Читать интересную книгу "Шторм Холли - Тата Алатова"

все-таки посетили рыбный фестиваль, который проходил на рынке. Многие продавцы с грустью вспоминали Сэма Вуттона и вкусную рыбу, которую он поставлял им.

Холли налопался соленых сардин, запил их дешевым местным пивом, совершенно осоловел, и Фрэнку пришлось тащить его на себе.

Он не стал заморачиваться и просто сгрузил Холли на скамейку в дешевом пабе поблизости, где тот сразу заснул, по-детски сложив ладошки под щекой. Тэсса накрыла его своей кожаной курткой и уселась за столом поблизости, заказав себе сидра.

– Как ты смотришь на то, чтобы напиться сегодня? – спросила она у Фрэнка.

У него дернулся уголок губ.

– Не боишься, что меня снова понесет драться? – спросил он горько.

Тэсса вздохнула:

– Что именно в тот вечер произошло?

– Сложно сказать, – неохотно ответил Фрэнк, машинально очищая фисташки от шелухи. – Когда умер Алан, я был в тюрьме. Его смерть тогда казалась чем-то ненастоящим, как будто он просто куда-то уехал. Но, увидев его на могиле, такого живого… я ощутил себя так… как будто потерял брата только вчера. Все, чего мне хотелось, – это встретиться с ним снова.

– Ага, – неопределенно отозвалась Тэсса, очень жалея, что алкоголь плохо берет ее инквизиторский организм. Иногда хотелось бы немного приглушить излишнюю резкость этого мира. Или разбудить Холли? Философский треп без всякого смысла – его конек.

– Ну, – добавила она, подумав, – у тебя всегда есть я. Если опять потянет на что-то такое.

– Спасибо, – с усмешкой ответил Фрэнк, – но, кажется, я уже все понял. Про иллюзии и все такое. Обещаю тебе, что больше не буду поднимать Алана.

– Спасибо, – с облегчением проговорила Тэсса. Она очень надеялась, что эта страница их бытия перевернута навсегда.

– Я хочу быстрее вернуться, – вдруг признался Фрэнк. – Здесь слишком много людей, трудно все время смотреть себе под ноги, чтобы не встретиться ни с кем взглядом. Мне казалось, что поездка в Ньюлин станет для нас с тобой шансом побыть только вдвоем. Но куда нам без Холли!

– Никуда, – согласилась Тэсса. Ей стало стыдно: они с Холли совсем не подумали о том, как придется Фрэнку среди такой толпы на рынке. – Хочешь, поедем прямо сейчас, пока нам еще не принесли сидра?

– Завтра поедем, – улыбнулся Фрэнк. – Что может случиться за одну ночь?

Холли сладко спал, и ему снилось море – бескрайнее и бессмертное, видевшее многих на своем веку и пережившее многих. Викингов и пиратов, рыбаков и мореплавателей, чаек, рыб и всяких гадов подводных.

Во сне он тоже был морем, безмятежным и спокойным, и его воды омывали весь мир, принося с собой благодать и благодарность.

А потом запиликал телефон Тэссы, где-то рядом сонно выругался Фрэнк, и Холли открыл глаза.

Было темно.

У него болела голова.

Холли закрыл глаза.

Послышался шорох, щелчок разблокировки телефона.

– Ну вот, – сказала Тэсса насмешливо, – Фрэнк, это ты накаркал. Что может случиться за одну ночь? Я скажу тебе: ровно в полночь Йен Гастингс попытался срубить Дерево любви на кладбище, и оно его поколотило.

– Поколотило, и хорошо, – зевнул Фрэнк, – не укололо же.

– Где мы? – спросил Холли. – В брюхе кита? Почему так темно?

– В гостинице. Темно, потому что ночь. Твоя голова болит после пива, – отчиталась Тэсса. – А потом Йена Гастингса покусали пикси, которые считают это дерево своим подарком людям.

– Они еще и кусаются? – удивился Холли.

– Доктор Картер пишет, что профессор теперь лежит и охает в его доме. Чем ему вообще это дерево не угодило, как думаете?

– Ну, меня тоже раздражает вся эта любовная чепуха, – пробормотал Холли, натягивая одеяло повыше. – Любит, не любит, любит, но не так, не любит, а хотелось бы… Но я же не хватаюсь за топор!

– Да потому что ты его даже не поднимешь, – ехидно заметил Фрэнк. – Ничего тяжелее кисти в руках за всю жизнь не держал…

– Да ты потаскай мой этюдник!

– Я хочу домой, – вдруг грустно сказала Тэсса.

– А я еще со вчера хочу, – поддержал ее Фрэнк.

– Да ну вас, – надулся Холли, – никакого с вами веселья. Но кажется, мне пора вспомнить, где мой телефон, включить его и позвонить уже собственной секретарше Мэри.

В гостиничном номере воцарилось молчание, во время которого Холли понял, что лежит один-одинешенек, а эти двое – на другой кровати, вместе.

Они же не изображали из себя кроликов, пока он спал?

– Что? – раздраженно закричал Холли. – Никто даже не спросит, зачем мне звонить Мэри?

– Ты хочешь уехать, – с робостью, которой он прежде от Тэссы не слышал, донеслось сначала.

– Вернуться в большой мир. Его можно понять, Тэсса. Холли не нужно прятаться от окружающих, как мне, Фанни, Кенни, Эрлу… – и в голосе Фрэнка звучало что-то… похожее на растерянность?

– А Уильям вообще похож на воздушный шарик.

– А ушки Милнов!

– А…

– Эй, сейчас я главная тема вашего обсуждения, – все еще лаская в душе их робость и растерянность, перебил эту бесполезную трескотню Холли.

– Ну, ты же не ожидала, что он останется в Нью-Ньюлине навсегда, – буркнул Фрэнк, с непривычной уступчивостью заговорив о том, о чем его и просили.

– В своих интервью Холли часто говорил, что нигде не задерживается больше трех месяцев, – согласилась с ним Тэсса.

– А теперь вы должны умолять меня остаться, – подсказал им Холли.

Маленькая, но сильная рука легла на его локоть, и он вздрогнул от неожиданности. Тэсса всегда передвигалась неслышно, и он совершенно не почувствовал, как она подошла к нему.

– Мне очень хочется велеть тебе остаться, – сказала она тихо. – Я могла бы тебя даже заставить, знаешь об этом? Моргавр бы не выпустил тебя из деревни, если бы я его об этом попросила.

– Ты сделаешь это? – с замиранием сердца спросил Холли. Его никогда не заставляли ничего делать, и при мысли о том, что Тэсса могла бы сотворить такое, становилось жутко и сладко одновременно. Ох, как бы он стенал и страдал, вот бы они тогда узнали, почем фунт лиха!

– Нет, – ощутилось движение воздуха, прикосновение губ ко лбу Холли, – но ты не представляешь, как сильно мне этого хочется.

Холли едва не заурчал от удовольствия.

Дубина, ты же это слышал?

Тэссе очень хочется, чтобы он остался с ними!

– Я решил позвонить Мэри, чтобы объявить ей вовсе не о том, что собираюсь вернуться. А о том, что останусь в Нью-Ньюлине, – торжественно и самодовольно объявил он. Тэсса быстро выдохнула и даже всхлипнула. Ох-ох, как хорошо.

– Эй, Фрэнки, – продолжал Холли бодро, – мне нужна полноценная мастерская и рабочий кабинет. Не могу же я и дальше покорять этот мир из захламленной гостиной. Вам вообще не стыдно за то, в