Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

кусочки, но Мила не пошевелилась, даже не всхлипнула. В ее взгляде промелькнула решимость.

Страха не было. Только смирение.

Она посмотрела на Михала, и ее взгляд был бесконечен, как океан, как небеса. Она смотрела на него так, словно будет смотреть вечность.

– Я люблю тебя, братик. Всегда любила и буду любить даже после того, как меня не станет.

– Нет…

– Пора.

Господи! Только не Мила! Она научила меня видеть тьму и не бояться ее. Она держала меня за руку, оставалась рядом. Она всегда была рядом.

«Она не может вот так уйти сейчас».

Я попыталась дотянуться до завесы, цеплялась за дымку, взывала к чувствам и рвала, рвала. Может, я смогу отбросить Милу назад… или толкнуть ее сквозь завесу. Может быть, спасу ее, как она всегда спасала нас.

– Не стоило мне винить тебя, Михал, – прошептала она.

По щекам Михала заструились слезы. Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

– Do ponovnog susreta[11].

Она улыбнулась.

Смерть крепко сжал кулак и вырвал из груди Милы свет.

– Как трогательно, – сказал он, а Мила рассеялась в звездную пыль.

Глава 38

Чужие грехи

Я не могла думать о последствиях случившегося, о великом разделе. Не могла существовать. Раньше с нами была Мила, а теперь ее не стало. Тяжело дыша, я ухватилась за траву, пытаясь прийти в себя, но Смерть наступил мне на пальцы.

– Идем, – велел Жнец моей сестре.

Моей сестре, чьи слова все еще звенели в ушах.

– Матильда сбежала. Уходим.

Жнец остановился рядом с Дмитрием и взъерошил ему волосы.

– Спасибо за подсказку, Дима. Путешествие оказалось весьма… – он бросил лукавый взгляд туда, где была Мила, – полезным.

Смерть поднялся, и Дмитрий зашевелился.

Нет. Дима!

«Спасибо за подсказку, Дима».

Я с горечью закрыла глаза, позволяя словам захлестнуть меня. Предательство.

Это Дмитрий рассказал Смерти о Матильде.

Мне стало плохо. Все разом навалилось: Дмитрий, Матильда, Филиппа. Филиппа! Я вскинула голову и с болью посмотрела на сестру, не в силах коснуться ее. Дотянуться до нее. Отпустить ее. С губ сорвались непрошенные слова, в голосе прозвучала мольба:

– Не уходи с ним. Пожалуйста.

Филиппа оглянулась и помедлила секунду. Наша мать плакала.

– Пиппа, – выдохнула я.

И всего на миг – на один жестокий миг, вторящий удару сердца нашей матери, – я подумала, что она прислушается и останется.

Затем Филиппа развернулась и прошла сквозь завесу вслед за Смертью.

За ними последовали мертвецы. Матушка рухнула на колени, и я упала рядом, обняла и погладила ее по растрепавшимся волосам. Какая же она была хрупкая. Михал попытался освободить Одиссу и Дмитрия, а матушка зашлась хриплым кашлем.

«Это все из-за потрясения, – сказала я себе. – Просто из-за потрясения».

Дмитрий присел рядом с нами.

Несмотря на его предательство, я позволила ему помочь матушке. Возможно, потому что на его руках и ногах алели ожоги, и, чтобы исцелиться, ему придется выпить чью-то кровь. Возможно, без крови Смерти он навредит несчастным. Убьет их.

– Мне жаль. Прости, – прошептала я, не понимая, за что извиняюсь.

Он покачал головой.

– Я не достоин твоего сочувствия, Селия.

– Дмитрий…

– Мила погибла из-за меня. Я проговорился о Матильде, и теперь… теперь Милы больше нет. – На его лице появилось отвращение, жгучая ненависть к себе. – Это я должен был погибнуть.

Пораженная, я протянула к нему руку, но не успела коснуться его.

– Он бы все равно ее забрал, – сказала моя мать. – Не вини себя за чужие грехи. Нам хватает и своих.

– Прислушайся к ее словам, – сказал Михал и кивнул Дмитрию, подходя ко мне вместе с Одиссой.

Он провел рукой по моей спине. Его ноги исцелились, но из раны в боку текла кровь, лилась по руке, мочила рубашку. Но мой взгляд притягивали его глаза – угольно-черные, в которых алым огнем горела решимость.

– Нужно уходить, – тихо произнес Михал, – пока наша кровь не привлекла кого-нибудь.

– Можешь проводить мою матушку в замок? – спросила я Дмитрия. – Пожалуйста.

Одисса отерла слезы и посмотрела на Михала. На испачканных сажей щеках все еще остались мокрые следы, сверкая в свете догорающего пламени.

– Вам двоим тоже не стоит здесь задерживаться. Это слишком опасно.

Я взяла его изувеченную руку и посмотрела на деревянные щепки в ране.

– Через минуту пойдем за вами.

Одисса помедлила, и Михал похлопал ее по плечу. Они понимающе посмотрели друг на друга. Казалось, я тоже все поняла. Сегодня мы осознали, что завтра может и не наступить. Чем слабее становилась завеса, тем сильнее становился Смерть, и никто не знал, сколько еще выдержит наш мир.

Никто не знал, что случится, когда завеса полностью рухнет.

Одисса неохотно кивнула и поцеловала нас в щеки.

– Только… чтобы вас никто не увидел. Пожалуйста. – Она посмотрела на мою матушку и тихо спросила: – Вы можете стоять, мадам?

Моя мать погрузилась в свои мысли и не услышала ее. Она смотрела туда, где за завесой скрылись Филиппа со Смертью, и казалось, что сама сейчас тоже исчезнет. У нее задрожал подбородок и затряслись колени.

– Матушка? – неуверенно позвала я, боясь услышать ее ответ.

– Я позволила ей уйти, – прошептала она. – Снова позволила ей уйти.

И впервые с той ночи, когда Филиппа ускользнула из дома, я поняла, что, возможно, не только я винила себя.

– Нам хватает и своих, матушка, – тихо повторила я ее слова.

Она ничего не сказала, и Дмитрий раздумывал всего секунду, а потом подхватил ее на руки.

– Берегите себя, – сказал он нам и пошел вслед за сестрой.

В отличие от Филиппы, матушка не оглянулась.

Меня охватило желание пойти за ними – не для того, чтобы ухаживать за матушкой, а просто быть рядом с ней.

«С этой стороны все кажется такими глупостями… столько времени потрачено впустую».

Слова причиняли боль. Я подумала о Миле, о Михале, и на меня нахлынула страшная усталость.

– Никогда все не станет хорошо, да?

– Не знаю.

Михал прижал меня к себе, и я молча протянула ему руку. Он был ранен, истекал кровью. Нельзя возвращаться в замок, пока Михал не исцелится. И даже тогда нас не должны увидеть или поймать – ни вампиры, ни мертвецы, ни сам Жнец, который все еще искал Матильду по всему острову. Возможно, никогда уже все не станет хорошо.

Покачав головой, Михал повел меня глубже в лес.

– Идем со мной.

Глава 39

Прошу, останься

Пар ласкал мне лицо в руинах древней купальни, и мои волосы завивались от влаги. Я сидела рядом с Михалом