Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

к моему. Каждый мускул в его теле был напряжен.

– Тебе даже не нужно прилагать усилий, мне и так хорошо. – А потом добавил: – Следующее желание. Если не хочешь этого делать, скажи мне. Между нами ничего не изменится. Я буду целовать тебя, пока ты не станешь готова, или даже вечно, если ты того пожелаешь…

Я обвила его руками.

– Я хочу этого, Михал, и хочу сделать это с тобой.

– Тебе будет больно, Селия.

– А потом нет, – с жаром сказала я. – Я читала об этом в книгах. Знаю, как оно происходит.

– Неужели есть книги о том, как спать с бессмертным вампиром, с которым ты связана душой?

– Еще как есть. У Матильды вон их три.

– Желание. – Его язвительная усмешка истаяла, когда он откинул волосы мне со лба и посмотрел на меня. – Скажи, если тебе что-то не понравится.

– Обещаю, скажу.

– Желание.

Он просунул между нами руку и – если бы мое сердце все еще билось, оно бы выскочило из груди, нет, вспыхнуло бы – раздвинул мне пальцами плоть и пристроился.

– И очень важно. Когда я скажу кусать – кусай.

Я растерянно нахмурилась.

– Что?

Однако вопрос отпал сам собой, и, когда он вошел в меня, у меня перехватило дыхание. Было не больно, но меня словно наполнили, даже переполнили. Я сдвинулась, чтобы ослабить давление, а Михал скользнул еще на один дюйм вверх. И еще. Сначала он нежно двигал бедрами, а пальцами унимал боль, ласкал, пока мне не показалось, что я сейчас лишусь рассудка. Я уперлась пятками в пол, изогнула спину, в теле ощущалась какая-то пустота. Я потянулась к нему, голос сорвался не то на стон, не то на всхлип.

– Михал…

– Кусай.

Сильный толчок, и все мое тело сжалось, словно лопнула натянутая струна. Каждый мускул напрягся от резкой боли. Однако я инстинктивно откликнулась на слова Михала и впилась ему зубами в плечо. Обвила руками его спину, прижалась к нему, а он застонал, замер, ждал, когда его кровь наполнит меня.

В то мгновение, когда я ощутила его кровь на языке, боль отступила – она не исчезла полностью, но мое тело расслабилось. Его запах начал сводить с ума. И мне не хотелось, чтобы он…

Я слегка отстранилась и отняла губы от его плеча.

– Еще раз.

Резко и удовлетворенно вздохнув – руки его дрожали, он едва сдерживался, – он вышел из меня и снова вошел. На этот раз полностью. В глазах заболело, и я оцарапала ему спину, обвила ногами.

– Еще раз, – повторила я, едва слыша свой голос сквозь рев в ушах. Сквозь жар.

И Михал повторил.

И с каждым толчком жгучая боль уступала место глубокому томлению, и я задвигалась в ответ. Дыхание участилось, ногти впивались ему в спину.

– Как же хорошо, – выдохнул он, двигаясь сильнее и быстрее.

Его слова… Они как-то отозвались во мне. Уперевшись пятками ему в спину, я подвинула бедра, чтобы Михал вошел еще глубже. Он двигался все быстрее и быстрее – жестко, необузданно и дико, но мне нравилось, потому что наконец-то он перестал себя сдерживать, и перестал он сдерживаться из-за меня. От этой мысли у меня захватывало дух.

Я провела языком по его шее, как когда-то давно в «Бездне».

«Никто не будет разочарован, Селия».

Михал резко вышел из меня, перевернул меня на живот, приподнял за бедра и снова вошел. Захватил меня, поглотил. И я никогда не устану от этого, от него. Он обхватил меня рукой, опустился вниз, подарив мне желанное прикосновение. Никогда еще я не чувствовала себя такой живой, такой прекрасной и сильной.

Благодаря ему.

Он был тем зеркалом, в котором я так нуждалась, и наконец-то я увидела свое отражение. Увидела его ясно. И когда я содрогнулась, ощутив облегчение, – когда он взревел от удовольствия, – я крепко его обняла, пока дрожь в его теле не унялась.

Теперь я никогда его не отпущу.

Глава 40

Дом

В одной из комнат купальни Михал нашел сундук с одеждой. Много лет назад он запер двери и спрятал ключи от комнат – комнат в своем первом доме на острове, – когда решил навсегда покинуть деревню.

– Его когда-то носила моя матушка, – сказал Михал.

Он вынул из сундука старинное платье. Крой непривычный, но платье было простым и красивым: белый шелк с узорами, мягкая подкладка из меха горностая и серебристый пояс.

– Ее любимое и самое нарядное платье. Она надевала его только по особым случаям.

Я провела пальцами по изящным рукавам и сглотнула ком в горле. Платье чуть пахло шалфеем и, кажется, лимоном.

– Я не могу его надеть, Михал. Вспомни, что случилось со всеми моими нарядами.

Я бросила печальный взгляд на купальню, откуда доносился запах окровавленного платья, сшитого месье Марком.

– Никогда не прощу себе, если испорчу его.

Михал пожал плечами, словно ему было все равно. Но если бы платья матери ничего для него не значили, он не хранил бы их все это время.

– Она была бы рада, что ты его надела.

– Я бы ей понравилась?

– Она была бы в восторге от тебя, – печально улыбнулся Михал.

Я кивнула и надела платье, про себя поклявшись, что убью любого, кто посмеет к нему прикоснуться. Ничто не испортит его: ни капля крови, ни пятнышко сажи.

– Моему отцу и мачехе ты бы тоже понравилась. Возможно, даже больше, чем я.

Я выпрямилась с возмущенным видом.

– Вот уж неправда.

К моему удивлению, его печальная улыбка сменилась довольной ухмылкой. Он тоже надел странный наряд – темную тунику и лосины из грубой ткани.

– Я тогда был еще тем паршивцем.

«Паршивцем».

Не вампиром, не демоном или дьяволом, а просто озорным мальчишкой и бедокуром. Эта мысль тоже вызвала у меня грусть.

– Хотела бы я увидеть тебя тогда.

Михал засмеялся.

– Как же я рад, что ты не видела. Когда мне было двенадцать, отец грозился отправить меня в монастырь… Я тогда запер нашего осла в стойле с любимой кобылой мачехи, просто чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

Губы у меня дрогнули.

– И что-нибудь вышло?

– Еще бы. Через год, когда бушевала метель, отец разбудил меня посреди ночи, чтобы я помог родиться новому мулу. Я назвал ее Снежаной, и она дожила аж до пятидесяти лет.

– Пятидесяти?

Михал покивал, довольный собой, и я, не удержавшись, тоже засмеялась и огляделась в поисках каких-нибудь следов Снежаны. На полке возле прикроватной тумбочки стояла фигурка мула, рядом с небольшим портретом женщины с волосами серебристыми, как у