оглянулся, но арбалет не опустил.
— Ты теперь еще и стрельбе учишь, экспедитор? Я не первый раз оружие держу.
— Тогда смотри на обочину, а не на меня. Я с ними уже встречался, лучше не подпускать к ботинкам.
Гнат подошел вдоль борта, держа тесак в руке.
— Соколов, что сейчас видишь? — спросил он, встав рядом с дверью. — Они нас обходят?
— Часть идет к головной машине, остальные слева. Несколько уже почти под дорогой, возле фургона.
— Почему именно возле него?
Я покосился на свою повязку под рубашкой.
— Может, кровь чуют. Или из груза что-то привлекло, я не знаю. Но сходятся сюда.
— Понятно. Федосеич, двери без нужды не открывать!
— Ты мне еще расскажи, как раненых через стену принимать! — донеслось изнутри.
Гнат не ответил и махнул Раде. Она встала у края броневика, подняв жезл. Между его капотом и бортом грузовика протянулась полупрозрачная сетка. Нижний край лег почти на землю, прихватив мокрую траву. Я почувствовал, как от барьера потянуло теплом, а Рада нахмурилась, сильнее сжав рукоять.
— Плохо держится, — сказала она Гнату. — Сил уходит больше, чем должно. Минуты на три рассчитывай, и то если они не навалятся разом. Тут уже на синий похоже.
— Дольше и не просим. Задержи первую волну, дальше будем отбивать.
Я посмотрел на готовую «Парализацию». Остановить одну тварь можно, но остальные даже не заметят. Лучше поберечь на случай, если кто-нибудь прорвется внутрь. Пока от моих предупреждений было больше пользы.
Первый крысюк выскочил из травы и сразу бросился к барьеру. Размером с собаку, с облезлым боком и желтыми резцами, он проскользил по грязи, но удержался на лапах. За ним показались другие, и вскоре у обочины стало тесно от тварей.
— Бейте! — крикнул Гнат, поднимая тесак.
Щелкнули арбалеты. Ближайшего крысюка перевернуло болтом, но бегущие следом просто перескочили через него. Несколько врезались в барьер. Сетка вспыхнула, отбросив их в траву, и в нос ударил запах паленой шерсти. Молодой охранник дождался, пока одна тварь полезет под нижний край защиты, и выстрелил ей в голову.
Перед глазами замелькали сообщения об опыте. Я убрал их, чтобы не закрывали обзор. Слева пока держались, зато у грузовика стало плохо: несколько меток резко отделились от стаи.
— Справа под машину идут! — крикнул я охраннику возле заднего колеса. — Не стой к ней спиной!
Он повернулся вовремя. Крысюк прыгнул на его ногу, охранник подставил подошву и отбросил тварь, едва не потеряв равновесие. Напарник подхватил его за куртку, а сам ударил мечом по следующему зверю. Пока они разбирались с ними, еще один проскочил между колесами и исчез под фургоном.
Я потянул гладиус из ножен, но Мара уже протиснулась мимо моих ног. Она спрыгнула на землю и нырнула под машину. Федосеич что-то удивленно буркнул за спиной, однако я почти не расслышал: снизу раздался визг, который быстро оборвался.
«Грязный и невкусный», — сообщила рысь.
— Ты только не ешь его! — вырвалось у меня вслух.
«Мара не ест».
Из-под фургона выкатилось тело крысюка. Подоспевший охранник замахнулся, но, увидев вывернутую голову, опустил меч.
— Ни хрена себе у вас собачка, — произнес он и поспешил обратно к своему колесу.
Я хотел позвать Мару в фургон, но у барьера собралась новая волна. Твари лезли друг через друга, некоторые кусали застрявших впереди. Сетка прогнулась, и Рада отступила на полшага. По ее губе потекла кровь из носа, которую она попыталась стереть плечом.
— Гнат, сейчас прорвут! — крикнула она. — Я долго не удержу, готовьте людей!
— Мечники, ближе к проходу! Стрелкам не мешать!
Охрана сдвинулась к барьеру. Я видел, как один мужчина несколько раз перехватил рукоять: ладонь скользила от дождя. Другой выдернул болт из туши у своих ног и вставил его обратно в арбалет. Твари приближались, и мне хотелось спрыгнуть к ним, помочь хотя бы клинком. Но с подножки я замечал то, чего люди внизу не видели.
— Слева от колеса! — я указал гладиусом на промежуток у броневика. — Там уже пролезает!
Охранник повернул арбалет, и болт попал крысюку в бок. Тварь забилась между колесом и бортом, на время загородив проход остальным. Я перевел взгляд вниз и почувствовал движение почти под собой. Возле передней оси рыхлилась земля.
— Под фургоном копают! Гнат, надо чуть сдать назад, пока до колеса не добрались!
Он заглянул под машину и тут же обернулся к водителю.
— Назад на полметра! Остальные от колес отойдите!
Я ухватился за поручень, когда фургон дернулся. Под днищем хрустнуло, и рядом с подножкой выскочил крысюк, волоча задние лапы. Мара сбила его раньше, чем я успел опустить меч. Но задерживаться она не стала: за грузовиком снова закричал человек.
Барьер Рады мигал все чаще. Она стояла, уперев жезл перед собой, и смотрела на сетку так, будто удерживала ее руками. Продержится еще немного, потом рухнет вместе с защитой. Я вспомнил, как первых крысюков отбрасывало при столкновении, и наклонился к ней.
— Рада, а коротко ударить этой сеткой можешь? Не держать все время, а пропустить немного и снова поставить?
Она повернулась ко мне, не скрывая раздражения.
— Могу, только кто будет ловить тех, кого пропущу?
— Мы подхватим, — вмешался Гнат. — Попробуй. Все равно сейчас проломят, а так хоть разметаешь их.
Рада выругалась и опустила жезл. Барьер погас, крысюки полезли в освободившийся проход. Я успел увидеть открытые пасти, прежде чем сетка вспыхнула снова, уже ближе к машинам. Передних тварей отбросило на остальных. Одна свалилась на спину рядом с Гнатом, и он добил ее, не дав перевернуться.
— Еще раз сможешь? — спросил он, прикрывая Раду собой.
— Если дадите секунду передохнуть!
Охранники заняли проход, пока она опускала жезл. Я предупреждал о тех, кто пытался обойти машины, и старался не мешать Гнату. Он и без меня видел, где людей начинают теснить. Сивый у капота отбивался клинком, придерживаясь свободной рукой за борт, чтобы не поскользнуться.
Федосеич выбрался наружу к раненому. Молодой охранник сидел в грязи, зажимая икру, а старик ругал его за попытку встать. Я спустился с подножки и занял место возле открытой двери, пока они перебирались под прикрытие борта. За моей спиной оставалась Алена, но там было тихо, и я на несколько секунд отвлекся на левую сторону.
Этого хватило.
Крысюк-вожак. Уровень 4
Предупреждение возникло одновременно с треском внутри