Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

class="p1">«Это произошло с Михалом?» – подумала я.

«Это случилось и с Филиппой?»

От этой мысли стало больно. Больно не за ту Филиппу, которая шла рядом, холодная и бесчувственная, а за маленькую девочку, которая когда-то верила в сказки. Она не должна была узнать о ветре и реке, не должна была стоять на этом берегу.

– Я думала, это место будет… другим, – призналась я. – Пугающим.

– Я же сказала тебе, Селия.

Она посмотрела на воду, но не видела ее. Наверное, каждый раз, закрывая глаза, она видела, что было за рекой.

– Смерти не нужно бояться… не в ее истинной форме. Наш мир изменил Жнеца.

Я хотела спросить почему, но не решилась ее прервать.

– В День Всех Святых, – тихо и печально произнесла Филиппа, – я ощутила другое притяжение, грубое и мучительное. Оно вырвало меня из-за реки в наш мир.

– Заклинание Фредерика, – прошептала я.

– Без него я бы не смогла вернуться.

Филиппа покачала головой, и где бы она сейчас ни находилась в мыслях, внезапно вернулась обратно. Мрачно сжала губы.

– Михал сказал, что будет ждать тебя, только вот выбора у него не было. Река унесла его, и она течет лишь в одну сторону. Если мы не сможем притянуть его обратно, если что-то воспротивится нам…

– Выбора у нас все равно нет, – произнесла я онемевшими губами, не желая признавать другое.

Возможно, Филиппа многое знала об этом месте, но не все. К тому же сейчас все было иначе. Я не Фредерик, и мне не нужно заклинание, чтобы отыскать Михала. Я была Невестой Смерти, а даже не будь ею, я бы отыскала его любыми способами – любыми! И никто не изменит этого. Ни Филиппа и даже ни Жнец.

Я поднесла руку к груди и потерла там, где остался Михал. Часть меня думала, что я все еще чувствую его там.

– Я вытащу его! – воскликнула я с жаром, обращаясь не то к Филиппе, не то к себе самой. – Или сама пересеку реку. Без него я не вернусь.

Филиппа замерла у берега, ее лицо было непроницаемо. Она наклонила голову и повернулась к реке. Чувствуя решимость, я встала рядом и потерла грудь.

«Это называется Le Lien Éternel».

«Чем дольше вампиры пьют кровь друг друга, – тихо произнес он, – тем крепче становится связь, пока…»

«Пока?»

«Пока не станет необратимой».

Нашу связь с Михалом невозможно разрушить, поэтому она необратима и вечна.

«Михал», – подумала я, и мое человеческое сердце разрывалось на части.

«Михал», – подумала я, и в моих руках появилась ослепительно-белая веревка.

Растерянно и восторженно я посмотрела на веревку и покрепче сжала ее. Я закрыла глаза и снова открыла их, уверенная, что сейчас она исчезнет, но веревка не пропала. Так и висела у меня в руках, словно… лента. Я с любопытством потерла ее пальцами, она натянулась, и я ахнула.

Веревка потянула меня, вспыхнула ярче, начала разматываться вперед. Глаза у меня распахнулись, и я все поняла. Она разматывалась к реке. Я неуверенно шагнула вперед, обмотала ленту вокруг запястья, и она туго натянулась. Филиппа посмотрела на меня, а я, пошатываясь, пошла к реке и попыталась тянуть за веревку. Лента тянула меня к воде. Филиппа в замешательстве и беспокойстве наклонила голову. Она не видела ленту.

– Михал, – выдохнула я и рванула. Дыхание перехватило.

И больше я не могла дышать.

Веревка туго натянулась и потащила меня вперед. Я не могла остановить ее и уперлась ногами в землю, но заскользила еще быстрее. Я до сих пор не могла дышать! Горло горело, и я рухнула на колени. Я схватила веревку другой рукой и дернула ее изо всех сил назад, но она все так же тянула меня к реке. Филиппа ухватила меня за плечо.

– Не смешно, Селия. Перестань сейчас же! – Она схватила меня крепче и хотела поднять меня. – Прекрати и вставай…

Я хотела ответить ей, но с губ не сорвалось ни слова, ни крика. Вода хлынула потоком мне в рот, разлилась по груди. Я задыхалась, тонула. Мои человеческие легкие кричали в агонии, а я упала на илистый берег. Вода все прибывала. Она вытекала из меня, словно я сама стала рекой, но тело у меня горело, будто было охвачено пламенем.

– Селия!

Филиппа в ужасе упала передо мной, держа меня за руки, а лента все тянула и тянула меня к Михалу. К Михалу. Я почувствовала его. Он был так близко ко мне, так близко, так близко…

– Нет, нет! – взмолилась Филиппа срывающимся голосом.

Еще несколько мгновений назад я бы заплакала от радости, увидев этот проблеск человечности в ней. Значит, моя сестра все еще была где-то там – пряталась, но была жива! Однако я не могла думать ни о чем, кроме тьмы, застилавшей мне глаза. Казалось, я тонула.

Захлебываясь и задыхаясь, я выдавила:

– На по… мощь.

Изо рта вырвалась еще одна волна.

– Селия! Селия!

Филиппа подхватила меня, подняла на колени и прижала к груди. Но она не знала, что делать. Она не отпускала меня, но не видела веревку, чтобы перерезать ее.

– Я пытаюсь, – в отчаянии сказала она. – Покажи мне только… как… что…

Сад стремительно исчезал, превращаясь в бескрайнюю тьму. В голове вспыхнула последняя мысль: как же глупо вот так умирать, пережить все невзгоды и утонуть на суше в ту минуту, когда я снова стала человеком. Перед глазами все потемнело, тьма сгущалась и сгущалась…

Промелькнула серебристая вспышка. Знакомая, такая родная. Я сосредоточилась на ней, зрение обострилось, умоляющий голос Филиппы затих.

– Ну же, Селия!

Она крепче сжала меня.

– Ты не умрешь, глупая, глупая девчонка…

Я хотела ответить ей, но смотрела лишь на Михала, который поднялся из воды. Сначала показались его волосы, потом темные глаза. Господи! Он был все так же прекрасен.

Остатки воды выходили из легких, а Михал пробирался через тростник, землю, камни и лишайник. Шел обратно ко мне.

Прижавшись спиной к сестре, я уперлась ногами в берег.

– Тяни, – в отчаянии выдавила я.

Филиппа так и сделала, но с тревогой вгляделась в мое лицо.

– Что происходит?

– Тяни!

Я снова намотала веревку на руку и натянула ее, а Филиппа потащила меня назад, сопротивляясь тяжести Михала.

«Почти. Еще чуть-чуть…»

Чем сильнее мы тянули, тем быстрее он поднимался, задыхающийся, вымокший насквозь. Наконец он намотал веревку на руку и встретился со мной взглядом. Последним мощным рывком мы с Филиппой дернули назад, и Михал упал на траву, задыхаясь и кашляя, дрожа всем телом.

Филиппа отпустила меня, и мое сердце подпрыгнуло. Всё.