– Если хотите, чтобы я вернул вам вещи, отдайте камни – и я уничтожу колдовство.
– Ну да, – издевательски подтвердила Эстелла, – клянусь силами Земли и Моря, он это сделает!
– О, прекрати, Эстелла, пока я не обмочилась, – простонала графиня Девон.
Изабелла, веселившаяся, как ребенок, наконец встала.
– Джезмин Сейлсбери сейчас погадает нам на картах таро, чтобы развлечь дам, а господам я дозволяю играть в кости или найти другие занятия, более соответствующие их вкусам.
Большинство мужчин в зале поднялись из-за стола и наполнили кубки в предвкушении нескольких часов игры. Почти все, кроме короля и графа Честера.
Джон спрыгнул с возвышения, взял Джезмин за руку, подвел к приятелю, поднял как ребенка и вручил Честеру.
– Бесценное сокровище, – подмигнул он.
– Только не для самого богатого человека в Англии, – сделав гримасу, возразил граф.
Де Берг, стиснув зубы, в немой ярости наблюдал, как обращаются с его нареченной. Джезмин сменила один вызывающий наряд на другой, только чтобы позлить его, – Фолкон искренне хотел верить в это. Темные брови зловеще сошлись, когда он вспомнил мужчину, скрывавшегося в спальне Джезмин. Фолкон мрачно оглядел зал. По крайней мере, он был уверен в одном – это не Честер. Хотя граф казался очень сильным, его руки и ноги были слишком длинными и худыми – уж его никак нельзя назвать ловким, словно пантера! Фолкон внимательно прислушивался к обрывкам разговоров своих рыцарей, приезжих дворян и Ролфа Мердока, шерифа Ноттингемского, смертельно уставшего от бесчисленных жалоб. Казалось, все только и думали о разбойнике, засевшем в здешнем лесу. Если верить слухам, люди стекались к нему со всех сторон, десятками и сотнями, и, хотя за его голову назначили награду, никто и не подумал выдать его стражникам. Фолкон в десятый раз выслушивал извинения Мердока в своей несостоятельности как шерифа:
– У меня не хватает людей. Я намереваюсь просить короля о подкреплении – необходимо прочесать лес и очистить здешние места от этого сброда.
Де Берг презрительно скривил губы. Какая-то жалкая кучка крестьян и фермеров сделала шерифа всееобщим посмешищем. Сумел бы он выстоять против злобных дикарей, валлийцев и шотландцев, буйных и жестоких, как горные львы, явившиеся, чтобы грабить и уничтожать? Фолкон 'не желал и думать о разбойнике! Он покачал головой, когда его рыцари предложили сыграть в кости, и зашагал к возвышению, где Джезмин была поглощена гаданием на красиво разрисованных ею для королевы картах.
Эстелла поднялась из-за стола, предчувствуя затруднения для внучки, если королеве выпадут плохие карты. Де Берг скользнул на освободившееся место между двумя вдовами, бросил на Честера предостерегающий взгляд, достаточно холодный и жесткий, чтобы вселить страх в любого соперника, но теперь, когда королева потребовала от девушки заняться гаданием, король и Честер ушли с возвышения. Ноттингем следовал за ними, словно ручная гончая. Де Берг с удивлением понял, что дамы целиком поглощены картами. Почему женщины так наивны? Что делает их столь доверчивыми? Они готовы, рады, жаждут быть обманутыми! Он в два счета доказал это себе, деля внимание между двумя вдовушками. Обе мгновенно растаяли и дали понять, что не прочь провести с ним веселую ночку. Теперь оставалось только решить, какую из них он больше хочет.
Изабелла, желающая всегда и во всем быть главной, перетасовала большие карты таро, загадала желание и вынула .наугад десять табличек, и с каждой новой картой Джезмин все больше мрачнела. Будущее королевы виделось в самом черном свете. Изабелла, возможно, прикажет немедленно казнить Джезмин, если та скажет правду перед собравшимися женщинами.
Но тут ее паника улеглась. Она играет роль. И уже отрепетировала реплики и выражения на тот случай, если выпадут плохие карты. Подняв глаза, девушка увидела де Берга. Тот смотрел холодно, безразлично, словно не выделяя ее из толпы остальных. Заметив рядом с ним женщин, она мгновенно возненавидела их!
Но королева ждала, и пришлось начать предсказания. Для ушей де Берга ее голос звучал звоном серебряных колокольчиков – чистым, ясным, волшебным. Он глядел на соседок и понимал, что не хочет ни одну. Ему нужна Джезмин, нужна такой, какая она есть. Будь она проклята, своевольная маленькая ведьма, он должен добиться ее!
– Королева пантаклей ваша первая карта, и поэтому представляет вас, ваше величество, – сказала Джезмин.
Карта означала эгоистичную, жадную, распутную женщину, утопающую в драгоценностях, ставящую роскошь выше любви. Трон, на котором сидела королева, был украшен фигурами купидонов, спелыми фруктами, козлиными головами и кроликами, символом чувственности.
– Эта карта обозначает женщину, у которой есть все на свете, – объявила Джезмин, достаточно, впрочем, правдиво.
– Почему здесь кролик? – спросила Изабелла.
– Все эти рисунки означают, что вы не останетесь бесплодной и принесете нашему королю много прекрасных принцев и принцесс.
Изабелла довольно улыбнулась и показала на другую карту, короля мечей:
– Это Джон.– Она была права. Невысокий, очень темный мужчина, любитель издеваться над женщинами и детьми, злобный, мстительный человек, тиран, недостойный данной ему власти.
– Да, ваше величество. Король мечей представляет очень смуглого человека на троне. Хорошего воина, это видно по вынутому из ножен мечу.
– А эти темные облака, собравшиеся над его головой?
– Просто виньетки, – солгала Джезмин.
– Почему его карта не рядом с моей? Кто встал между нами?– допытывалась королева.
Джезмин с неприятным чувством заметила, что на карте была изображена она сама, в облике верховной жрицы. Теперь Изабелла посчитает, что Джезмин хочет отнять у нее мужа. Девушке это вовсе не понравилось, тем более что королева положила эту карту ниже двух предыдущих, а это означало только одно – Изабелла и Джон намереваются унизить ее.
– Каково значение этой карты? – не отставала Изабелла.
– Подсознательное знание, интуиция, вдохновение, оккультная мудрость, скрытые тайны, внутренние ресурсы, способность разума производить исцеление и перемены в жизни его обладателя, способность достичь внутреннего совершенства, – правдиво ответила Джезмин.
Изабелла, как всегда, поглощенная мыслями о себе, подумала, что карта относится к ней, и еще больше обрадовалась. Рядом с картой, олицетворяющей Джона, королева положила карту с изображением дьявола. Джезмин раздумывала, как бы получше объяснить ее значение, не связывая его с королем. Конечно, присутствующие ничего не должны заподозрить.
– Этот рогатый дьявол с крыльями, как у летучей мыши, сидит на троне. Перед ним – нагие мужчина и женщина, скованные цепями. Эта карта символизирует зло. Люди не должны становиться рабами желаний. Фигуры означают распущенность, бессмысленную чувственность, когда человек уподобляется животному. Значит, кто-то занимается черной магией, поклоняется дьяволу или его приспешникам.