прокручивал в голове. Неужели прогнозы будущего? И выбрал тот, в котором его самого нет?
— Это подарок, — с грустью произнес я.
— От кого кому?
— Мне от Виктора. Это он сумел отвести от тебя пулю.
— Как?
— Понимаешь, тебя убили на том же месте, где ты повредила ногу. Если бы Виктор не обронил там осколок…
— Я бы все равно упала, но от пули? — догадалась Мелехова.
— Наверное.
— Ни фига себе! — Анфиса подошла к окну и взяла в руки необычный подарок. — Выходит, я обязана жизнью…
— Зеленой короне, — ответил я.
— Действительно, похоже. — Девушка аккуратно положила осколок на место. — Я завтра тоже поеду с вами на кладбище.
Вечером в квартире Виктора собрались все, даже Степаныч вырвался с работы. Благодаря показаниям Курносова, майор сумел выбить ордер на арест Полководца и перехватить сотню таблеток до того, как они разлетелись по наркоманам.
Прилетел из Сибири Александр Иноземцев, еще один участник эксперимента, в котором были задействованы Семен и Илья. Сибиряк отличался крепким телосложением и был немногословен.
Мы сели в гостиной за большим столом.
Как все-таки приятно находиться в кругу семьи и хороших людей. Никогда еще не чувствовал столько душевного тепла. И только теперь я в полной мере ощутил, что этот мир действительно мой. Да и как может быть иначе? Теперь здесь мама и сестра, где-то еще живет бабушка. У меня появились настоящие друзья, девушка…
Ради этого действительно стоит идти на любые жертвы. Ведь жизнь без близких становится тусклой и безрадостной. Виктор погиб, но сохранил свой мир — людей, которые его любили. Не знаю, какой вариант выбрал бы я на его месте. Как говорится, не дай нам бог оказаться перед столь страшным выбором.
А ведь не так давно даже понятия не имел о существовании Земли. Не знал, что там живут Илья, Семен, Степаныч… О женщинах вообще отдельный разговор. Но все это было в той, далекой жизни, пока судьба не забросила меня сюда ИЗ ЧУЖОГО МИРА. Огромное спасибо ей за этот бесценный дар.
Эпилог
— Поздравляю вас, полковник Тарл. Наши усилия не пропали даром. — Штабс-капитан контрразведки пригубил бокал с ларгонским золотистым.
— Спасибо, Рулг. Это действительно наша общая победа. Если бы вы тогда не нашли того паренька, как знать, чем бы все кончилось?
Они сидели в самом дорогом ресторане столицы и отмечали новое звание начальника диверсионного отдела. Рулга также отметили, представив к высокой награде, которую пока еще не вручили.
— Кстати, а как ему удалось доставить вражеского агента? Насколько я помню, установку починить не смогли, да и мощности ее бы наверняка не хватило?
— Мы допросили второго, отравленного шкитамином. Получается, что на Земле умеют создавать порталы. Причем не без помощи Костанга.
— Почему же тогда он не вернулся?
— А вы бы на месте тамошних властей допустили это?
— Ни в коем случае! — не задумываясь, ответил штабс-капитан.
— Хорошо еще, что ему позволили переправить этих двоих.
— Так-то оно так, — задумчиво произнес контрразведчик, — но зачем здесь абориген Земли?
— А вы как думаете?
— Агент?
— Не исключено. Согласно легенде, он по незнанию принял снадобье Зира, и на Земле его ждала смерть. Здесь ему, как и обещал Костанг, ввели противоядие. Но возвращение на родину не предусматривалось.
— Чем он это объясняет?
— У него нет вразумительного ответа.
— Не хочет говорить?
— Если бы! Он абсолютно открыт, правдиво отвечает на все вопросы, но даже лучшие телепаты не смогли выудить ничего полезного — только то, что он и сам говорит.
— Подозрительно…
— То-то и оно. За землянином установлен постоянный контроль. Если кто-то попытается выйти на связь, надеюсь, мы будем в курсе.
— А зиран?
— Его зовут Онзи. Помещен в Уник-центр. Кстати, не без помощи Костанга удалось выявить парочку неадекватных типов в тамошнем руководстве.
— Когда он все успел?
— Понятия не имею, Рулг. В его записке столько ценной информации! А ведь и трех декад не прошло, как он на нас работает.
— Работал, — уточнил штабс-капитан.
— К сожалению, вы правы. Многое бы я отдал, лишь бы вернуть паренька.
— Правда, что Онзи знает способ заблокировать сцепку? — после небольшой паузы спросил контрразведчик.
— Нет. — Новоиспеченный полковник сделал пару глотков из своего бокала. — Но он подсказал адрес конторы, где эту проблему вроде бы решили. Предварительная проверка дает обнадеживающие результаты.
— Планируете новую операцию?
— Да. И надеюсь, вы не откажетесь принять в ней участие?
— Где ж я вам еще найду такого, как Костанг? — усмехнулся штабс-капитан.
Дмитрий Даль
Волчий отряд
Когда клубится страх кромешный
и тьму пронзает лай погонь,
благословен любой, посмевший
не задувать в себе огонь.
Игорь Губерман
Глава 1
Западня
Пахло жутко. Чем-то гнилым, отсыревшим и плесневелым.
Сергей Одинцов с трудом разлепил глаза и ничего не увидел. Но вскоре глаза привыкли к сумраку, и он обнаружил, что находится в каком-то темном тесном помещении шагов десять в длину и столько же в ширину. Нависающий над головой потолок, с которого равномерно капала холодная ржавая вода. Кирпичная кладка стены, узкое окно, забранное решеткой. За ним темнота. И деревянные нары, покрытые какой-то дерюгой, а на этих нарах он сам и лежит. Вот так ход конем. К этому он явно не был готов.
И как он здесь оказался?
Серега приподнялся на локтях и сел на нарах. Беглый осмотр ничего не дал. Сам вроде цел. Хотя все тело болит, словно предыдущие несколько дней он провел на каменоломне. Рубашка в дырах, штаны грязные. Да, ничего не скажешь — положеньице. И где он так успел наприключаться. Попытка вспомнить ни к чему не привела. Кажется, память отшибло начисто, видно, одним из тех крепких ударов, чей след остался на рубахе. И впрямь ему удалось разглядеть на плотной ткани рифленый оттиск чьей-то подошвы.
Ничего, память вернется. В свое время. Сейчас надо решить, как отсюда выбраться. Явно каникулы в каземате ничего хорошего не предвещали.
Сергей поднялся, добрел до дверной решетки, вцепился в нее как утопающий и попробовал выглянуть наружу. Даже голову попытался протиснуть сквозь прутья. Впрочем, безуспешно.
Все, что ему удалось разглядеть, это темные камеры напротив и слабо шевелящиеся тени внутри них. Теперь стало ясно, что камеры обитаемы. Вдали справа виднелся коридор, единственное освещенное место. Но до него далеко, и людей не видно. Да, негусто. Можно было крикнуть, позвать кого-нибудь из живых, но отчего-то Сергею не хотелось это делать. Ему очень не нравились эти тени в камерах