Я задумался, посмотрел на часы.
— Может, мне выйти? — проявила Светлана деликатность.
— Нет, что ты, — запротестовал я. — Я просто прикидываю по времени, где она сейчас может быть. Надо звонить в магазин. Линия защищенная?
— А как ты думаешь? В этом‑то кабинете? — загордилась она.
— Понятно.
Я пододвинул к себе телефон, снял трубку. Видимо, сегодня помех в атмосфере было немного, и дозвониться удалось со второй попытки. Кабелей по дну моря здесь не прокладывали: дальняя телефонная связь все равно устанавливалась по радиоканалу, и иногда с этим случались проблемы. После пяти гудков Бонита сняла трубку. Слышно было на удивление хорошо.
— Mi Amor.
— Corazon? Как ты? Где ты? — заволновалась она.
— В кабинете нашей общей знакомой.
— А что ты там делаешь? — В голосе вместо волнения появился оттенок подозрительности.
— Если кратко, то они меня спасли вчера, — ответил я и добавил после паузы: — На самом деле.
— Скажи им спасибо от моего имени. — Голос заметно смягчился. — Ты в порядке?
— В полном порядке, — немного приврал я, скрыв ранение.
— Когда ты оттуда выберешься?
— Дня через три. Сейчас, после стрельбы и всего прочего, на три дня прекращено любое сообщение с материком.
— М‑м‑м‑м… — «подныла» Бонита. — А скорее?
— Вплавь?
— Ну не знаю…
— И я «ну не знаю».
— Ладно, но ты там не засиживайся, хорошо?
— На острове в смысле?
Молчание и глубокий вздох в трубке:
— В смысле в кабинете. В другом месте погуляй. Договорились?
— Договорились.
— Теперь скажи что‑нибудь.
— Что?
— Угадай.
— Я тебя люблю.
— Угадал. Только ты в следующий раз это громче говори, не стесняйся присутствующих. Я тебя тоже люблю. Пока!
Я положил трубку на рычаг. Светлана смотрела на меня с легкой усмешкой:
— Как прошел разговор?
— Ты же слышала. Вам передали большое спасибо за спасение моей персоны.
— Пожалуйста. Всегда обращайтесь, если что.
Территория Ордена, остров Нью‑Хэвен
22 год, 18 число 10 месяца, понедельник, 14.30
У Светланы было много работы, и через час меня из ее кабинета забрала Катя. Несмотря на тяжелую ночь, она выглядела совершенно свежей, что при ее хрупкости и внешней субтильности выглядело противоестественно. Биоробот какой‑то. Прямых служебных обязанностей у меня здесь не было, но Светлана просила дождаться, когда появится Гольдман, да и сам я не против был посмотреть на одного из тех, кто определяет политику Ордена. Поэтому Катя взялась показать мне все, что есть на этой территории.
Территория Отдела даже расширилась с прошлого раза, охватив своим сетчатым забором с «егозой» поверху дополнительные площади. На ней располагалось главное здание, в котором находился теперь кабинет Светланы. За этим зданием были еще три, расположенные перпендикулярно главному. В одном размешалась, если говорить проще, разведка, во втором — контрразведка, в третьем — архив, серверы и какие‑то лаборатории. Если обойти эти здания, можно было дойти еще до одного забора, в котором были двое ворот. Ворота слева, охраняющиеся одним охранником, сидевшим в стеклянной кабине, вели на огороженный участок, где находились стрельбище, арсенал, спортивный зал. Ворота справа охранялись двумя охранниками в такой же широкой стеклянной кабине, и за ними стояло длинное п‑образное одноэтажное здание из серого кирпича. Это была собственная тюрьма Отдела, с камерами и комнатами для допросов, которые здесь назывались «интервью», в которой, впрочем, на настоящий момент не было ни одного заключенного. Называлось это тесто «Holding Facility». [104]
Еще к основной территории Отдела примыкал участок, на котором было нечто вроде автопарка. Под навесами стояли «лэндроверы» двух видов — «90» и «110», открытые и закрытые. Судя по их количеству, выданная мне машина не слишком повлияла на их общую численность в этом месте. Наверное, ее отсутствия даже не заметили. Отдел явно готовится стать большим. Были и несколько закрытых и явно бронированных «лэндроверов» — из тех, что британцы в Ольстере использовали. Готовятся к чему‑то?
— Катя, а такие машины Отделу зачем нужны? — показал я на броневики.
— Любимая набирает «Тас Teams». [105] Это будет их транспорт. Еще у них будет пара вертолетов — их вот‑вот должны закинуть в «ворота». И один постоянный «геркулес» на аэродроме, чтобы они самостоятельно могли вылетать в другие места на континенте и возить с собой экипировку.
Действительно, за автопарком виднелась вертолетная площадка. Если бы вертолеты и тактические команды у Отдела были раньше, то вчерашний успешный налет мог обернуться намного хуже для нас. Нас спасло то, что все вертолеты противника находились в одном месте, которое сразу было нами захвачено. А несколько хорошо подготовленных и вооруженных команд, высаженных в тылу наших заслонов, могли бы очень навредить, а что касается лично меня и моей команды — так и отправить всех нас на тот свет. Впрочем, первый удар был за нами, и мы бы тогда планировали атаку по‑другому.
Заинтересовало меня и то, что количество транспорта явно превышало потребности пребывания на острове. Об этом я Катю и спросил.
— На острове останутся только управление и самые секретные подразделения. Второй комплекс, куда все это переправится после сезона дождей, строится возле Порто‑Франко, — просветила меня Катя. — Туда это все и поедет — просто через тутошние «ворота» затащили.
Это нормально, и выглядит логично. Признаться, базирование всех сил Отдела на удаленном от всего и вся острове вызывало у меня, мягко говоря, удивление.
— У нас здесь и центр их подготовки, и основная база. Видите, там начинают еще один блок строить? — показала Катя рукой.
Справа от вертолетной площадки кипела стройка. Возводился еще один быстросборный двухэтажный блок.
— Там будет тактический центр — будут дежурить две группы быстрого реагирования. Всегда. И еще две группы постоянно будут готовы в Порто‑Франко. А еще любимая организовывает отдел внутренних расследований. Это первое, что она протолкнула после того, как обнаружилось исчезновение Родмана. И этот отдел возглавлю я.
— Поздравляю! Будешь охотиться на своих?
— «Своя» мне здесь только Светлана, и еще одна девочка из ресепшн нравится. А остальные — добыча, — утрированно хищно оскалилась Катя, показав мелкие белые зубки.
— Катя, ты очень цинична, — усмехнулся я.
— Очень, иногда самой страшно, — притворно вздохнула она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});