магических зверей. В четвёртых, стали известны потери всех сект в последней усобице, и эти цифры были просто катастрофическими. По сути, главная боевая сила империя была уничтожена более, чем наполовину. И только у секты целителей не было потерь. Впрочем, что смогут сделать лекари против коварного, хитрого и могущественного врага? Император отдавал себе отчёт, что всё это, а также убийство членов его семьи, было частью чьего-то плана. А судя по размаху действий, эта сила представляла реальную угрозу империи.
Недолго подумав, Ци Бэй решил лично выступить в авангарде войск, но сперва нужно было прекратить усобицу в сектах. Император раздвоился, оставив в столице свой зародыш духа, а в основном теле отправился на восток…
* * *
Мир смертных. Империя Боевого единорога. Архипелаг черепахи.
Войска разных сект стояли по разные стороны. Однако никто уже не горел желанием идти в атаку — слишком велики оказались потери. И когда уже казалось, чтоб новые смерти неизбежны, пространство в небе оказалось разрезано, будто бы кто-то бритвой разрезал небеса, и они стали расходиться, словно листки разрезанной бумаги. Из образовавшегося тёмного пространства вышел, идя прямо по воздуху император Ци Бэй. Дыра в пространстве закрылась, и на фоне светло-голубого неба ясно виднелась одна чёрная точка фигуры императора. Он оглядел собравшихся было сражаться практиков и, не выдержав, в сердцах воскликнул:
— Идиоты! Вы полные идиоты! — его голос, словно тысяча громов, заставил землю дрожать, а небольшие домики разрушаться. Практики были прижаты к земле от давления духовной силы, а слова своей энергией просто сбивали их с ног.
Император продолжил:
— Неужели вы не понимаете, что стали жертвой провокации грозного и коварного врага?
Разразилось молчание, и никто не то, что ответить, даже шелохнуться не мог. Император тем временем стал дальше говорить:
— В то время, пока вы убиваете друг друга, гоблины спокойно продвигаются по нашей земле, сжигая деревни, убивая людей, насилуя женщин.
От слов императора люди содрогнулись ещё больше, чем от ауры:
— Неужели это правда? Неужели мы все оказались так просто обмануты? — то и дело раздавалось тут и там перешёптывания. А затем один из практиков отпустил меч, и он со звоном упал на камни. Также поступил и второй, затем третий… И вот, воздух заполнился грохотом падающих мечей. А затем грохот сменился воем и плачем, от осознания того, что же они наделали. А самое большое горе было у глав кланов — мало того, что они потеряли своих любимых детей, помимо этого именно их скоропалительное решение воевать привело к беспрецедентным потерям.
— А ну отставить! — рявкнул император, и практиков вновь пригвоздило к земле. — Разве так подобает поступать практикам? Если вы в самом деле осознаёте ошибку и раскаиваетесь, то делом явите своё покаяние. Немедленно прекратите вражду и объединитесь, противостоя захватчиком! Я лично пойду в бой. Кто считает себя верным сыном империи — за мной!
И после этих слов император не спеша полетел на север. Давление ауры исчезло, и практики подняли оружие. Кто мог летать, сразу последовал вслед за императором, а кто не мог, отправился к ближайшим летающим кораблям.
* * *
Мир смертных. Империя. Столица.
Когда император в главном теле покинул столицу, пространство недалеко от императорского дворца оказалось также разрезано, и оттуда вышел высокий человек с фиолетовыми волосами и небольшой бородкой. Это был Му Шэн.
— Эй, крыса, вылезай из дворца! — без всякой учтивости крикнул Му Шэн, и его голос привёл к тому, что стены дворца задрожали, и со стен стала осыпаться штукатурка.
— Какая жаба тут расквакалась? — раздался не менее мощный голос, и перед Му Шэном появилась фигура Ци Бэя. — Так вот значит, кто за всем стоит… Судя по волосам, ты недобитый детёныш предательского рода.
— Меня зовут Му Шэн, — представился тот. — И я действительно наследник тех, кого вы назвали предателями. Хотя именно ваш род уничтожил прошлую династию, а затем и убил всех моих родных. И я здесь для того, чтобы взыскать долг с твоей крови.
— А силёнок то хватит? — вопросил император. — Думаешь, что ты, только вступив на первый уровень, сможешь быть соперникам тому, кто уже долго пребывает на втором?
— Если бы ты был в теле, то я бы действительно был бы тебе не соперник, — согласился Му Шэн. — Но ты всего лишь дух, а уж дух я как-никак одолею.
— Хватит слов! — произнёс с пренебрежением император, и ринулся в атаку.
Глава 50
Битва зародышей
В воздухе над имперским дворцом стояли двое практиков.
Император Ци Бэй сделал круг рукой, и его чёрные волосы загорелись голубым светом, а в глазах также появилось голубое пламя. За спиной Ци Бэя появилась огромная голубая печать с магическими символами. Император махнул рукой вниз, и из печати появилось огромное копьё из голубого света и устремилось на Му Шэна. Му Шэн телепортировался в сторону и, взмахнув рукой, отослал фиолетовую молнию в сторону копья. Волосы Му Шэна озарились фиолетовым светом, а глаза также приобрели фиалковый цвет. Молния ударилась в древко копья, и охватила его целиков, и через миг прогремел оглушительный взрыв, и магические атаки уничтожили друг друга.
Му Шэн не стоял на месте. Используя пространственные скачки, он за мгновения менял своё положение, телепортируясь всё ближе к Ци Бэю. Подняв обе руки и затем резко опустив их вниз, Му Шэн призвал за своей спиной десятки громовых клинков, пронизанных всполохами молний, который в следующее мгновение отправились в полёт. Ци Бэй поднял ладонь, и перед ним образовался полукруглый магический щит из жёлтого света. Клинки врезались в щит, и каждый удар производил взрыв от удара молний. Каждый удар озарял небо ослепительной вспышкой, а звук был настолько мощным, что в домах столице, которые располагались далеко внизу, стали разбиваться окна от ударной волны.
Рядом с Му Шэном появилась ещё одна фигура, точь-в-точь похожая на него.
— Духовный зародыш! — констатировал увиденное Ци Бэй.
В этот же миг две фигуры Му Шэна исчезли, и появились с двух сторон от Ци Бэя, и создав фиолетовые магические печати, отправили полыхающие молнии в Ци Бэя. Император защитился магическим щитом, образовавшим вокруг него жёлтую сферу. Молнии ударяли в щит, но пробить не могли.
Однако в это же самое время, пока молнии продолжали бить, Му Шэн со своей копией сделали ещё несколько пассов руками, и