Читать интересную книгу "Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин"

вообще делали вдвоем?

— С «Капитаном Нелем» знакомил. Не глупи, — Ква протиснулся к умывальнику и принялся смачивать платок.

— Особо чувствительных девок в чувство вообще совсем не так приводят, — раскритиковала Теа. — Первым делом нужно расслабить корсаж.

— Расслабляй.

— Я⁈ Да я тут причем? Не я же ее чувств лишала, — весьма глупо возразила Бывшая.

— Ладно. Можешь не трогать. Она уже просто притворяется, — пробурчал Ква.

Жертва заклятья приоткрыла сине-фиалковые глаза:

— Я не притворяюсь. Просто у меня кружится голова и я вообще опасаюсь приходить в себя. Меня же могут и вправду стукнуть по голове, да? Госпожа Фоксси, клянусь, я не таила неприличных мыслей по поводу господина Рудна. Я вообще не знала, что вы… в дружбе.

— Мы в дружбе? Тут вы крупно ошибаетесь, — заверила Теа уже совершенно иным тоном. — Мы с господином Рудна совершенно свободные люди.

Ква успел перехватить и оценить истинное значение встретившихся взглядов двух этих особо свободных особ. Да что за дни такие⁈ Только этого и не хватало.

— Дамы! Напоминаю, что я при исполнении обязанностей. Госпожа Розг тоже на официальной должности. Госпожа Фоксси имеет свой четкий пассажирский статус. Мы все отнюдь не свободные люди на борту «Ворона», — процедил Ква. — Вот на берегу, там все что угодно.

— Вы очень проницательный человек, господин Рудна. И мудрый, — признала Розг, нашаривая свой головной платок. — Вы абсолютно правы. Прошу простить мою короткую слабость, впредь я буду осторожнее.

Однако хороша же девица, действительно хороша, — в каждом слове тройной смысл.

— Впредь будем обходить заклятую тему с большей осторожностью, — сказал Ква. — Пожалуй, сейчас нам стоит разойтись и оставить госпожу Фоксси в покое.

— Мне как выйти? Через эту дверь? — догадливая Розг указала на «коридорную» дверь скромного, но чрезвычайно популярного помещения.

Она выскользнула наружу, а Бывшие уставились друг на друга.

— Я тут вообще ни при чем, — с некоторой нервностью прошептала Теа. — В кают-компании мы с ней разговаривали совершенно спокойно. Клянусь, даже намека не было! И потом ты ей нравишься. Даже весьма. А она тебя тоже привлекает.

— То, что меня привлекают неглупые, предусмотрительные, но не чуждые риску девушки — вообще не секрет. Но ты-то, Теа… ты же всегда кляла… вот этакое.

— А я что, сейчас эту нездоровость прославляю⁈ Это просто взгляд. Случайный.

Ква покачал головой, открыл крышку «Капитана Неля» сплюнул и с чувством спустил воду.

— Мы договорились — ты свободная лиса. Но на корабле мы обязаны удержать ситуацию под контролем. Этот вариант романтики — вообще не вариант.

— Согласна.

— Отлично. Делай свои дела и пойди помоги новой служащей устроиться в ее каюте. Вместе с Фратта поможете, разумеется.

— Да. Пойду.

— Стой. Ты же сюда не просто так заглянула.

— Расхотелось. Пожалуй, я корабельным гальюном буду пользоваться. Там как-то все намного понятнее, без сюрпризов, — проворчала Теа и вышла.

Ква запустил руку в карман — «жаворонок», получивший новый футляр, почти утих, осталась редкая пульсация, похожая на учащенный пульс. Когда рядом была Розг, неудобный демоновский артефакт реагировал куда активнее. Есть в ней магия, есть. Не особенно сильная, смягченная, скорое всего, это признак наложенного на девушку заклятья. Впрочем, точно сказать сложно — в кармане «жаворонок» вел себя намного приличнее, до зубной боли, наверное, не прошибет, даже если придется допрашивать какого-нибудь на глазах колдующего мага. Надо дорабатывать штуковину.

Себя бы тоже недурно доработать. Когда от близости дамы, пусть и привлекательное, холодное шпионское сердце начинает вибрировать в такт служебному амулету — это дурной признак. Тем более, на вторжение Бывшей и ее ярость, сердце точно так же отзывается. Нехорошо. Сердце — крайне нужный орган организма, тут, конечно, не Старый мир, и, сердечные приступы большая редкость, но не хватало еще…. Нужно у Дока какую-нибудь сердечную настойку попросить, для профилактики.

* * *

Да, тот денек выдался на редкость смутным. Но, против предчувствий, не привнесшим немедленных крупных проблем. Ква так и подмывало поверить, что «показалось, все же возраст, причудилось от усталости», но самообман — худший из шпионских грехов.

А так все шло прилично и относительно по плану. Если не считать неизбежных рутинных проблем.

Погода благоприятствовала флотилии, корабли шли на запад, но на «Вороне» чудил руль. Сами по себе поломки не были чем-то удивительным — корабль есть корабль, океан есть океан, тут вечная борьба и ежедневные труды команды. Но…

…в трюме было темновато, хотя лампа была отличной, ящик все равно таил слишком резкие тени, рассмотреть содержимое сложно.

Ква вынул еще одну скобу, провел пальцем по кованому ребру:

— Значит, они все такие?

— Да я как догадался, их уже сто раз общупал, — прошептал Оловв. — Очень похожи. Вот очень. Не отличить. Но металл иной. Они же в мастерской сразу предлагали — втрое дешевле и без закалки. Но я-то подумал, рисковать не будем. Вы поддержали. Да вы же, господин Рудна, тот разговор хорошо помните.

— Без церемоний давай. Не тот случай. Да это шмондец какой-то. Как нас могли облапошить? Мы же сами проверяли. Хотя…

— Какое «хотя»⁈ Я сам следил, вот этими вот глазами! Хорошая была сталь. И парни в кузне на совесть работали. А здесь скобы иные. Это же магия какая-то. Слушай, так вообще не бывает, — застонал корабельный плотник. — Я же все думал «да как крепеж руля так быстро стереться мог⁈». А оно вон что — подменыши. Проклятье на «Вороне» лежит, точно проклятье. Никогда не думал что скажу, у меня в роду особо суеверных моряков не было. Но вот же оно, вот!

— Ты не спеши. Проклятье может и проклятье, но они разные бывают, — Ква вернул дерьмовую деталь в ящик, придвинул лампу ближе. — Ничего не замечаешь?

— Ты про ящик? Я проверял. Тот же — вот клеймо выжжено, сучок рядом.

— Сучок… сучки тут со всех сторон, древесина такая, поди их точно запомни. Ты на кокосовые лохмы посмотри.

Плотник запустил пятерню в кокосовое волокно:

— И чего? Малость суховаты, но при тряске смягчают. Да они только для перевозки и нужны были, тут-то что уж…

— А в мастерской какие были? — напомнил Ква. — Помнишь, как говорили «свежие, оно и хорошо, с жирцой ореха, ржавь отгонит». И какова вероятность, что волокно в плаванье этак