Читать интересную книгу "Призрачная невеста - Шелби Махёрин"

смысле… да. Одисса помогла с продумыванием плана и уговорила Лу присоединиться к нам. Полагаю, Дмитрий вмешался, когда ты отказалась оставаться в тени. Но по всему остальному – нет.

Он приоткрыл глаза и посмотрел на меня, а за окном в гармонии с музыкой запели высокие сверхъестественные голоса.

– Мелузины, – ответил он на мой немой вопрос. – Видимо, не все жители острова будут скорбеть по мне. – Он выглядел недовольным. – Одисса будет несносна.

Я помогла ему подняться, и на этот раз Михал положил руки мне на плечи, а я обхватила его за пояс.

– А как ты собираешься незаметно добраться до комнаты Одиссы? – прошептала я, бросив взгляд на дверь. – Здесь же полным-полно вампиров…

Он кивнул на галерею.

– Там есть проход.

– Тайный проход?

Михал одарил меня широкой улыбкой, и при виде ее – такой естественной и беспечной, такой неожиданной – я почувствовала, как внутри у меня все ухнуло.

– Мы специально выбрали этот зал, потому что проход наверху ведет на сцену в Старом городе, где десяток менестрелей ждут, чтобы возвестить о моем чудесном воскрешении из мертвых.

– Сарказм – низшая форма остроумия, Михал.

– Но все равно это остроумие, Селия.

Я сердито нахмурилась, а он подмигнул мне и согнул колени, готовясь… Сделать что? Я проследила за его взглядом, устремленным на балюстраду, и все поняла. Михал собирался прыгнуть наверх с огромной зияющей дырой в груди, и… я тоже поспешно подогнула колени и обхватила его, чтобы помочь. Я едва не споткнулась – так стремительно мы прыгнули, но Михал ухватил меня за плечо, чтобы я не упала.

– Проход соединен с десятком других. Члены королевской семьи могут перемещаться по ним или сбежать, если надо. Одисса, Дмитрий и я – последние из нашего рода, и только мы знаем о них. – Михал стиснул зубы от боли. – И теперь ты.

– Как ты? – обеспокоенно спросила я. – Может, не стоило…

– Со мной все будет хорошо, Селия.

Он отвел меня к центральной панели позади стульев для музыкантов, поддел пальцем панель за край и открыл ее. Чувствуя трепет, я заглянула в очередной темный и сырой проход.

– И не думай, что я простила тебя. Ты же мне ничего не рассказал.

– А мне нужно прощение?

Я изумленно повернулась к нему.

– Я держала в руках твое сердце, Михал. Твое сердце! А что еще хуже, почти весь вечер я думала, что ты…

Он изучающе на меня посмотрел, словно искал в моем взгляде какой-то ответ.

– Мертв?

– Да, – возмущенно прошипела я. – Убит моей подругой, а друзей у меня и так по пальцам пересчитать в этом треклятом месте.

Я снова взглянула на дверь. Если какой-нибудь вампир подойдет слишком близко к залу или прислушается, весь план лопнет, как мыльный пузырь. Покачав головой, я подтолкнула Михала в проход и аккуратно закрыла за нами панель. Мы оказались в кромешной темноте. И хотя я видела довольно хорошо, пожалела о том, что не было света, или скорее о том, как обострились все мои прочие чувства. От запаха Михала у меня и так всегда путались мысли, а сейчас мы еще и шли, тесно прижавшись друг к другу.

Михал наконец заговорил, и его голос прогрохотал у меня над ухом:

– Прости. Я хотел рассказать тебе о нашем плане, но Одисса… предпочла не втягивать тебя.

– Почему?

К чести Михала, он не стал лгать.

– Никто не осуждает тебя, Селия, но ты не скрывала своего отвращения к Реквиему, а этот остров – дом Одиссы. – Он помолчал. – И мой дом. Одисса ничего не рассказала, потому что не было нужды тебя втягивать, и я прислушался к ее мнению, потому что мне все равно предстояло пролежать весь вечер мертвым. Чтобы план удался, ей нужно было быть уверенной в нем… и в том, что она сможет принять решения без меня.

– И что, она просто… будет притворяться королевой, пока вы не решите обратное? – И прежде, чем он успел ответить, я спросила: – Почему вы так поступили? Это как-то связано с ожившими мертвецами?

Чуть сжав мои плечи, он попытался пройти вперед, но я уперлась ногами в пол. Я не собиралась дать ему пройти, пока не ответит на мои вопросы.

– Одиссе не нужно притворяться, – вздохнул Михал. – Она и есть королева. Наше представление сегодня, возможно, и было ненастоящим, но передача власти – еще как. Организовав свою публичную казнь, я уступил трон. Во всех отношениях я умер.

Я ждала, когда он продолжит, все объяснит. Михал молчал, и я сердито на него посмотрела, только вот сердитыми взглядами ничего не добиться.

– Ты мог бы мне все рассказать, – в конце концов произнесла я.

– Как и ты рассказала все мне?

Я отпрянула, и Михал тут же пожалел о своих словах. Он покачал головой и, чуть пошатываясь, высвободился из моих объятий. Он виновато на меня посмотрел.

– Нужно идти. Чем скорее я выпью крови, тем скорее мы уйдем… После рассвета мы встретимся с одной ведьмой на дальнем конце острова. Она очень стара и ни с кем не общается, но, возможно, знает, как убить восставших.

– Ведьма на дальнем конце острова? – слабым голосом повторила я. – Михал, да ты же едва держишься на ногах! Даже если Ариэль поможет тебе, как ты пройдешь через весь остров незаметно? Ты же вроде как умер…

– Меня не увидят.

– Откуда тебе знать?

– Я знаю этот остров лучше, чем кто-либо, Селия. Знаю все секреты, ловушки, хитрости. И себя я тоже знаю. Мои чувства и ощущения острее, потому что я старше и сильнее других. Только Одисса может выследить меня, а, к счастью для нас всех, у нее есть дела поважнее. – Он напряг челюсти едва ли не до хруста. – Довольна? Пойдем?

Михал двинулся вперед, и я поспешила взять его за локоть, чтобы поддержать.

– Да, хорошо, ты очень могущественный и сильный – подарю тебе медаль за это. Но ты уверен, что Ариэль поможет?

– Если тебе неприятно, можешь не ходить со мной, Селия. Подожди меня в проходе…

Михал не успел договорить, а я уже покачала головой. Разумеется, я не могла бросить его на попечение Ариэль, когда он был так страшно ранен. Михал едва не умер. Я думала, что он погиб и… и…

– Ее кровь сможет исцелить тебя?

Михал внимательно смотрел перед собой.

– Она же оборотень.

– Да! – сердито бросила я. – Но рана-то у тебя не обычная! У тебя сердце видно сквозь ребра. Может, тебе нужна кровь посильнее? Ты…

Михал резко остановился. Ощутив перемену, я молча отпустила его руку. Он