Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

бросила взгляд на Одиссу, на кровоточащую рану у нее на шее…

Разве что он не защищал сестру. И тоже прочертил на песке линию.

Притянув Михала, я уложила его к себе на колени и выдернула кол из его ребер, борясь с паникой. Его рука дрожала, веки трепетали.

«Он не погибнет здесь. Михал исцелится. Он исцелится…»

– Не было нужны доводить до такого. – Жнец чеканил каждое слово.

Он возбужденно расхаживал из стороны в сторону. Последние обломки дома Матильды рухнули в пропасть, и весь лес затих.

– Зачем было доводить до насилия? Я ведь был учтив.

Он резким жестом указал на мертвецов и Филиппу, словно ожидая их согласия, но они зловеще молчали. Не почитали его. Просто стояли, смотрели пустыми глазами и ждали нового повеления.

Но не Филиппа. Она стояла рядом с нашей дрожащей матерью и смотрела на меня.

Однако Смерть не обращал на нас внимания. Он широко раскинул руки, а его возбужденность сменилась жгучей яростью.

– Я ведь вежливо просил, так? Обрисовал всю картину довольно ясно. Если уничтожить завесу, всем только станет лучше – всем! – но почему-то оказался злодеем в этой проклятой истории. А как мне не быть злодеем, когда герои такие мерзкие? Почему они не хотят понять меня?

Он внезапно схватил мертвеца и оторвал ему голову, а тот даже не пошевелился. Матушка закричала. Я разорвала рукав и порезала руку о край серебряной цепи Дмитрия. Рядом с пропастью промелькнула серебристая вспышка, но я не обратила внимания. Поспешно наклонившись, я прошептала Михалу на ухо:

– Пей.

Я прижала кровоточащую руку к его губам, и он со стоном открыл глаза.

– Все будет хорошо. Просто выпей, исцелись и…

– Не уверен, что все будет хорошо. – Смерть с наслаждением оттолкнул мою руку. – Я дал тебе выбор, и ты выбрала неверно. Теперь нас всех ждут последствия твоего решения.

Я впилась ногтями ему в сапог и попыталась дернуть за ногу, чтобы повалить его на землю. Жнец схватил меня за горло, и я поморщилась. Нельзя было сдаваться. Нужно было отвлечь его…

– Мы тебя… ни за что… не выберем, – задыхаясь, прохрипела я.

Смерть сильнее сжал мне горло, едва не раздавив.

– Ты сам… сказал. Настоящая смерть – это равновесие, будущее и… покой.

Я оцарапала ему запястье, чтобы он посмотрел на меня, чтобы на меня посмотрели все, а серебряная вспышка обретала плотность.

– Это обещание жизни. Обретение смысла. Не смерть наш враг, а ты! Мы не станем… служить тебе. Не поможем тебе уничтожить… наш мир.

Жнец не зарычал, не оскалился, не придушил меня, как я того ожидала, – он просто мрачно кивнул.

– И я тебе верю, – сказал он.

Он швырнул меня на землю и поднял кол, лежащий в траве.

– Ты отвечаешь за все последствия, mon mariée.

Столько всего нужно было осмыслить в этот миг, и секунды, кажется, замерцали в небе, как звезды. Передо мной проносились образы. Смерть. Кол. Михал. Но я не понимала – и не пойму, – почему у Смерти побелели пальцы, которыми он сжимал кол. Почему глаза Михала распахнулись. Под ногтями у меня были трава и земля, пока я ползла все быстрее и быстрее. В горле горело, кровь стучала в ушах. Нет, нет, нет. Нет!

Нужно было дотянуться до них. Михал не умрет. Только не он. Нет…

– Довольно.

Серебряный призрак пронесся по траве, схватил Смерть за руку и выбил кол, который упал рядом со мной. Я отшвырнула его подальше в лес, доползла до Михала. Кол скрылся, и Мила улыбнулась.

Мила!

Она не бросила нас. Спасла Михала, и сейчас она… Я хмуро посмотрела на руку, которую она завела за спину. Она описала указательным пальцем маленький круг, оглянулась на меня, и что-то в ее глазах напомнило мне о другом времени. О другом месте.

«Но чего ты ожидаешь, когда подавляешь свои чувства? Должны же они куда-то уходить».

Она снова описала круг пальцем, и меня внезапно озарило. Она хотела, чтобы я разорвала завесу. Чтобы мы сбежали сквозь разрыв. Она давала нам шанс. Я схватила Михала за руку и ободряюще сжала ее. Может, и правда все будет хорошо. Мы освободим Одиссу и Дмитрия, сразимся с мертвецами, спасем мою мать и… и…

Сердце болезненно сжалось. Я отбросила эту мысль.

«Если нам повезет».

Мне вообще когда-нибудь везло?

– Оставь их в покое, – спокойно и уверенно сказала Мила.

Ее волосы развевались на ветру, а воздух наполнился запахом серы и роз. Она высоко вскинула голову, воспарила над Жнецом и смотрела на него сверху вниз, как королева, царственная и бесстрашная.

– Ты не спрашивал нас, чего мы хотим. Те, кто существуют между миром живых и мертвых, считают тебя невообразимо… – она приближалась к Смерти ближе с каждым словом, а он прищурился, – ужасным. Ты вообще задумывался, на что станет похож этот мир без тебя? На что станут похожи другие миры?

– Я останусь в мирах…

– Нет, не останешься.

Мила отвела прядь его волос, заправила ее за ухо и провела пальцем по его подбородку. Ее прикосновение было… чувственным, и его взгляд потемнел.

– Миры уже теряют тебя. Почему все рушится: завеса, магия, мир?

Смерть нежно погладил ее руку. Его губы медленно раздвигались в улыбке, и я мгновенно ощутила перемену. Ужас побудил меня действовать. Я зацепила завесу у его ног. Сосредоточившись на нашей первой встрече с Милой – когда она танцевала в коридоре, – я начала рвать завесу, но тяжелый сапог обрушился мне на руку.

– И это было, – сказал Смерть, – последнее предостережение.

Михал подскочил.

– Мила, беги…

На миг мне показалось, что у нее все получится, но Смерть пронзил ей грудь рукой, прямо там, где когда-то стучало сердце. Но ведь… Мила – призрак, и у нее нет сердца. Она ухмыльнулась, победоносно вскинув брови… И тут он сжал кулак. Крепко ухватился за что-то сияющее, что было ярче и жарче нее, и Мила удивленно ахнула.

– Занятно. – Смерть наклонил голову и с любопытством рассматривал свою руку у нее в груди. – Очень занятно.

Михал вскинул голову.

– Отпусти ее…

Смерть не обратил на него внимания.

– Прелестная Мила, моя вечная дева, – промурлыкал он, почти касаясь ее губ, а ее жизнь – или то, что от нее осталось, – засияла у него в руке. – Повезет ли тебе в третий раз? Наверняка ты уже поняла, что некоторые воспоминания и даже их отголоски лучше забыть.

Смерть повернул руку, и Мила упала на колени перед Михалом, который отчаянно пытался дотянуться до нее. Я подскочила на ноги, готовая разорвать Жнеца на