Читать интересную книгу "Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин"

успокоили. Итак, стенограмма! То есть, дословно! — Телле придвинула исписанные строки:

«К». Это, значит, наш бесценный капитанчик. Текст: «Завтра к полудню туда выйдем. До этого нужно окончательно на „Вороне“ прибраться. Полагаю, парни, вам это будет в радость».

Б. Это Боцман. «Так точно, сэр. Купчика?»

К. «Его в первую очередь. Без затей. Упал за борт. Сопляка туда же, он мордой уродский баран, цена два медяка. Девок не трогать, они дорогие. Док, конечно, еще дороже, присмотрите чтобы не начудил. Эту мелкую, которая Телле, придержим. Некрасива, зато юненькая, сладенькая. В общем, пока не трогайте, она нам не помешает. Вести себя как обычно до самого конца. Вы ничего не знаете, удивлены. Я всем займусь.»

Б. «Старпом? Этот не вскинется?»

К. «Олух как и все. Это он перед дамочками благородную честь демонстрировал. Петушок. Пойдет со всеми, куда ему деваться. Купчиком займетесь, сразу как стемнеет. Выманите на палубу и кончите. Только тихо».

Б. «Есть, сэр».

Собственно, на этом всё. И дальше только тишина, — завершила доклад Телле.

— Прекрасно. Потом напомни, замолвлю за тебя словечко перед Профессором. Скорость твоей скорописи восхищает. Да, обложку с записью сожги.

— Запись съем, потом отнесу «Капитану Нелю». Время-то у нас еще есть посидеть на дорожку?

— В обрез. Сейчас предупреди Дока. Он в возрасте, будет переживать. Но без подробностей плана! Все должны вести себя натурально.

— Да чего я разболтать могу, если сама ничего не знаю⁈ — возмутилась гардемаринка. — Мы по какому варианту отрабатываем?

— По единственно верному. Сейчас это «номер два». Живо исчезла к Доку! К первым сумеркам мы должны завершить этап. А обложку я сам сожгу, не хватало мне еще в штурмовой команде оборотня с «запором».

[1] «Жираф». Автор Николай Гумилев.

[2] «Если». Редьярд Киплинг

Глава одиннадцатая

И близок бой, рога завыли

Солнце яркое, слепит в корму и левый борт, но жара к вечеру уже заметно спадает. Ветер, само собой, восточный, как ныне взялись мудрено говорить «слабый до умеренного». Волнение символическое. Недурно.

Ква закрыл окно.

— Готова?

— Всегда! За мной заминки не будет, не сомневайтесь, босс! — заверила бравая гардемаринка. — И все же волнительно чуток.

— Чего это?

— Как мы без него будем-то? И вдруг они всё попортят? — девчонка кивнула на перегородку, за которой оставался беззащитный «Капитан Нель».

— Да будем, как всегда и были — без ватерклозета. Хорош умничать. Визжи.

Телле запищала и стремительно вылетела в дверь. Кстати, можно было бы и осторожнее — дверные петли денег стоят.

Ква посмотрел на залитую взваром учетную книгу, охлопал себя по карманам, вспоминая о забытых-незабытых вещах, и выбежал на палубу:

— Стой, мерзавка!

— Я случайно, хозяин! Вы меня сами подтолкнули! — панически завизжала мерзавка, прячась на мачту.

— Так это я же и виноват⁈ Уши откручу, срань мелкая! — взревел Ква, бросаясь за девчонкой.

Пришлось оттолкнуть с дороги оторопевшего матроса, драившего палубу. Господин Рудна почти ухватил за преступницу за подол сорочки, но Телле в последний момент увернулась, бросилась к трапу на мостик. Ква вновь настиг, но девчонка опять развернулась и юркнула под руку. Тут разъяренный господин Рудна не на шутку споткнулся о ступеньку, с трудом устоял на ногах…. На мостике насмешливо захохотали зрители. Погоня в очередной раз с топотом пересекла палубу.

— Спасите! — запищала Телле.

— Стой, тварь наглая! Убью! — взрычал покрасневший от досады купец, придерживая на голове норовящую слететь шляпу.

Палубу уже была полна зрителей и болельщиков. Мелькали удивленные и скалящиеся рожи, из люка в госпитальный отсек поднялись Док и Розг, высунулся изумленный Лонре…. Да, такое себе представление.

— Стой! Я приказываю! — ревел Ква.

— Отстань, я же нечаянно! — мелкая девчонка легко перемахнула через бухту каната.

Преследователь вновь споткнулся, сшиб ведро, едва не поскользнулся на разлитой воде, окончательно побагровел физиономией. Нахалка оглянулась, откровенно скорчила рожу:

— Убьетесь, господин Рудна.

— Ты мне документ испортила! Крыса дурная! — брызнул слюной Ква.

— А вы возьмите, да другой накарябайте? — предложила наглая озорница.

На палубе уже в голос смеялись. Чего не смеяться: девчонка рожи корчит, увалень ее догнать не может, на третий палубный круг погоня пошла…

Ква вырвал из рук матроса швабру, метнул под ноги безобразницы. Бросок вышел довольно внезапным, наблюдатели ахнули, преступница споткнулась, весьма естественно бухнулась на колени, даже проехалась по мокрой палубе. Тут разгневанный купец ее и настиг, сгреб за линялую ткань ворота свободной сорочки:

— Ага! Шкуру спущу. Доклад испортила!

Девчонка, видимо, очень перепугавшись, извернулась и хватанула зубами преследователя за запястье.

Ква с проклятьем отдернул руку:

— Ах ты, змея! Так, значит⁈

От крепкой затрещины мотнулась голова девчонки, затем безжалостный господин Ква ухватил ее одной рукой за ворот, другой за пояс штанцов, мощно крутанул над палубой…

…нет, летела-то хорошо — легко так, эффектно растопырив руки-ноги, глаза выкачены в ужасе, волосенки слегка развеваются. Пронеслась мимо вант, мелькнула над бортом…

Весь «Ворон» ахнул в единый голос.

Донесся звонкий забортный плеск.

Множество глаз, попросту не веря, обратились к безжалостному господину Рудна.

— Опять я виноват⁈ — возмутился Ква. — Это она меня укусила! Совсем ошалела, амара недоросшая.

— Человек за бортом! — опомнившись, заорали на мостике.

Команда и пассажиры бросились к борту. Кто-то скидывал рубахи, на фальшборт вспрыгнул уже готовый сигануть за борт старпом — обнаженный по пояс он выглядел куда круче, вполне себе герой, даже шрам между лопаток имеется, идет молодцу сдержанная мускулистость и мужественность.

— Где она⁈ Парни, смотрите зорче! — кричал, перегнувшись через борт, Лонре. — Потонет ведь, она малая!

— Нету! Может, за корму утянуло⁈ Каридо, багор давай! Эх, стурворово семя, куда она делась?!.

Не было никого на воде, хоть как всматривайся. Да, по этому борту солнце крепко слепит, но дело не в этом. Вынырнувшего человека столькими вглядывающимися глазами уж наверняка усмотришь, даже если он снова под воду уйдет. Ну, если там не человек, а коки-тэно, то чуть сложнее…

Пусты и безжизненны оставались сине-зеленые волны, комки водорослей у поверхности дрейфуют, вот и все.

— Господин Рудна, вы что наделали⁈ — в голос гневно вопросила Теа. — Ребенок же! Господа, она же не могла утонуть⁈ Сделайте хоть что-нибудь. Вы же мужчины!

— Так что тут…— Блюх елозил животом по планширу, едва сам не сваливаясь за борт. — И нырять бесполезно. Видать,