не разгоняйся, — сказал он в рацию. — Если что-нибудь лежит поперек, можем не успеть затормозить.
— Да понял я.
После этого мы стали тащиться как черепахи. В свете фар проплывали мокрые стены с остатками креплений. С потолка свисали провода, местами почти касаясь пола. Головная машина обошла кусок бетона, зацепив колесом край лужи, и по стене плеснула вода. Когда-то здесь свободно ходили грузовики: ширины хватало для встречного разъезда, да и потолок был высоким. Теперь проезд сужали обломки, которые приходилось объезжать. Бетон под ними еще держался, хотя в трещинах стояла вода.
А к концу второго часа нашего пути по тоннелю фары головного броневика мигнули и погасли. Почти сразу темно стало и перед нами.
— Стоим! — Семен нажал на тормоз, и я уперся ладонью в перегородку, чтобы не свалиться с сиденья. — Клим, у тебя тоже свет пропал?
— Все погасло. Приборы работают, двигатель тоже. Сейчас попробую еще раз.
Впереди ненадолго мелькнул свет и снова исчез. Семен пощелкал переключателем, но наши фары даже не мигнули.
— Не мучьте проводку, — раздался из рации голос Леры. — Я освещу. Только сразу не трогайтесь, дайте посмотреть дорогу.
Над головной машиной появился янтарный огонек, следом еще один. Они поплыли вперед, и мы снова увидели проезд. Свет доходил до стен, но за машинами оставалась темнота. Семен подождал, пока Клим начнет движение, затем осторожно отпустил тормоз.
— Не нравится мне здесь, — пробурчал он, поглядывая на погасшие приборные переключатели. — На обратном пути я бы другую дорогу поискал.
Теперь мы тащились еще медленнее, чем раньше.
Я понимал Семена. В лесу можно отойти от дороги, найти укрытие. Здесь у нас не было вариантов. Если впереди обвал, разворачиваться будет негде. К тому же после скеггов я слишком хорошо помнил, как быстро броня перестает казаться надежной.
Алена сидела рядом и держалась за ремень. На каждом толчке ее пальцы сжимались, но она уже не спрашивала, скоро ли мы выберемся. Хотелось сказать ей что-нибудь обнадеживающее, только врать не получалось.
Мара лежала у моих ног. Я почувствовал ее беспокойство раньше, чем услышал мысленный голос.
«Здесь давно не было людей. Что-то слушает».
«Нас?»
В ответ пришел образ бокового коридора, по стенам которого текла вода. За ним ощущалось чужое присутствие, но рысь не могла показать, кому оно принадлежит. Казалось, она и сама не понимала, откуда ждать опасности.
«Не знаю. Туман в стенах».
Я посмотрел на бетон возле окна. Плесень как плесень, темные потеки. Очень хотелось, чтобы за ними ничего больше не было.
— Мара что-то почувствовала? — Алена наклонилась ко мне, стараясь не привлекать внимания остальных.
— Да, но пока не разобралась. Держись подальше от окна, хорошо?
Она сразу подвинулась. Я не стал добавлять, что от твари, способной пробить броню, лишние полметра вряд ли спасут.
Перед глазами появилось сообщение.
Аномальная зона: синий уровень
Пространственные искажения: локальные
Способность «Путеводная нить» доступна
Рекомендовано осторожное движение
Золотая линия тянулась посередине проезда, однако спокойной ее назвать было трудно. Иногда она раздваивалась, и я успевал испугаться, что потерял маршрут, прежде чем отрезки снова соединялись.
— Койот, что у тебя? — спросил Семен и кивнул на рацию: — Отвечай туда, пусть Клим тоже слышит.
— Пока держимся середины. Впереди лужа у правой стены, ее лучше обойти.
— Понял, — отозвался Клим. — Слева сухо, там пройду.
— И к боковым проходам не прижимайся. Я не вижу, что внутри.
Семен посмотрел на меня, но расспрашивать не стал. Машины поползли дальше. Я держался за поручень, стараясь не наваливаться на раненый бок, и следил за нитью через стекло.
В таком режиме мы тащились по тоннелю, который начинал мне уже казаться бесконечным, до вечера. За это время два раза останавливались на привалах, во время которых перекусывали сухпайком прямо в машинах. Выходить наружу никто желания не испытывал.
К часу ночи справа показался проход. Один из огоньков Леры проплыл рядом, осветив облезлую надпись: «СЕКТОР 4-Б. ДОПУСК ПО ПРИКАЗУ». Ниже кто-то нацарапал «Не открывать», хотя двери давно не было. От нее остались петли и перекошенная рама.
Мара поднялась.
«Там движение».
Я потянулся к рации, но предупредить спокойно не успел. Из прохода выскользнуло длинное тело, за ним другое. Сначала я принял их за змей, только головы были плоскими, а вдоль боков шевелились короткие лапы. Первая тварь пересекла полосу света и нырнула в лужу. Следующая повернула к колесам головной машины.
Тоннельные глоты. Уровень 5
Атакуют кислотной слизью. При угрозе способны выпускать электрический разряд
Рекомендация: поражать с расстояния. Избегать контакта с водой рядом с существами
— Справа твари! — крикнул я в рацию. — Не подпускайте к колесам, у них кислотная слизь!
Семен сразу подался к окну.
— Артем, правый проход! Лера, подсвети ему!
На головной машине застучал станковый арбалет. Я хотел было присоединиться, но, увы, мой арбалет издал лишь сухой щелчок.
— Семен, болты кончились, — сообщил нашему водителю.
— Бывает, — буркнул тот, — спускайся.
Тем временем ближайшего глота отбросило к стене, но тот продолжал извиваться, пытаясь подтянуть за собой пробитое тело. Еще несколько выстрелов и тварь затихла. На бетоне зашипели брызги.
Огонек Леры вошел в боковой коридор и вспыхнул ярче. Я увидел, как там ворочаются другие глоты. Они лезли друг через друга, соскальзывая в воду у порога.
— Проход забит! Надо уходить, пока не вылезли!
— Клим, вперед, — приказал Семен. — Только не рви, мы следом.
Головной броневик двинулся, но один глот успел нырнуть под него. Машину качнуло, снизу раздался визг. Клим выругался и прибавил газу, вытаскивая колеса из лужи.
— Под передним был, вроде задавил! Но руль ведет, быстро не пойду!
Семен пристроился за ним. Я уже надеялся, что мы проскочим, когда в нашу дверь ударило. По металлу заскребли лапы, в щели потянуло резким запахом.
Алена вскрикнула и попыталась подняться.
— Оставайся на месте! — Я обернулся к ней. — Пригни голову, от двери отсядь!
Она послушалась, а Мара метнулась к боковой бойнице. Я успел придержать ее за загривок.
«Не лезь наружу. Обожжешься».
«Мара достанет».
«Изнутри не достанешь, а снаружи я тебе не помогу. Останься с Аленой».
Рысь дернула ухом, но отступила. Федор тем временем достал из крепления короткий арбалет и попытался открыть амбразуру. На ходу его бросало к стенке, створка никак не поддавалась.
— Давайте я, — протянул я руку.