в спинку и позволил себе немного расслабить ноги. Мила лежала рядом с закрытыми глазами. Когда машину толкнуло, она поморщилась, но не проснулась. Или сделала вид, что не проснулась. Федор проверил повязку и снова сел возле нее.
Дальше ехали почти без разговоров. Временами Клим сообщал о препятствии, я поправлял направление. Хотелось пить, но бутылку я брал только во время остановок, боясь пропустить очередное изменение нити.
Огоньки Леры стали светить ровнее не сразу. Сначала я просто заметил, что стены видны дальше прежнего, затем под колесами снова захрустел мусор. Вода осталась позади. Тоннель пошел вверх, и Мара наконец легла у перегородки, положив голову на лапы.
«Путеводная нить» стабилизирована
До выхода из опасного участка — ориентировочно 3,2 км
Уровень угрозы снижается
Я перечитал сообщение и только после этого нажал кнопку рации.
— Внимание, до выхода примерно три километра. Держим темп. Без остановок. — Я повернулся к водителю.
— Понял. — В голосе Семена послышалось облегчение. — Все слышали? Последний рывок.
Машины ускорились, бетон под колесами стал более сухим. Поменялся и текст на табличках на стенах:
«ВЫХОД 7».
«ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР».
«МОСКОВСКИЙ УЗЕЛ».
Когда впереди показался слабый серый свет, я почувствовал, как внутри поднимается странная смесь усталости, злости и надежды. Мы действительно сделали это.
— Койот, — тихо окликнул Семен.
— Да?
— Я не шутил.
— Про что?
— Про разговор после Москвы.
Я посмотрел на дрожащую золотую нить, уходящую к выходу, на Алену и спящую Мару, на Милу с белым лицом и перевязанным плечом.
— Сначала доберемся до нотариуса, — сказал я. — Потом поговорим.
Броневики вырвались из тоннеля в серое утро нового дня. Впереди была Москва.
Глава 22
Дмитрий Александрович Волконский презирал страх. Страх был уделом людей вроде Сергея — шумных и вспыльчивых, вечно мечущихся между яростью и паникой. Страх заставлял человека суетиться, говорить лишнее и принимать решения, о которых потом приходилось жалеть.
А вот плохие новости он считал итогом того, что кто-то не справился с порученной ему работой, и некомпетентность раздражала его гораздо сильнее, чем возможная опасность. Сейчас это раздражение медленно превращалось в холодную ярость.
Он стоял у письменного стола в своем кабинете и смотрел на то, как огонь жадно пожирает сухие поленья. Но несмотря на жар камина и толстые ковры на полу, ему было холодно.
На столе лежала карта Московской области, но это была не простая дорожная схема, а подробная оперативная карта, испещренная пометками, красными линиями, маленькими флажками и аккуратными карандашными крестами. И все они были расположены между Рязанью и Москвой.
Старые склады, частные стоянки и гильдейские площадки.
Все основные маршруты были перекрыты. Госэкспресс, частные караваны и курьерские бронефургоны контролировались людьми Дмитрия. Даже нелегальные стоянки проверялись, и все равно Рощина не нашли.
Мертвый бастард, которого уже внесли в списки погибших и которого должен был сожрать синий Туман, продолжал существовать, и это было неприемлемо.
Начальник службы безопасности стоял у двери. Дмитрий ценил таких людей. Они никогда не оправдывались и не смотрели виновато в пол. Они привыкли смотреть в глаза своим начальникам и отвечать за свои поступки.
Сергей сидел в кресле у камина, с бокалом виски в руке. Он медленно пил темно-красный пятидесятиградусный напиток, — теперь уже для того, чтобы не сорваться окончательно. Лицо его было бледным, губы слегка дрожали. Он пытался выглядеть спокойным и хладнокровным, но Дмитрий слишком хорошо знал брата. За этим спокойствием пряталась паника.
— Повторите, — тихо сказал Дмитрий.
Начальник службы безопасности коротко кивнул.
— Ваше сиятельство, все официальные маршруты проверены. Госэкспресс на московском направлении под контролем, как и частные караваны. Наши люди находятся на станциях, в пунктах досмотра и в крупных логистических центрах. Подозрительных пассажиров задерживают и проверяют, но Михаила Рощина среди них пока не было.
— Значит, плохо проверяют, — проворчал Сергей.
Дмитрий повернулся к нему и коротко и строго приказал:
— Молчи.
Сергей дернулся, будто ему дали пощечину. Хотел было возмутиться, но встретился с холодным взглядом брата и все-таки промолчал. Стакан в его пальцах едва заметно дрогнул.
Безопасник невозмутимо продолжил:
— Есть вероятность, что он использовал нестандартный маршрут.
— Разумеется, — сухо сказал Дмитрий. — Если бы он использовал стандартный маршрут, вы бы сейчас не стояли передо мной с подобным докладом.
— Мы проверяем все возможные направления. Но если у него был проводник, знающий старые военные тоннели или заброшенные технические ветки…
Дмитрий медленно поднял взгляд. В кабинете наступила мертвая тишина.
— Вы хотите сказать, что он мог пройти через них?
— Да, ваше сиятельство. Есть старые объекты, не все они нанесены на актуальные карты. Часть закрыта после первых расширений Тумана, часть заброшена еще до реформы дорожной охраны. Некоторые участки не обслуживаются десятилетиями.
— И все же кто-то мог провести его там?
— Если у него есть опытный человек или группа, которая специализируется на подобных маршрутах.
Дмитрий посмотрел на карту. На аккуратные линии и заранее выстроенную сеть, которую он считал достаточно плотной. Сеть была хорошей, но у любой сети есть ячейки, и этот мертвый ублюдок, похоже, нашел одну из них.
Сергей резко поставил бокал на столик. Виски выплеснулось через край, оставив янтарное пятно на дорогом дереве.
— Да какая разница, как он идет⁈ Найдите его и убейте!
Дмитрий повернулся к брату.
— Чтобы убить, Сережа, его сначала надо найти.
— Тогда ищите быстрее! — зло заявил тот.
— Спасибо за совет. — Дмитрий не скрывал сарказма. — Без тебя мы бы не догадались.
Сергей вскочил. Лицо его перекосилось.
— Не издевайся надо мной! Если он появится у нотариуса, нам конец!
— Если появится, — холодно отозвался Дмитрий. — А он еще не появился.
Он подошел к карте и провел пальцем по району Пречистенки. Там, где находился головной офис барона Пономарева, и там, где через несколько часов должны были вскрыть завещание.
— Перекрыть все подходы к офису Пономарева. — Он строго посмотрел на начальника службы безопасности. — Расставить людей везде: у входов в дома, во дворах, на крышах и в соседних зданиях. Проверять всех, кто входит и выходит, особенно людей с животными и женщин.
— Уже выполняется, ваше сиятельство. — отрапортовал Мельников.
— У офиса поставить отдельную группу, но не в самом здании, просто рядом. Пономарев не дурак и поднимет скандал, если увидит, а скандал нам сейчас не нужен.
Начальник