Читать интересную книгу "Наследник Тумана том 2 - Сергей Витальевич Карелин"

отправиться на заседание суда. Интересно, он и дома у себя в костюме ходит?

Мы собрались на кухне: я, Алена и он. И конечно, Мара, которая легла у входа в нее и внимательно следила за нами своими зелеными глазами.

— Итак, — начал адвокат, положив перед собой на стол блокнот и открыв его, — я ночью разговаривал с господином Боровиковым. У нас имеется караван, идущий из Москвы в Рязань. Караван перевозит медицинский груз, и груз будет настоящим. Лекарства и перевязочные материалы для нескольких клиник в Рязани, алхимические препараты и магические реагенты для рязанского городского госпиталя. Так что по бумагам не подкопаешься — все чисто, к тому же маршрут обычный. Караван не слишком большой, чтобы не привлекать внимания, но достаточно защищенный, чтобы не выглядеть подозрительно слабым. К тому же в этот день в Рязань и через Рязань направляются еще несколько караванов.

— И какой состав каравана? — спросил я.

Пономарев заглянул в блокнот:

— Два броневика сопровождения. Один бронированный фургон с грузом. Еще один обычный грузовик. Охранники с боевым магом и целителем. Будет проводник — официально он ведет маршрут.

— А он не может меня узнать? — напрягся я.

— Сергей Сергеевич заверил, что никто из состава каравана не мог с вами встречаться. — ответил Пономарев. — Вы же ему доверяете?

Я кивнул.

— Ну вот и хорошо. Но в любом случае мы со своей стороны примем меры для того, чтобы вас даже случайно не узнали. Продолжу… Все люди проверенные, да и в любом случае лишнего знать они не будут. Для них вы просто пассажиры.

— И кем мы будем?

Пономарев посмотрел на меня.

— Вы — Матвей Соколов, помощник экспедитора. Человек с опытом переходов через Туман, но без официального статуса проводника. В документах вы числитесь сопровождающим медицинского груза. При необходимости можете подсказать что-то по маршруту, но командовать, видеть нить и вообще проявлять чудеса не надо.

— А если придется?

— Тогда постарайтесь сделать это так, чтобы никто не понял, что чудеса исходят именно от вас.

— Легко сказать.

— Я и не говорил, что будет легко, — наставительно произнес тот.

Алена тихо выдохнула.

— А я?

— Анна Петровна Ларионова, — ответил Пономарев, — больная родственница сопровождающего, то есть Соколова. Едете в Рязань к частному целителю. После «тяжелого контакта с Туманом» у вас нервное истощение, слабость, головные боли, приступы страха, возможна потеря голоса. Очень удобный диагноз. Неприятный, расплывчатый и исключающий большинство вопросов.

— То есть мне надо молчать?

— Именно. Молчать, выглядеть слабой, не спорить при проверках, держаться рядом с собакой и не смотреть на людей так, будто вы хотите приказать их высечь…

Алена на секунду растерялась, а потом даже слабо улыбнулась.

— Шутите… Понятно. Я попробую.

Мара подняла голову.

«Мара не собака. Мара охотница».

Я потер переносицу.

— Сегодня ты собака.

«Да, но потом мясо».

— Договорились.

Пономарев, кажется, уже почти привык к тому, что я разговариваю с «собакой» вслух. По крайней мере, вопросов не задавал. Только посмотрел на Мару с легкой настороженностью и сказал:

— Ветеринарную справку я достану. Формально животное принадлежит Анне Петровне: после болезни она плохо переносит дорогу, собака помогает ей не впадать в панику. Такие вещи сейчас встречаются часто, особенно у людей, переживших тяжелые переходы через Туман.

Он подошел к шкафу и достал небольшой темный чемодан.

— Через час придет человек. Специалист по документам и внешности. Не маг, а обычный гример с опытом работы в полулегальной сфере. Он быстро и качественно работает и, главное, не задает вопросов.

— У вас действительно удобные знакомые, — уважительно произнесла Алена.

— Я уже говорил, что моя профессия к этому обязывает.

* * *

Специалист появился через сорок минут.

Невысокий мужчина неопределенного возраста, в сером пальто, с чемоданчиком и лицом, которое невозможно вспомнить через пять минут после встречи. Именно такое лицо и нужно людям его профессии.

— Стас, — представился он, поставив чемоданчик на кухонный стол. — Фамилию не спрашивайте. Чем меньше я знаю о клиентах, тем лучше сплю, чем меньше клиенты знают обо мне, тем дольше я живу.

— Вы философ? — не удержался я от сарказма.

— Я практик, — улыбнулся Стас. — Начнем с мужчины. Садитесь.

Меня усадили на стул у окна. Стас обошел вокруг, осмотрел лицо, волосы, шрам на скуле и недовольно цокнул языком.

— Материал сложный. Лицо запоминающееся. Нос ломали? — Не успел я ответить, как он ответил сам себе: — Ломали. Шрам тоже мешает. Полностью не спрячем, но можно заретушировать.

Он работал быстро. Сначала коротко подстриг мне волосы, оставив аккуратную стрижку, потом нанес краску. Темные волосы стали светлее, с рыжеватым оттенком. А потом пришла очередь лица.

Холодный крем, щипцы, тонкая кисть, какой-то состав с резким запахом спирта. Стас приклеил аккуратные усы и короткую бородку, подровнял их маленькими ножницами, добавил очки в тонкой оправе. Шрам на скуле не исчез, но теперь взгляд цеплялся сначала за очки и бородку, а уже потом за него.

— Посмотрите, — сказал он.

Я посмотрел в зеркало и не сразу узнал себя. На меня смотрел не Михаил Рощин, а усталый мужик лет тридцати пяти — сорока, который много времени проводит в дороге. Таким, наверно, и должен быть помощник экспедитора, который носит накладные, ругается с грузчиками и, возможно, мечтает когда-нибудь открыть собственное дело.

— Отлично, — признал я. — Вы волшебник.

— Ловкость рук и никакой магии, — улыбнулся Стас. — Если вы не будете представляться своим голосом старым знакомым, то вас никто и не узнает.

Пономарев внимательно оглядел меня с ног до головы и, судя по всему, остался доволен моим новым обликом.

— Только перстень надо снять, — произнес он.

Я посмотрел на родовой перстень, и снимать его почему-то не хотелось. Странное чувство, словно снимал не украшение, а часть себя. Видимо, кровь Волконских в этом теле реагировала на символ рода сильнее, чем я думал раньше. Но Пономарев был прав.

Я снял перстень, адвокат тут же убрал его в металлический футляр и вручил мне.

— Спрячьте как можно дальше и вообще забудьте о нем.

После этого я переоделся. Вместо привычной куртки — серое пальто, темные брюки, рубашка без лишних деталей и жилет с карманами для бумаг — просто человек, сопровождающий груз.

Пистолет пришлось спрятать глубже, под пальто. Гладиус убрал в сумку