Читать интересную книгу "Наследник Тумана том 2 - Сергей Витальевич Карелин"

секунду.

— Не так, как они хотели.

Я презрительно усмехнулся. Злость, которую я пытался подавить, снова начала поднимать голову.

— О, конечно. Нож под ребра и толчок в кишащую монстрами синюю бездну? Да, Шелест, это было чертовски гуманно с твоей стороны. Я должен сказать тебе спасибо за милосердие?

— Я не била в сердце! — Ее голос вдруг сорвался на крик, в нем прорвалось отчаяние. — Я не била в печень или легкое! Я знала, куда бью, Миша! Да, это глубокая рана, это безумно опасно, но это не обязательно смертельно! Это шанс!

— Шанс? — Я изумленно уставился на нее. — Ты сейчас серьезно пытаешься этим оправдать удар ножом? В Тумане?

— Миша, я не слепая! — Она сделала шаг ко мне, но тут же остановилась, наткнувшись на мой ледяной взгляд. — Я видела, что с тобой происходит после наших выходов в Туман. Ты менялся. Ты видел то, чего другие проводники в упор не видят, чувствовал опасность до того, как она появлялась. Я не знала, что именно с тобой происходит, какая магия или мутация в тебе сидит, но понимала одно, ты давно не обычный проводник. Ты нечто большее.

Я вспомнил, как она смотрела на меня во время наших походов. Как задавала вопросы, которые тогда казались просто дружеским любопытством. Она анализировала меня все это время. Странно. Регенерации от Системы у меня тогда не было. Это что так смотрелось со стороны? Бред какой-то.

— А вытолкнула ты меня прямо в пасть к скеггам тоже из великой заботы? — едко поинтересовался я.

— Да! — она выкрикнула это со слезами на глазах.

Я едва не рассмеялся в голос от абсурдности ситуации.

— Осторожнее, Шелест. Магическая клятва уже работает. Врать сейчас — плохая идея для твоего здоровья.

— Я говорю правду, клянусь! — Она прижала руки к груди. — В тот момент, когда скегги пробили окно, моя путеводная нить… она вдруг рванулась в сторону. Не к скоплению тварей, а вбок. Я увидела там разрыв в аномалии. Временное «окно» Тумана, где монстров не было. Я видела шанс. Крошечный, безумный, почти никакой, но это был шанс для тебя выжить!

Я смотрел на нее и не хотел верить ни единому слову, потому что, если она лгала, все было предельно просто и понятно. Враг. Предатель. Пешка Волконских. Убить при первой возможности, перешагнуть через труп и закрыть эту болезненную тему навсегда.

Но если хоть на секунду предположить, что говорила правду… Нет, не складывается. Вероятность выживания в Тумане раненого человека вообще мизерная, каким бы он необычным не был. Так что все это походило на попытку просто оправдаться… причем достаточно наивную.

— У тебя были абсолютно пустые глаза, — тихо сказал я, вспоминая тот момент до мельчайших деталей. — Когда ты всадила в меня лезвие. Ни страха, ни жалости. Ни-че-го.

Она вся как-то сникла, ее плечи опустились.

— Я знала, что, если хоть на долю секунды позволю себе что-то почувствовать, если покажу слабость или сомнение, просто не смогу этого сделать. — Ее шепот был едва слышен. — Мои руки бы задрожали. Я знала, что ты возненавидишь меня. Ты и должен был меня возненавидеть, Миша. Это было главной частью плана.

— Чьего плана? Дмитрия?

— Моего собственного, — покачала она головой. — Если Дмитрий поверит, что приказ выполнен безукоризненно, что Рощин мертв, он перестанет давить на мою семью. Отзовет снайперов, даст мне исчезнуть, списав, как отработанный материал. Я должна была уйти в тень, подтвердив их кураторам: все прошло гладко, клиент мертв.

— Не складывается, — покачал я головой. — не убедила. Ты не могла знать, что я выжил и если бы твой план изначально заключался в моем выживании, хотя все это звучит как бред сумасшедшего, то твоим родственникам все равно бы угрожала опасность.

— Знаю, — ответила она. — Но после всего я смогла отправить мать и брата далеко… Туда, где Волконские до них не доберутся.

— И как ты узнала, что я жив, интересно? — уточнил скептически.

— Когда мне позвонил Дмитрий и заявил, что я не выполнила работу, что Рощин, возможно, жив… Тогда и поняла, что мой план удался. И я знала о ситуации с завещанием.

— Откуда?

— Ну… — она замялась, — мне бы не хотелось об этом говорить. Главное — я узнала…

— Ладно, допустим. И дальше что?

— А дальше я связалась с Семеном Вороновым, тем самым, кто помог нам в Туле.

Я изумленно уставился на нее.

— Я рассказала ему часть правды, — продолжила она. — Не про Волконских, конечно, и не про наследство. Сказала только, что тебя пытаются убрать очень серьезные столичные люди, а все официальные дороги наглухо перекрывают их наемники, и что нам позарез нужен надежный, нелегальный, скрытый маршрут до столицы.

— Нам? — Я иронично поднял бровь.

— Да. Нам. Потому что я иду с вами.

— Нет. Это исключено.

— Да, Миша.

— Ты, кажется, не совсем поняла механику того, что мы сейчас сделали, Шелест. — Я шагнул к ней, нависая сверху. — Твоя кровная клятва не стирает прошлого. Твои объяснения меня совсем не убедили, звучат они очень сомнительно. Клятва не возвращает мое доверие по мановению волшебной палочки. Она гарантирует лишь одно: что ты не воткнешь мне нож в спину во второй раз. Больше ничего.

— Я это прекрасно понимаю.

— Тогда пойми и другое. Я не желаю видеть тебя рядом.

Мила опустила взгляд на свои грязные, промокшие ботинки.

— Ты имеешь полное право так говорить. Но Семен уже здесь, в Рязани. У него есть подготовленная, вооруженная команда и разработанный маршрут. И это не поездка на комфортабельном Госэкспрессе. Не прогулка с легальным караваном. Мы пойдем через старые, заброшенные дороги, где нас не будет искать ни один патруль Волконских.

Алена, все это время внимательно слушавшая наш разговор, осторожно подала голос из-за моей спины:

— Почему вы не пришли с этим сразу к Борову? Зачем эти сложности с Семеном?

Мила перевела на нее взгляд.

— Потому что я не могла рисковать подставить Боровикова и всю Гильдию. Так что связалась с Семеном напрямую. И знаешь, что он мне ответил? — Она опять посмотрела на меня. — Он сказал, что без Койота даже разговаривать со мной не станет. Что он не верит в твою смерть,