стратегическое совещание. Жду вас на нём.
Я видел, как Бадаев, повидавший угрозу в седьмом кольце собственными глазами, напрягся, осознавая всю тяжесть поручения.
— И, Сергей, — добавил я мягче, — привези с собой брата Николая. И отца. Как бы Пётр Арсеньевич ни брюзжал и ни отнекивался, его совет сейчас очень нужен. Скажи ему, что я намерен задействовать весь интеллектуальный потенциал семьи Бадаевых.
— Младшего брата тоже взять? — заинтересовано спросил Сергей.
— Бери.
— Привезу. Отец будет тронут вашим доверием.
— Что касается тебя, Виталий, — я повернулся к моему верному огневику, — выдвигайся в Балтийск для оценки ситуации с добычей водорослей. Если вскоре начнётся эта «заварушка» с тварями, я должен быть уверен, что эликсиров первой помощи в достатке.
Кучумов тут же с готовностью кивнул.
— Узнай, как работают капитаны, нет ли сбоев с логистикой, всё ли в порядке с переработкой, — перечислил я. — Вернуться ты должен к совещанию.
И тут я заметил, как по его лицу, несмотря на всю спешку и решимость, пробежала тень неуверенности.
Мужчина с беспокойством посмотрел в сторону моих предприятий, видневшихся на горизонте. Я понял, что его тревожит.
— Виталий, семья — это не отвлечение от дела, — положил руку мужчине на плечо. — Это та крепость, ради которой мы все эти дела и вершим. Поезжай, переночуй с ними. Завтра на дневном поезде отправишься в Балтийск. Одни сутки погоды не сделают.
Лицо вассала просияло от облегчения, и он уж было ринулся искать извозчика, но я остановил.
— Куда ты? — усмехнулся я. — Поедем с комфортом.
По моей команде из распахнутых дверей почтового вагона выкатили «Волго-Балт». Мы сели, и вскоре бронированный автомобиль плавно понёс нас по улицам разрастающегося поселения.
Бывшая деревушка вокруг моих производств стремительно превращалась в городок: здесь уже красовались двух- и трёхэтажные здания, а инфраструктура позволяла обеспечивать всем необходимым не только рабочих, но и их семьи. В этом небольшом городе было две школы, а также колледжи фармацевтики и технических специальностей, готовившие кадры для империи Пестовых.
Мы подъехали к дому Кучумова. Это был небольшой ухоженный особнячок, располагающийся на участке в один гектар. Жена Виталия разбила там фруктовый сад.
Солнце уже клонилось к закату, когда дети во дворе увидели подъезжающее к дому авто и бросились к нему, смеясь и крича.
На пороге появилась возлюбленная Виталия с годовалым ребёнком на руках. Её глаза сияли, а на лице застыла безграничная радость от долгожданной встречи.
Кучумов расплылся в улыбке, забыв на мгновение о делах и предстоящей войне с монстрами.
Я наблюдал за этой идиллической картиной, и в душе поднялась знакомая горьковато-сладкая волна воспоминаний.
Из прошлой жизни всплыл образ отца-геолога, вечно пропадавшего в командировках. Его редкие приезды становились для нас с матерью настоящим праздником. Вспомнил, как мы ходили в однодневные походы, рыбачили на затерянных озёрах или просто играли в настольные игры, если на улице дождь.
В эти моменты я был бесконечно благодарен отцу за то, что, несмотря на усталость, он всегда находил силы на качественное время с семьёй, а не отлёживался на диване.
Это воспоминание заставило по-новому взглянуть на предстоящие дела. И я понял: моим людям нужна передышка, хотя бы короткая. Чтобы они могли просто почувствовать себя счастливыми.
Уже собирался ехать к семье, когда меня перехватил Осип Гурьев, мой главный управляющий.
— Кирилл Павлович, добро пожаловать! — он слегка запыхался. — Не ожидал, что вы прямо с поезда…
— Времени на раскачку нет, Осип, — прервал я. — Как дела на алхимическом производстве? А с железной дорогой всё в порядке?
Осип привык к моей прямой манере и тут же перешёл к делу, сыпля цифрами. Всё шло как по маслу, но меня волновало другое.
— Ты случаем не в курсе, где сейчас Дмитрий Романов? — спросил я, перебивая управляющего.
К моему удивлению, Осип развёл руками.
— У меня точной информации нет, ваше сиятельство. Но завтра с утра попрошу Лёню к вам заскочить, он наверняка знает больше.
— Хорошо. И ещё, отправь весточку в Балтийск. Срочно вызовите ко мне Василия Меркулова.
— Сделаю, — кивнул Осип, и на его лице появилась тень гордости. — Телеграфная связь теперь налажена. За время вашего отсутствия мы протянули телеграфные линии даже до самых отдалённых колоний, не то что по центральным. Это позволяет отслеживать не только всё движение поездов, но и перемещение людей по колониям.
Я с одобрением кивнул.
Созданная мной инфраструктура начинала приносить стратегические дивиденды.
Взглянув на карманные часы, я с досадой убедился, что время уже позднее. Ехать в новое родовое поместье, где сейчас жили мать и сестра, не было смысла. Я поехал в старый дом, расположенный здесь же, в поселении. Завтра всё равно нужно на производство, а тут рукой подать.
Следующим утром, едва я успел прогнать остатки сна крепким кофе, приехав с первыми лучами солнца в свой кабинет, ко мне вошёл Лёня Гурьев. Юноша с тёмно-каштановыми взъерошенными волосами и большими зелёными глазами с каждой новой встречей становился серьёзнее и взрослее.
В его осанке и взгляде чувствовалась уверенность человека, осознающего свою ответственность. Он был уже не просто смышлёным пацаном, а главой разведывательной сети, основанной в вокзально-театральном комплексе «Павловска».
— Кирилл Павлович, — начал он без лишних предисловий, — через наши каналы проходит огромный объём информации, но установить точное местонахождение Его Высочества пока не удалось. Он не при дворе и не в своих обычных резиденциях. Но я его обязательно найду. Дайте только время.
— А вот времени, Лёня, у нас нет. Найди Дмитрия как можно быстрее, — я протянул парню запечатанное письмо. — И передай лично в руки. В нём я прошу о срочной аудиенции.
Лёня взял конверт с видом заправского резидента.
Эта встреча лишний раз подтвердила, что Павловский вокзал стал для меня не только культурным центром, но и мощнейшим инструментом влияния и сбора информации.
Проводив Лёню, я наконец смог сосредоточиться на накопившихся делах.
Мои глаза с удовлетворением время от времени скользили по десяти сундукам, аккуратно поставленным около двери в лабораторию. Я уже поменял макры и планировал в свободное время заняться производством антимагических пластин и модулей. Но, к сожалению, сейчас было не до антимагии.
Осип Гурьев вновь зашёл ко мне, на этот раз с кипой бумаг, требующих подписи.
Пока мы разбирали текущие документы, дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул его брат, Иван, ведавший алхимическим производством.
— Входи, — кивнул я. — Как успехи?
Его доклад был обнадёживающе скучным: всё шло по плану, производственные линии работали без сбоев, объёмы выпуска эликсиров и реагентов стабильно росли. Та самая рутина, которую я в иное время мог бы счесть застойной, а