Читать интересную книгу "Наследник Тумана том 2 - Сергей Витальевич Карелин"

что вам сразу начнут рассказывать чужие секреты. Лосев особенно не любит, когда к нему приходят только ради сведений.

— Но мы именно за ними и едем.

— Поэтому не делайте вид, что просто соскучились. Попросите помощи прямо и дайте ему самому решить.

Седан свернул в переулок, где встречные машины разъезжались почти вплотную. Барон проехал вдоль закрытой ограды и остановился у дома с лепниной над окнами. Возле двери я заметил табличку: «Дом служилых людей». Другой вывески не было.

Пока Мара выбиралась из машины, я достал перстень. Здесь он мог пригодиться, да и перед Лосевым прятать фамилию не было смысла. Надев его, догнал Пономарева у входа.

Барон нажал кнопку звонка. Дверь открыл швейцар в зеленом мундире, поздоровался с ним и отступил, пропуская нас. На меня он посмотрел внимательно, но вопросов не задал.

Внутри пахло кофе и табаком. За столиками сидели пожилые посетители, некоторые обернулись на открытую дверь и сразу вернулись к своим разговорам. У окна женщина поправляла спутнику воротник, а тот терпеливо держал чашку, дожидаясь, когда его оставят в покое. Дальше двое мужчин склонились над газетой. Обычный вечер, только публика держалась так прямо, словно за осанкой здесь следили отдельно.

К нам подошел распорядитель.

— Добрый вечер, Андрей Иванович. Семен Аркадьевич уже ждет вас, прошу за мной.

Его взгляд задержался на Маре, и я успел напрячься, но мужчина лишь посторонился, давая ей пройти.

«Я же просил не пользоваться этим без необходимости».

«Он хотел оставить Мару у двери. Мара не хочет ждать у двери».

«А ты хотя бы дай людям самим решить».

Рысь сделала вид, что занята осмотром зала.

Мы прошли в коридор. На стенах висели фотографии загородных домов и групповые снимки посетителей. Под одним значилась недавняя дата, хотя сама фотография была черно-белой.

— Почему не в цвете? — негромко спросил я у барона.

— Здесь так принято, — ответил Пономарев, даже не обернувшись. — Они и мебель меняют только тогда, когда починить уже нельзя. Не удивляйтесь.

Нас привели в комнату с круглым столом. На нем уже стояли закуски, а рядом с чайником лежала снятая вязаная грелка. Лосев поднялся навстречу.

Почему-то я ожидал увидеть дряхлого старика, но ошибся. Бывший управляющий держался прямо, и вставать ему помогать не пришлось. Он был худощав, седые волосы зачесаны назад, костюм сидел без складок. Пономареву он пожал руку, после чего повернулся ко мне и на несколько секунд замолчал.

— Михаил Александрович… — Лосев улыбнулся, разглядывая мое лицо. — Андрей Иванович сказал, что вы в Москве, а я все равно не сразу поверил. Думал, больше сюда не вернетесь.

— Я тоже не собирался, — признался я, пожимая ему руку. — Но пришлось. Рад с вами встретиться, Семен Аркадьевич.

Он чуть прищурился.

— Конечно, вы уже взрослый мужчина, а я все вспоминаю мальчишку с исцарапанными руками. Вечно приходилось выяснять, с кем вы опять подрались.

— Боюсь, тут я не слишком изменился.

— Это мы еще посмотрим, — усмехнулся Лосев и указал на кресло. — Садитесь, пока чай не остыл. Я попросил принести горячее, вы ведь не откажетесь?

— С удовольствием поем. По дороге как раз пожалел, что не перекусил дома.

Мара легла у моих ног, и старик посмотрел под стол.

— А это с вами? Не знал, что у вас собака.

— Прибилась в дороге. С тех пор не расстаемся.

«Не собака и не прибилась», — поправила Мара.

Перед глазами мелькнуло сообщение о ментальном воздействии. Я посмотрел на нее, и рысь торопливо положила голову на лапы.

— Глаза необычные, — заметил Лосев. — Но ведет себя хорошо. У прежнего соседа был пес, так тот под столом никому спокойно сидеть не давал.

Официант принес говядину и тарелку пирожков. Пока он расставлял блюда, Пономарев снял очки и протер их салфеткой. Дождался, когда за официантом закроется дверь, и заговорил:

— Семен Аркадьевич, спасибо, что нашли время. Понимаю, просьба была неожиданной.

— Андрей Иванович, вы ведь знаете, почему я пришел, — Лосев взял чайник. — Если речь об Алене Александровне, я хотя бы выслушаю. Но сначала хочу немного поговорить с ее братом.

Он налил мне чаю и подвинул чашку.

— Вы теперь проводник? Давно этим занимаетесь?

Я рассказал о Рязани и работе в Гильдии. Старался не углубляться в прошлое, которого сам толком не помнил, и больше говорил о недавнем походе в Тулу. Лосев слушал, почти не притрагиваясь к еде. Иногда уточнял, с кем я ходил и как нам платили.

— Хватает на жизнь? — спросил он, когда я замолчал.

— Если заказы есть, хватает. После плохого рейса бывает по-разному. Снаряжение ведь тоже покупать нужно.

— Понимаю, — старик кивнул и придвинул ко мне блюдо. — Ешьте, вы же голодный. Хорошо, что научились сами себя содержать. Дома этому вас вряд ли научили бы.

— Дмитрий с Сергеем считали такую работу недостойной.

— Они много чего считали недостойным, особенно когда делать приходилось самим, — Лосев взял кусочек хлеба, но тут же положил обратно. — Дмитрий с детства привык командовать. Однажды заставил мальчика с конюшни стоять под дождем за то, что тот подал не то седло. Ему самому тогда лет двенадцать было.

— И никто не остановил?

— Я велел мальчику уйти, потом имел разговор с княгиней. Она была недовольна, что я при слугах перечил ее сыну.

Лосев помолчал, глядя на свою чашку.

— А Сергея вы и сами должны помнить. Хотя бы историю с кухонным котом.

При этих словах что-то неприятно кольнуло в памяти. Вспомнилась повариха, которая плакала у стены, затем рыжая шерсть на мокрой плитке. Я невольно сжал пальцы на вилке.

— Он собак выпустил? — спросил я.

— Да. Смеялся, пока вы не схватили кочергу. Хорошо, успели вас удержать, иначе разбили бы ему голову.

— Помню плохо, — признался я. — Недавно контузию получил, с тех пор часть воспоминаний пропадает. Иногда что-то возвращается, как сейчас.

Лосев сочувственно посмотрел на меня.

— Вот оно что. А я думаю, почему вы на меня так смотрите. Лечиться пробовали?

— Пробовал. Что могли, лекари сделали.

— Берегите себя. В вашем возрасте кажется, что все заживет само, а потом выясняется, что не все.

Пономарев отложил салфетку.

— Семен Аркадьевич, простите, что перебиваю, но нам нужно обсудить Алену. Вы понимаете, времени у нас немного.

Лосев кивнул и повернулся ко мне.

—