Читать интересную книгу "Акулы из стали. 5 в 1 - Эдуард Анатольевич Овечкин"

подождав, пока все отсмеются, сказал:

– Вот, старпом, видите, какие долбоёбы у вас служат? Говорил я вам?

Старпом промолчал секунду-другую, видно было, как внутри у него идёт борьба гордости и целесообразности. Прям, знаете, ментальные пузыри на ауре вздувались и лопались с оглушительным треском по всем космическим каналам связи. Он же был опытным старпомом и знал золотое правило – всегда лучше молчать, когда тебя называет долбоёбом старший начальник. Но не выдержал:

– Тащ контр-адмирал, позвольте, но товарищ мичман точно ответил на ваш вопрос.

– Што-о-о-о?

– Товарищ мичман, доложите, что такое система «Трон»!

Товарищ, конечно же, немедленно доложил – он же не щенок, а целый мичман!

– То есть, старпом, это я – долбоёб и не умею вопросы правильно формулировать?

– Я этого не говорил.

– Ты этого вслух не произнёс, а это – две большие разницы! Я, может, и долбоёб, но не только благодаря этому стал начальником штаба целого флота! Вернее, я наверняка долбоёб, раз стал, но стал не только из-за этого! Блядь, старпом, опять ты меня опозорил и развёл!

Старпому долго не давали повышения, и именно из-за его ума и бесшабашного, дерзкого нрава – ну какое начальство любит, когда с ним спорят? Когда его наконец-то повысили, то стало дико пусто на корабле, и это было удивительно ощущать – ну было сто шестьдесят (например) человек, а стало сто пятьдесят девять; казалось бы, со стороны статистики крайне незначительные изменения, а вот звенит прямо от пустоты. Старпомы потом у нас менялись часто и быстро, разные были люди со своими достоинствами и недостатками, но до сих пор лично я при слове «старпом» представляю только Сей Саныча и никого другого. Вот уж где был царь зверей, доложу я вам, в самом положительном смысле этого определения.

Дыра в штурманских штанах

Однажды штурман порвал себе штаны. Событие это малозначительное и ничем не примечательное само по себе, но мы можем зацепиться за него, чтоб выделить отдельный рассказ про двух героевне, о которых я упомянул только однажды и вскользь, но вклад их в сохрание флота и облегчение жизни подводников сложно переоценить. Поэтому давайте возьмёмся за порванные штурманские штаны и поговорим о скотче и корректоре.

Подводники часто рвут себе штаны, куртки и прочие предметы гардероба на подводной лодке. Этот факт мало удивителен – подводная лодка железная, и если снаружи конструкторы позаботились сделать её ровной, гладкой и красивой, как женское бедро, то внутри позаботились тоже, но не очень сильно. И да, это я сейчас говорю про «Акулы», на других проектах, особенно на первом и втором поколениях, вообще мрак что происходит.

Удивительнее здесь то, что сделал это штурман, весь цикл перемещения которого по подводной лодке укладывается в маршрут «каюта – кают-компания – штурманская – мостик» и проходит строго по проходным палубам, широким и свободным, как Исторический бульвар в Севастополе. Никого не удивляет вид трюмного всего в заплатках, потому что если, например, показать штурману пальцем, куда лазят трюмные, то штурман скажет вам: «Не-е-ет, ребята, вы всё врёти! В тех условиях, куда вы мне показываете пальцем, невозможно существование разумной жизни!» А ребята только что оттуда вылезли, демонтировав там насос весом под сто килограммов и вытащив его наверх, причём сделали это вдвоём, и из подручных механизмов у них были только лом, верёвки и знание учения древнегреческого учёного Архимеда. Или, когда электрики вылезают из аккумуляторных ям после замера плотности электролита в банках и их одежда вся в смешных разнокалиберных точках, прожжённых насквозь кислотой, ну кого это удивит? А тут, понимаете, белая кость энд голубая кровь и с дыркой на штанах… Да ещё в тот момент, когда строгий старший на борту собирает в центральном командиров боевых частей поучить их, как надо правильно служить. А старший на борту на флоте – как жена в семье: он всегда точно знает, как надо делать правильно, всегда расскажет вам, почему вы делаете всё неправильно, и удивится, как вы посмели попасть на флот, заняв место более достойного человека, когда в народном хозяйстве так остро не хватает дояров, пастухов и трактористов.

А этот старший был особенным: он очень любил Сан Сеича, и мы за это любили его в ответ. Хотя не только за это. Когда он первый раз появился у нас в дивизии, то мы подумали, что это форменный псих какой-то. Он абсолютно не умел спокойно разговаривать, особенно во время боевой подготовки – после двух-трёх слов начинал орать, махать руками и обзывать всех вокруг идиотами. Но первое наше впечатление о нём было ошибочным, что не удивительно, так как строилось оно на поверхностных суждениях. Натурой он оказался честной, справедливой и доброй, что ярко диссонировало с его внешностью (худой, чёрный и с бешеными глазами) и проявлениями крайне эмоционального характера.

Первый раз я увидел его, когда случился пожар на ЗКП Северного флота. У нас как раз закончился развод на вахту, и я, отправив смену на борт принимать дежурство, курил, греясь на солнышке и любуясь на суету вокруг сарайчика, которым был замаскирован вход в скалу. А суета, в которой ты не принимаешь участия, завораживает похлеще текущей воды, доложу я вам. Со стороны дивизии на всех парах мчалась красная «копейка» возмутительно гражданской наружности. «Фигасе, – подумал я, – что за гусь такой дерзкий в закрытую зону на своей машине мчит. Чёрный Плащ, не иначе». «Копейка» с визгом развернулась возле меня и, присев на все колёса, замерла, обдав меня пылью.

– Тащ офицер, – подозвал меня капитан первого ранга из машины, – что там происходит?

– Штольня горит, тащ капитан первого ранга.

– А ты тут такой стоишь и куришь?

– Я дежурный по подводной лодке, а не по штольне. Смысл мне тут бегать и увеличивать энтропию, мой корабль вне опасности.

– Логично, и хуй с тобой поспоришь. А по какой лодке ты дежурный?

– Дико извиняюсь, тащ капитан первого ранга, но я вас первый раз вижу и не знаком с формой допуска, которая у вас имеется.

– А то, что я на машине в зону приехал?

– А может, вы на КПП расстреляли всех, откуда я знаю?

– Тебя, сука, точно уже пристрелить хочу! Я ваш новый заместитель командира дивизии!

Упс, наверняка запела бы Бритни Спирс в этот момент, но так как её рядом не оказалось, то я просто ответил:

–