странно звучит, красные, белые, да? Молодежь уже так далека от той войны.

– Мой прадед был за белых, – смущенно брякнул Кир. Пожалуй, это всё, что он знал о нем.

– А сейчас мы все под красными стенами, – мягко