Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

глаза, и я застыла. После того, как я напала на него у Башни – после того, как разрушила нашу любовь, – я не думала, что снова увижу его, тем более здесь. Однако ошеломление быстро пропало, и осталась лишь глубокая печаль и зияющая пропасть между нами. Хорошо, что его раны зажили. Видимо, кровь Коко сотворила чудо.

Я с усилием сглотнула.

Наши отношения с Жан-Люком с самого начала были обречены на провал, но они не должны были закончиться вот так.

Словно прочитав мои мысли, Жан-Люк первым отвел взгляд. Он посмотрел на Михала – на наши переплетенные руки – и помрачнел. Я понимала Брижит, которая встала перед ним, чтобы он не увидел. Она хотела защитить его.

Однако я не выпустила руки Михала.

– Здравствуйте, – тихо поприветствовала я их, а Михал ободряюще сжал мои пальцы.

Они ничего не ответили.

Откашлявшись, чтобы разрядить внезапное напряжение, Рид сказал:

– Жан-Люк и Брижит шли по следам восставших до нашего дома, а потом Матильда, хм…

– Похитила нас! – сердито воскликнула Лу. – Разорвала завесу прямо над нашим кухонным столом и схватила меня в ту минуту, когда я отрывала голову ожившему Грю. Рид ухватил меня за руку, а Жан-Люк его, – она взволнованно взмахнула рукой, – и так далее. Как же мне стало дурно в царстве духов, – содрогнувшись, добавила она. – Правда, тут мне тоже не особо нравится.

– Ужасная внучка! – вставила Матильда и чуть дрожащей рукой указала на Лу. – И беспомощная женщина!

Выругавшись, Лу бесцеремонно плюхнулась на кровать Михала. Рид виновато посмотрел на Михала, который сухо заметил:

– Не прибедняйся, Матильда, ты вовсе не беспомощная… К тому же, как я заметил, ты-то не осталась перекинуться со Смертью парой слов.

– Я не идиотка. Это же сам Жнец!

– Как хорошо, что ты сбежала, а не осталась выполнять свой супружеский долг, – сказала я, старательно избегая взгляд Дмитрия.

Из его ран на руках и ногах все еще сочилась кровь, наполняя грот тонким ароматом, а на его щеке горел ожог от серебряного креста Филиппы.

– Жаль, что твои книги пропали, как и твой дом… Земля поглотила их, но они достойно сражались со Смертью.

– Поглотила их? – не выдержав, спросила удивленно Брижит и хмуро посмотрела на нас. – Супружеский долг? Она?

Матильда прожгла ее взглядом, но тут вмешался Дмитрий, прежде чем ведьма успела сделать что-то необдуманное, скажем, проклясть Брижит, отправить ее в небытие или просто откусить ей нос.

– Поверь мне, – сказал он, храбро пытаясь изобразить ухмылку, – это не то, о чем ты думаешь.

Матильда дернула пальцами.

– Следи за языком, мальчишка. Я стара, но не мертва.

– А жаль, – тихо пробормотала Лу.

Я ощутила нетерпение Михала. Он спустился по лестнице и потянул меня за собой.

– Довольно. Охотница не зря спросила… Нет смысла продолжать, пока не все понимают, в чем дело.

И он быстро рассказал, что произошло в доме Матильды и что случилось до этого. У Жан-Люка с Брижит открылись рты, да и у Лу с Ридом тоже. Моя мать же закрыла глаза и опустила голову.

– Филиппа?

Жан-Люк сделал полшага вперед, когда Михал упомянул ее имя, и удивленно на меня посмотрел. Хотя он попытался скрыть беспокойство, я услышала, как быстрее забилось его сердце, как участилось дыхание. Я кивнула.

– Она… она жива?

– В некотором роде, – ответила Одисса.

Жан-Люк помолчал. Он посмотрел на мою мать, и взгляд его смягчился.

– Ей можно помочь?

Она не ответила, и я с трудом сглотнула.

– Мы пытались.

Михал снова сжал мою руку, и, хотя Жан-Люк увидел его прикосновение, он никак не отреагировал.

– Филиппа – симптом опасной болезни, – раздраженно сказала Одисса и посмотрела на Михала. – Почему Жнец не убил нас тогда? У него была армия мертвецов. Они схватили нас с Дмитрием, ты не смог драться, а Филиппа использовала свою мать, чтобы надавить на Селию. Так почему он не убил нас? Почему не прекратил наше маленькое сопротивление прямо тогда?

– А разве не очевидно? – недовольно спросила Матильда, сидящая на ступеньках, и задумчиво постучала себя по виску. – Он так и не нашел недостающий фрагмент – то особенное, благодаря чему Филиппа не похожа на других, – и только вы можете это сделать. Если Смерть убьет вас, тайна умрет вместе с вами, а он трус. Он не рискнет последовать за вами в свое царство. Пока завеса не упадет окончательно. – Ведьма презрительно фыркнула и бросила на меня взгляд. – Но помяни мое слово, деточка, скоро ему надоест гоняться за Невестами и оживлять мертвецов, и он накажет тебя за то, что ты мешала ему.

Все с любопытством посмотрели на меня. По телу у меня пробежали мурашки.

– Мешала ему? – хмуро спросила я. – Ничем я ему не мешала. Я понятия не имею, почему моя сестра не такая, как другие восставшие…

– Нет? – недовольно поджала губы Матильда. – Совсем без понятия? Что, ни одной мысли в твоей безмозглой головушке?

– Очевидно, у тебя есть какая-то мысль, – сказал Михал. – Может, поделишься?

– Не хочу показаться глупой, – вставила Брижит, – но почему так важно, что Филиппа отличается от других мертвецов? Вы же сказали, что Смерть хочет уничтожить завесу, а не создать еще одну… – она посмотрела на меня своими яркими глазами, – призрачную невесту.

Я чуть прищурилась, услышав ее едва скрытое оскорбление, но сделала глубокий, успокаивающий вдох.

– Это важно, потому что Филиппа едва не уничтожила завесу в одиночку в канун Дня Всех Святых. Если Жнец сможет повторить ее шаги, то завеса наверняка рухнет окончательно. Жизнь и смерть, какими мы их знаем, перестанут существовать, и, если происходящее хоть о чем-то говорит, – я жестом обвела водоворот, замок, рынок, лес и весь мир за пределами грота, где стены кровоточили, а папоротник плакал, где все растворилось в оттенках серого, – никому это ничего хорошего не сулит.

– В том числе и шассерам, – сказала Лу, не поднимая головы.

Кажется, она чувствовала, что Жан-Люк и Брижит не горели желанием помогать, а может, просто догадывалась. Сжигать оживших мертвецов – это одно, тут понятно, что нужно делать. А вот вступать в схватку со Смертью, пока он рвал мир на части, – совсем иное.

Жан-Люк и Брижит обменялись быстрыми взглядами. Жан-Люку никогда не удавалось утаивать свои эмоции, и сейчас он выглядел настороженным, а Брижит даже не пыталась скрыть своего отвращения.

– Что бы ни случилось с Филиппой, – сказал Михал, не обратив на них внимания, – Смерть не прекратит преследовать тебя, и он явно уже начал отчаиваться.

– Вот поэтому ты вместе с этими болванами спрячешь меня. – Матильда ткнула скрюченным пальцем в Михала и кивнула