Читать интересную книгу "Наследник Тумана том 2 - Сергей Витальевич Карелин"

донесения агентов и распечатки с камер наблюдения.

Все складывалось в одну крайне неприятную картину.

Первая квартира Пономарева оказалась пустой. Адвокат ушел от слежки, растворившись в старых московских переулках. Алена исчезла из-под носа у охраны, а неизвестный мужчина, прорвавший родовую магическую защиту и носивший на пальце перстень Волконских, мог быть кем угодно, и даже ожившим мертвецом Михаилом Рощиным.

Дверь кабинета открылась. На пороге стоял начальник службы безопасности.

— Ваше сиятельство. Поступили срочные данные.

— Говорите. — Дмитрий не обернулся.

— Мы проверили всех, кто шел в частных караванах в день побега. Опросили наших агентов на складах и гильдейских точках. Один из проверяющих, работавший на выезде в один из медицинских караванов, опознал человека.

Дмитрий медленно повернулся.

— Кого?

— В документах он значился как Матвей Соколов, помощник экспедитора. Но проверяющий, получив фотографию Михаила Рощина, подтвердил сходство. Внешность была изменена, но агент уверяет, что это именно Рощин. Он когда-то пересекался с ним в Рязани.

В кабинете повисла звенящая тишина.

Дмитрий подошел к столу, поставил стакан. На его лице было холодное спокойствие, но внутри бушевала ледяная ярость. Он ненавидел, когда его переигрывали, тем более такие неудачники, как его сводный брат.

— Значит, он жив, — произнес он так тихо, что безопаснику пришлось напрячь слух. — Этот ублюдок выжил в синем Тумане.

— Караван ушел на Рязань, ваше сиятельство. С ним была женщина. По документам — больная родственница Анна Ларионова. И кстати, с ними тоже была собака.

— Почему не доложили сразу? — ледяным голосом поинтересовался Дмитрий. — Сколько времени прошло, вы понимаете?

— Бюрократия, ваше сиятельство, — пожал плечами Мельников, — да и не подумал он…

Он осекся, так как дверь распахнулась и в кабинет ворвался Сергей. Глаза у младшего брата лихорадочно блестели, ворот рубашки был расстегнут. Он явно уже успел выпить и сейчас не скрывал своей паники.

— Я же говорил! — заорал он, срываясь на визг. — Я тебе говорил, Дима! Надо было добить его в Рязани! Надо было послать нормальных убийц, а не этих криворуких идиотов!

Дмитрий бросил на него такой взгляд, что Сергей осекся и отступил на шаг.

— Ты много чего говорил, Сережа. — В голосе Дмитрия был холод, от которого его брат невольно вздрогнул. — Но думать и разгребать последствия все равно приходится мне.

— Так давай отправим туда людей! Прямо сейчас! Штурмовиков, магов — кого угодно! Перевернем Рязань вверх дном, но достанем их!

— И поднимем на уши всю Гильдию Проводников? — Дмитрий презрительно скривился. — Рязань — их территория. Гильдия не отдаст Рощина просто так. Если мы устроим там бойню, об этом узнает Имперская канцелярия и Имперская СБ. Ты хочешь объяснять следователям тайной полиции, зачем мы устроили полномасштабную войну в провинции?

Сергей затравленно оглянулся.

— Тогда что ты предлагаешь? Сидеть и ждать, пока он приедет и станет главой рода?

Дмитрий открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент в кабинет бесшумно вошел личный секретарь. Его лицо было бледнее обычного. Он низко поклонился.

— Ваше сиятельство… Только что звонили из клиники Брусницкого.

Сергей замер. Дмитрий выпрямился.

— Князь скончался десять минут назад.

В комнате повисла давящая тишина. Слышно было только, как в камине потрескивают поленья.

Дмитрий не почувствовал ни скорби, ни боли утраты, но почувствовал как запустился невидимый секундомер. Обратный отсчет пошел. Завещание огласят через два дня.

— Выйдите, — приказал он секретарю и начальнику охраны.

Когда за ними закрылась тяжелая дубовая дверь, Сергей рухнул в кресло, обхватив голову трясущимися руками.

— Все. Нам конец. Если этот ублюдок появится у нотариуса…

— Не появится, — стальным тоном произнес Дмитрий. Он подошел к огромной карте империи, висящей на стене. — Слушай меня внимательно. Рощин не должен попасть в Москву до оглашения завещания. Ты же помнишь старое правило вступления в наследство?

Сергей поднял голову и понимающе посмотрел на брата.

— Точно… Если он не появляется на оглашении завещания, назначается временный глава рода, а само завещание можно будет оспаривать в суде, а там он не выиграет… Мы его размажем! Гениально! Но… — он вдруг помрачнел, — но это правило старое…

— Это традиция, Сергей, — строго напомнил ему брат. — Традиция, ставшая законом. Да, про нее часто забывают, но мы ее озвучим.

Он провел холеным пальцем по линиям дорог, соединяющим города.

— Мы не будем искать его в Рязани. Это глупо, долго и привлекает внимание. Мы перекроем дороги. Поднимай всех наших людей в «Госэкспрессе». Дай неофициальные щедрые запросы на все частные караванные службы. Рязань, Коломна, Владимир, Тула. Каждый маршрут, каждый автобус, каждый грузовик надо просеять через мелкое сито.

— А если он все равно пройдет? — Сергей поднял на него красные, воспаленные глаза. — Если он проскользнет, как проскользнул из особняка?

Дмитрий холодно улыбнулся.

— Тогда он умрет уже здесь. На подступах к Москве. На глазах у всех, но так, что никто в империи не докажет нашу причастность. Я подготовлю ему встречу, которую он не переживет.

Глава 18

Неделя в конспиративной рязанской квартире тянулась невыносимо медленно, особенно по сравнению с Туманом, но нервы все равно были натянуты до предела. Мы старались не подходить к окнам без крайней нужды, шторы держали плотно задернутыми даже днем. Мобильные телефоны лежали разобранные, без батарей и сим-карт, в самом дальнем ящике кухонного стола. Связь с внешним миром поддерживалась только через старый аппарат, и то исключительно по необходимости.

Я чувствовал себя зверем, запертым в тесной железной клетке. И все больше вспоминал свою прошлую жизнь: жизнь дальнобойщика, в которой была трасса, гул мощного дизеля и меняющиеся пейзажи за лобовым стеклом. У Койота, чьи воспоминания теперь намертво сплелись с моими, жизнь ассоциировалась с опасностью и пронизывающим холодом Тумана. А здесь не было ни того ни другого. Только давящее ожидание.

Еду приносил человек Борова. Тот самый неприметный водитель, что забрал нас со склада Гильдии. Он стучал условно, после чего оставлял пакеты у двери и уходил. В пакетах лежал нехитрый набор продуктов, новые бинты, антисептики и обезболивающее. Один раз он принес свежие газеты и пузатую бутылку хорошего армянского коньяка.

— Сергей Сергеич велел передать от нервов, — коротко сообщил он из-за двери, но когда я открыл ее, нашего «курьера» уже не было.

Коньяк мы так и не открыли. Было откровенно не до того: алкоголь