Читать интересную книгу "Время длинных клыков - Валерий Камнев"

показаться ровной, как стол. Я как только не ломал себе голову, чтобы создать удобную для транспортировки груза тележку, но никакое колесо, изготовленное мной, не выдержит подобных условий эксплуатации. Делать его долго, а сломается на раз. Пока волокушам нет альтернативы. Потому, стремясь облегчить женский труд, я попросту бросил на зимней стоянке большинство вещей. Вернее, не бросил, а сложил в одном из оставленных жилищ. Ведь дай волю Искре и Жёлтому Дереву, они нагрузятся так, что не смогут идти.

Горшки для сбора и выпаривания сока мы зарыли в землю и завалили это место камнями от медведей. Наш ударный труд принёс неплохой результат, обеспечив сахаром на какое-то время.

Но здесь, у брода, ожидает неприятный сюрприз. Не только нам хочется лошадиного мяса. Неподалёку от переправы, подле густого кустарника, расположился львиный прайд. И судя по тому, что над ним кружат стервятники, кошки успели славно поохотиться.

Крупный лев почти не имеет гривы. Он лежит чуть в стороне от самок и подняв массивную голову, оглядывает подошедших людей. Зверь ничуть не пугается наших голосов. Лев ленив и спокоен.

Трое львиц ведут себя не так уверенно. Они застыли вокруг остатков добычи, сверля нас жёлтыми глазами. Мы собирались разбить стоянку немногим дальше, но теперь не хочется останавливаться рядом с такими соседями.

— Они не уйдут далеко, — проговаривает Камень. — Львы на своей земле. Нужно убивать.

— Да, — отвечает вождь. — Ты сказал верно.

Женский караван остаётся поодаль, а охотники готовят оружие. Львицы всё так же вертятся у туши, только самец настороженно приподнимается. Ему не нравится наша суета.

Идём прямиком к нему, лишь немного рассредоточившись. При нашем приближении, лев делает несколько шагов навстречу и предостерегающе рыкает.

Он не выглядит испуганным, скорее удивлённым. Должно быть, этот кот не знает, насколько опасны люди. Львицы каким-то инстинктом чувствуют недоброе, и стоит нам пройти ещё немного, отступают в заросли.

Лев собирается сделать то же самое. Он так набил брюхо кониной, что оно напоминает раздутый бочонок. Зверь разом утрачивает уверенность, норовя отступить, но в него уже летят стрелы и дротики.

Сразу несколько из них врезаются в льва, и громадный кот вертится, пытаясь избавиться от засевших в теле наконечников. Ему уже не сбежать. Всё новые дротики поражают зверя. Могучий лев, только что выглядевший величественно и спокойно, крутится во все стороны, и с каждой секундой из него вытекает жизнь. Страшный зверь никнет, извернувшись в агонии, и торжествующий охотничий клич гремит над равниной.

Но вот его самки уцелели, укрывшись среди густого кустарника. Входить в эти заросли за ними — самоубийство, и мы издалека забрасываем кусты камнями. В ответ одна из львиц рычит, и стоит нам приблизиться, показывается в прогалине. Я стреляю в её жёлто-серое тело, но промахиваюсь.

О том, чтобы выгонять зверей, прочёсывая кустарник, не может быть и речи. Как только львицы поймут, что их гонят на чистое место, то развернутся и атакуют. Широко расходиться друг от друга, охотясь на троицу львиц, тоже нельзя.

Но у одной из кошек сдают нервы. Не выдержав нашего присутствия, львица решается перебежать короткий открытый участок и скрывается в дубняке, уходящем вдоль реки на запад.

Остальные проделывают такой же трюк в другом месте, и я не рискую стрелять в угон, опасаясь только ранить зверя. Охотники бросают дротики, но кошки слишком далеко. Львицы убегают, а нам предстоит содрать шкуру с их мёртвого супруга.

Кто первый поразил зверя непонятно, а потому шкура достаётся вождю. Лёгкая светится от счастья, наверное, представляя, что обязательно сумеет зачать сына на этой постели.

А вот Звёздное Одеяло давно утратила расположение вождя, если не сказать больше. На женщине просто нет лица. Быстрее Ветра не изгнал её, но словно не замечает жену. Вернее, замечает, когда нужно выполнить работу потяжелее. Теперь Лёгкая ведёт себя, как и подобает старшей жене. Вся худшая и грязная работа целиком ложится на Звёздное Одеяло. У неё самая нагруженная волокуша, и за время пути женщина стала выглядеть откровенно плохо.

Искра и Жёлтое Дерево рады этому, а вот мне Звёздное Одеяло жаль. Она ничуть не хуже остальных. Вождь сам виноват, что поверил Белому Облаку.

Мы разбиваем стоянку примерно в километре от брода, расчищая участок на пологом берегу, метрах в пятидесяти от воды. Здесь растут колоссальные дубы, а вот подроста и кустарников немного. Обзорность просто отличная, и вождь с важным видом указывает где размещать шатры.

Мне, как новоявленному Слышащему, полагается ставить шатёр рядом с вождём. Это не слишком хорошо, но деваться некуда. Ни к чему отказываться от почётного места. Но Быстрее Ветра ещё сам пожалеет об этом. У моей дочери младенческие колики и кричит она громко и регулярно.

Жёлтое Дерево перенесла путь не так плохо, как раньше, ведь груза на её волокуше было немного. Старшего из сыновей нёс я сам, приспособив нечто вроде поняги на спину, а младшего по такой же схеме тащила Искра. Только возня с дочерью выматывала Вэл-юу. Но теперь путь подошёл к концу. Если мы заготовим достаточно мяса, то останемся здесь надолго. Жёлтое Дерево, сосредоточившись, греет над костром кусок оленьей шкуры. Она кладёт эту нагретую шкуру себе на живот, а сверху укладывает малышку.

Помимо таких согревающих процедур, Вэл-юу даёт дочери отвар из местного «бергамота». Он немного успокаивает колики в животе.

У брода мы выбираем удобные места для засады, и охотники по двое дежурят от рассвета до заката, в ожидании лошадиных табунов. Но проходит пару дней, а непарнокопытных всё нет, и лишь в середине третьего дня на стоянку прибегает Тёмный — кони пришли.

Мы торопимся к броду, не забывая об осторожности. Нельзя спугнуть лошадей. Но только увидев пришедшую массу, понимаю, что помешать их переправе практически невозможно.

Здесь нет крокодилов, как в африканских реках, а потому, напившись, кони без колебаний устремляются вплавь. Река широка, но течение слабое, и лошади плывут, всё ближе подбираясь к берегу.

Охотой руководит вождь. Мы не трогаем первых лошадей, ведь сделали засаду под западным ветром, но чем шире разбредаются кони, тем больше шансов, что они попросту наткнутся на нас. Быстрее Ветра подаёт знак, и я тщательно выцеливаю одну из кобыл. Стрела ударяет её в бок, а следом стреляет Ловкий. Тут же летят дротики других охотников, и лошади мечутся, не понимая, куда бежать.

Они проворнее бизонов, но не так крепки на рану. Стрелы из моего лука тяжело ранят коней. Не всегда получается выстрелить дважды в одного и