Читать интересную книгу "Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин"

были мягки и ароматны, язык трепетен.

— Как? — спросил Ква, когда смог совладать с голосом.

— Хорошо. У тебя губы опытного человека. И ты меня здорово хочешь, — с некоторым облегчением удостоверилась девушка.

Отрицать было бессмысленно — ладонь в перчатке проверяла хотя вкрадчиво, но дико приятно — у измученного шпиона-отставника аж в глазах темнело.

— Не понимаю, — прошептала Розг, продолжая проверку. — Я тебя волную, мы жутко симпатичны друг другу. Откуда же грядущие вздохи в старости?

— Ммммм… я чересчур, чересчур опытный, ух, будь оно проклято. Я чую засаду.

— Не все ли равно?

Светлые пальцы сжали посильнее.

— Что творишь, палачка⁈ — заскулил Ква, не на шутку задыхаясь от ярчайшего наслаждения. — Я же не железный, столько дней в море!

— Отпустить?

— Нет! Еще не сейчас. Ты жутко искусна в физическом воздействии.

— Тогда говори! — потребовала Розг, усмехаясь, хотя уже без прежнего личного жара.

— Ну, если вкратце, то вы двое здорово снюхались, — с трудом выговорил замерший в наслаждении отставной шпион. — Теа — весьма осторожная особа, но явно симпатизирует тебе даже больше, чем я, убогий-трусливый.

— У нас ничего не было, — заверила искусительница.

— Я знаю… — Ква задохнулся, запустил пятерню в волосы мерзавки и поцеловал еще раз. — Всё, отпусти глупца!

— Ладно, — Розг в некоторой растерянности отпустила жертву.

Ква заскулил — все же отказываться от такого ощущения было непросто, там ведь еще такие шикарные продолжения маячили…

— К чему этот подвиг? — прошептала Розг. — Честно, я не поняла. Это как называется?

— Да как обычно и называется — «останемся друзьями», — отставной шпион совладал с безмолвными визгами протестующей и требующей продолжения собственной плоти. — Ты восхитительная баба. Но не могу.

— Из-за нее? Она уверенна, что у вас кончено.

— Разве дело только в этом? Я же на службе, — печально напомнил Ква. — Не то, что я уж такой дисциплинированные и исполнительный, скорее, наоборот. Но опыт подсказывает — на время похода всякие личные решения стоит отложить. Всему свое время.

— Слушай, я выросла в глуши и рядом с не совсем нормальной магией. Но я не то чтоб совсем глупа. Решение ты принял, к чему в лицо девушке лгать?

— Что за пафос? — проворчал шпион. — Глупой тебя не считаю, лжи и близко нет. Ты, кстати, это прекрасно чувствуешь. Просто тут дельце весьма сложное. Решать под пыткой — даже сладкой — неразумно. Потому и откладываем.

— Вот так звучит чрезвычайно разумно, — признала Розг. — Искусен ты словами играть, это уж верно Теа предупреждала.

— Я перед тобой ни минуты не притворялся. Ты мне с первого взгляда понравилась, даже еще когда не понял, что ты к нутту непричастна. Подумалось «жаль убивать будет». В сущности, я мгновенно размякаю при виде истинной богини, особенно если она в перчатках, — признался Ква.

Красавица чуть слышно прыснула:

— Шутник одноглазый.

— Юмор — единственное чем удается снять напряжение. Хорошо, с чем-то мы временно разобрались, но еще уйма проблем. Где эта… хитроумная сводня? Надо бы и втроем обсудить.

— Она сказала, что уйдет и подглядывать не будет. Как только убедится, что ты не дал деру.

— Это Теа-то? Она жутко подозрительная, до последнего убеждаться будет.

— Опять Теа во всем виновата, — сказали из тени пальм. — Да как вам поверишь — вы же совершенно не по-людски себя ведете.

Розг все же вздрогнула и обернулась — некоторые неочевидные особенности новой подруги оставались для нее тайной.

— Я извиняюсь, — сказала Теа, неслышно подходя к сидящим. — Как засосались, я честно собралась уйти. Но вы же спетляли и опять в пустой разговор съехали.

— Да, мы очень непредсказуемые, — повинился бывший шпион.

— Я честно хотела передать тебя в хорошие руки, — прямолинейно сказала Бывшая. — Что за фокусы? Вы прекрасно подходите друг другу, совпадаете идеально, хотите телесно. Остальное приложится со временем. Что не так, а, господин Рудна?

— Всё так. Мне Розг нравится, она и просчитывать ходы умеет и в руках себя держать. Но если мне понадобиться девчонка на вечер, то будет другая девчонка. Поскольку меня с Розг и дружить тянет, а не только это самое… приятное, но короткое. В общем, попрошу меня попусту не искушать, тут все умные и с опытом. Увлечемся и отвлечемся по мелочам — потом самым стыдно будет.

— Опять одноглазый всех запутать норовит, — констатировала Теа и посмотрела на подругу: — Я говорила, его сходу брать надо.

— Вы сходу и попробовали, почти получилось, — утешил Ква. — Но мне уже не шестнадцать лет, тяжеловат я на подъем.

— Не сказала бы, — усмехнулась сиделка. — С точки зрения возможностей организма всё прекрасно.

— Спасибо. Я надеялся, что небезнадежен. Теперь без пошлостей. Розг, ты знаешь орка по имени Серый Лыхр?

— Да, конечно, приличный дарк, с чувством юмора, бывал у нас, страждущих приводил. Вообще он из «моего» племени, с детства знаком… — Розг осеклась. — Погодите, он байки про одноглазого рассказывал, но очень давние и тот парень, э-э…

— Конченый уродец был тот парень? — усмехнулся Ква.

— Чуть иными словами, у орков особое отношение к человеческой красоте, но…

— С тех пор я отожрался и слегка похорошел. Но старых друзей не забываю, с Зубастым мы переписываемся, хотя почта в тех краях случается редко. Нет у нас с почтовой регулярность порядка, и, видимо, в ближайшее время и не будет.

— Какая почта? — удивилась Розг.

— Вас почта облетала, — пояснила Теа. — Твоя колдунья считалась сомнительным адресатом, на всякий случай ее обходили.

— Почтовики на здоровье не жалуются, а у твоей, гм… хозяйки-покровительницы научная репутация была неоднозначной, — дополнил Ква и посмотрел на Бывшую: — А вот эти вот нюансы — их точно не нужно было мне рассказать? Отчего я их должен выяснять в окружную, напрягая занятых людей и исписывая кучу бумаги?

— Собиралась пересказать, но где? В сортире или на «монете»? — ехидно уточнила Лиска. — Зашмондила эта скорлупа тесная-плавучая. Только с мальчишкой и вот с Розг и можно наедине без подозрений остаться. Сплетники твои герои Севера, похуже любых деревенских бабок.

— Традиция, моряк должен развлекаться разговорами, не нам этот порядок менять, — сказал Ква.