Читать интересную книгу "Акулы из стали. 5 в 1 - Эдуард Анатольевич Овечкин"

и хуй тебе тогда, а не квартальная премия! Будешь знать, как командиру термоса жалеть.

Командир, конечно, шутит.

Аркадий это знает и радостно улыбается. Да и деньги его не особо интересуют.

Аркадий был вахтенным командиром в нашу, третью смену. Наверное, он был самым молодым помощником командира в дивизии, но был очень грамотным офицером. Своеобразным по характеру, несколько замкнутым, но очень грамотным. Прямо очень, чтоб вы понимали.

Выход в море получился дебильный. Почти всё время болтались в надводном положении, как гандоны. Холодно, качает всё время, половина экипажа блюёт не переставая. Но хоть воздух свежий, и то ладно.

Дня три прошло. Заступили на вахту с комдивом-три, сидим в центральном с секретчиком Сашей, который ведёт вахтенный журнал. Так-то с нами ещё два боцмана сидят, но сейчас они на мостике – надводное же положение.

В центральный вваливается Аркадий, подготовленный для мостика: в валенках, ватных штанах, тулупе, рукавицах и шапке-ушанке, завязанной под подбородком. Один нос, в общем-то, доступен для идентификации его личности.

– Аркадий, – останавливает его комдив три, – а знаешь ли ты, что обманывать старших очень нехорошо?

– В смысле, Антоныч? – Аркадий опешил. По-моему, он не врал вообще никогда.

– В хуисле, Аркадий. Кто командиру термос зажал под предлогом, что третью смену кофиём в море зальёт? Вот мы сидим тут, втроём, сухие, как кленовые листы. Мёрзнем, хотим спать и уже готовы заложить тебя командиру! Готовы же, Саня?

Саня кивает.

– Эдуард?

Эдуард кивает.

– А-а-а! Термос! А я забыл про него совсем с суетой этой!!!

Аркадий звонит на камбуз и приказывает интенданту найти у него в каюте термос, залить в него кофе и поставить мне на боевой пост. Сам уходит на мостик.

Ну, дня два сидим, дудоним этот кофе. На третий день комдив-три опять не выдерживает:

– Аркадий. Невкусный у тебя кофе, жалеешь ты братьям своим морским самого главного компонента бодрящего напитка!

– В смысле? – искренне удивляется Аркадий, который ни разу не был замечен в жадности вообще. – Порошка, что ли, мало сыпят?

– Нет.

– Сахара?

– Нет.

– Аа-а-а! Я понял, Антоныч!

Аркадий звонит на камбуз и приказывает интенданту добавлять отныне в кофе спирт. Интендант приносит обновлённый напиток. Пробуем.

– Лёня, – удивляется Антоныч, – ты как будто воруешь этот спирт, нормально лей, а то даже запаха не чувствуется.

Антонычу на корабле не перечил никто и никогда. Антоныч был у нас в страшном авторитете, и это без шуток. Поэтому с того дня количество спирта в кофе начало экспоненциально увеличиваться.

– Аркадий! – очередной раз ловит Аркадия Антоныч. – Скажи ты ему, чтоб меньше спирта лил, ну совсем уже пить же невозможно без закуски!

– Понял, Антоныч, – скажу.

Аркадий убегает наверх, а сверху спускается командир. Из красного носа висят сосульки, в бровях снег, и весь мокрый. Раздевается и падает в кресло.

– Надо бы поспать, – говорит командир. – Эдуард, плесни-ка мне кофейку, мне Аркадий сказал, что у тебя стоит. И термосок тоже.

Вот сука же, а не Аркадий! Смотрю на Антоныча. Антоныч милимитрует обороты турбин и делает вид, что не понимает, о чём тут вообще идёт речь. Ну что делать-то? Насифониваю командиру кружку этого горячего ликёра и подаю. Сидим тихо, как мышки. Командир выдувает, смачно прихлёбывая, кружку и начинает засыпать.

– Эдуард, – бормочет командир уже сквозь сон, – вот я одного понять не могу… А нахуя вы туда кофе-то сыпете вообще?

Держу паузу. Командир начинает посапывать. Ну, значит, пронесло на этот раз – продолжаем бороздить просторы в штатном режиме.

Атомный кот

У Василия было порвано правое ухо и щека. От этого казалось, что он всё время улыбается. Но Василий никогда не улыбался, потому что был суровым военно-морским котом, а шрамы свои получил в боях с крысами. Чтоб снять с себя обвинения в котофобии, которыми грешат порой некоторые читатели на моём сайте, посвящаю Василию отдельный рассказ.

Жил Василий на тяжёлом атомном подводном крейсере стратегического назначения ТК-13 и состоял там на полном довольствии. Его даже кто-то в шутку вписал карандашом в ТКР (типовое корабельное расписание). Службой Василия на крейсере была ловля крыс.

Крысы не водились на подводных лодках, которые ходили в море, но стоило лодке постоять у причала с годик – и вот они тут как тут. А ТК-13 к тому времени не был в море года два, наверное. Или три. Поэтому крысы его уже вовсю облюбовали и заселили двумя прайдами: один обитал в ракетных отсеках, другой расположился в жилых. Вы, конечно, можете спросить, а каким путём крысы попадали на борт подводной лодки? А я вам расскажу, так как видел это собственными глазами и с тех пор мне кажется, что если крысы были бы размером с собаку хотя бы, то всё наше с вами относительно мирное существование на этой планете давно бы уже закончилось. Крыса забегает по длинному швартовому концу, который висит и болтается, и пулей шмыгает в надстройку. Оттуда она поднимается по двухсекционному трапу к рубочному люку и спускается вниз по вертикальному трапу. Так же, кстати, они выходили погулять, ну, или там в магазин сбегать – не знаю, не спрашивал. Как они узнавали о том, что корабль не ходит в море, – загадка. Я всегда с интересом разглядывал приказы вышестоящих инстанций, но нигде в рассылке не замечал адресата «Крысиному Королю, бухта Нерпичья, пирс № 3». Хотя, может быть, писали специальными чернилами.

Мы приняли ТК-13 на время, чтоб её экипаж сходил в полноценный отпуск (два месяца для неплавающих), а нашу крошку в это время повёл в море разбивать об лёд не скажу какой экипаж. Пришли мы дружным табором с вещичками на корабль, минут за десять подписали акты и начали дружно знакомиться с матчастью. Сижу я в центральном и щёлкаю кнопками своего пианино, как чувствую на себе чей-то взгляд. Поворачиваюсь – на комингс-площадке сидит какое-то чёрно-белое чудовище с порванным ухом и улыбается мне.

– Ты кто? – спрашиваю у него.

– Мяу! – говорит оно.

– Да я вижу, что не собака, зовут-то тебя как?

– Василием его зовут, – отвечает мне командир ТК-13, выходя с нашим из штурманской рубки, где они выпивали и пересчитывали карты. – Саша (это уже нашему командиру), вы его тут не обижайте мне! Он у нас крысолов знатный и вообще