Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

Михала.

«Его мать».

Это точно была она, и сердце у меня сжалось – ее лицо было мягким, глаза сверкали, такие похожие на глаза ее сына и в то же время нет. Более круглые, васильковые, а не карие.

«Какая красивая».

– Аделина, – мягко произнес Михал, словно боялся нарушить покой комнаты.

«Аделина».

Я узнала ее. Видела другой ее портрет, скрытый в тенях грота.

Портрет в овальной рамке стоял на древней книге о языке цветов, рядом с ним – букет засушенных маков и деревянный идол какого-то рогатого божества. Были здесь и другие причудливые безделушки: три золотых колечка – кажется, свадебные, – вязаный плед, четки, пара поношенных кожаных сапог. Их носил его отец? Дядя? Давно умерший кузен? Я провела пальцами по креслу-качалке и задумалась, какую историю оно хранило.

Сколько же здесь было воспоминаний.

Михал оставил все вдали от опасностей замка, и внезапно мне захотелось остаться тут с ним. Здесь я чувствовала себя… как дома, хотя многое обветшало от времени и непогоды. Но здесь ощущалась любовь во всем.

Я отняла руку от кресла.

– Смерть ведь не остановится, да?

Волшебство комнаты, кажется, тут же омрачилось. Улыбка исчезла с лица Михала, и мне стало жаль, что так случилось.

«Еще чуть-чуть».

Мысль глубоко ранила – и, судя по его смиренному взгляду, Михал чувствовал это через нашу связь.

«Еще чуть-чуть побыть рядом с тобой».

Он подошел ко мне сзади и обнял за талию, прижался щекой к моим волосам, словно всегда так было. Словно всегда так будет.

– Нет, – сказал Михал, – не остановится.

– Тогда нужно заманить его, – с трудом выдавила я, – в грот.

– Да.

– И отправить через водоворот в свой мир прежде, чем он найдет Матильду.

Михал помолчал.

– Да, – повторил он.

Я обернулась и посмотрела ему в глаза. Меня охватили его сомнения и настороженность. Хотя его взгляд оставался непроницаемым – глаза блестели, как осколки обсидиана, – я ощущала его чувства. Теперь он больше не будет для меня загадкой.

– Думаешь, у нас не получится? – спросила я, чувствуя ужас.

– Я думаю, – Михал поцеловал меня в лоб, – что нам многое под силу сделать вместе, но вот за встречу со Смертью…

Он замолчал и стиснул зубы, пытаясь подобрать нужные слова. Однако я не хотела услышать нужные слова, а хотела услышать правдивые. И к счастью, он это понял и обхватил меня за руки.

– Придется заплатить, Селия. За встречу со Смертью всегда приходится платить, осознаешь ты это или нет.

Его слова казались знакомыми, и сейчас они разожгли во мне ярость.

– Ведьмы то же самое говорят. За магию приходится платить.

Даже Филиппа сказала подобное, когда отреклась от наших родителей.

– И неудивительно, – отозвался Михал. – Ведьмы понимают, как важно сохранить в природе равновесие – равновесие, которое нарушил Жнец, решив остаться в нашем мире. Мила была права. Если только он не научится видеть будущее, все плохо для нас кончится, и для него тоже.

«Мила была права».

Ее имя, словно крюк, вонзилось мне в грудь – оно причиняло боль, и его сложно было вынуть. Возможно, уже никогда не получится. Наверное, так ощущается горе. Возможно, горе – это цена любви, а я полюбила Милу, как родную сестру.

И Филиппу я любила.

– Может быть, мы раскроем ему глаза. – С трудом сглотнув, я расправила плечи и сказала: – Кажется, у меня есть идея.

Глава 41

Заходят как-то в грот два охотника, три ведьмы и четыре вампира..

Час спустя мы проскользнули через дверь в полу серванта. По гроту эхом разносились голоса – знакомые и сердитые, – и я тут же бросилась вниз по лестнице, но Михал притянул меня к себе и подарил еще один обжигающий поцелуй. Когда мгновение спустя мы оторвались друг от друга, он сказал:

– Кажется, на ближайшее время моя спальня занята.

У подножия лестницы стояли Одисса и Дмитрий, а рядом Лу, Рид и… Матильда! Сердце у меня екнуло от радости.

«Она жива!.. Они все живы!»

Хотя, кажется, Матильда была готова насадить свою внучку на вертел.

– …даже без приглашения! – возмутилась Лу.

Измученная и раздраженная, она размахивала кривым кинжалом перед носом у Матильды. С лезвия капала кровь, пачкая рубашку Рида, которую Лу, судя по всему, надела вместо ночной сорочки. Волосы были заплетены в косу, а кроме рубашки на ней ничего не было – она явно не ожидала, что окажется на Реквиеме. Кажется, Матильда вытащила их из какой-то передряги.

– Ты ворвалась в мой дом, взяла нас в заложники…

Матильда отмахнулась от ножа скрюченной рукой, и кровь брызнула на сапоги Дмитрия. Он посмотрел на них и страдальчески скривился.

– Я спасла твою шкуру, неблагодарная! – прорычала ведьма. – Не появись я вовремя, тебя бы эти мертвецы сожрали. Так что можешь отплатить за добро и спасти мне жизнь.

Лу ошарашенно открыла рот.

– Мы не просили твоей помощи. Мы даже тебя не знаем…

– Поверь мне, я и не стремилась знакомиться с тобой, – недовольно фыркнула Матильда, скрестив на груди руки. – Уже жалею, что пришла к тебе на помощь. Какая у меня ужасная внучка.

Заметив меня на лестнице, Лу с сердитым видом прошла мимо Матильды.

– Вот вы где! Слава всем богам, ну наконец-то… Эта женщина сумасшедшая, и это говорю я! Она просто провальсировала в мою гостиную, когда на нас напали восставшие…

– На вас напали? – резко спросила я. – В вашей гостиной?

– Ну, скорее паразиты набежали, – снисходительно бросила Лу и отмахнулась, стараясь казаться беззаботной, но у нее не получилось. – Чаще всего они нападают ночью, но мы с ними справились…

– Это я с ними справилась, – проворчала Матильда.

Не обратив на нее внимания, Лу заговорила громче:

– А потом она начала нести какой-то бред про Смерть, твою сестру и…

– И мое собрание ценных книг! Бесценных книг!

Матильда бросила на меня свирепый взгляд, но впечатление несколько подпортила ее кошмарная ночная сорочка в цветочек с оборками до самого подбородка.

– Из-за вас теперь у меня больше нет книг. Вот скажите мне, на кой черт иметь все эти ваши… – она обвела нас резким жестом, – сверхъестественные способности, если вы даже не можете защитить беспомощную женщину в ее собственном доме?

Я замерла на полушаге, взглянув на письменный стол, за которым сидела моя матушка. Ее лицо было измождено, в стеклянных ввалившихся глазах стояли слезы, но не это привлекло мое внимание. Она была не одна.

Рядом с ней молча стояли Жан-Люк и Брижит. Их лица выражали смесь настороженности и открытой враждебности.

«Господи».

Жан-Люк посмотрел мне в