– Наша свадьба уже в этом году, и скорее бы наступил август, – напевает она с сердечками в глазах.
Протягивая руку, её будущая свекровь Фелисити проводит гладкой ладонью по плечу Кендры.
– Не то чтобы ты уже не Морган, но я не могу дождаться, когда ты официально станешь Морган. Моему сыну очень повезло.
Мысли о браке заставляют меня вернуться к Сойеру и фамилии, которая у меня на спине.
Могу ли я однажды представить себя замужем за ним? Эта мысль меня не пугает. Всё, что я чувствую, – это знакомые приступы волнения, когда думаю о чем–либо, связанном с Сойером и Эзрой.
Я опускаю взгляд на красные драже, разбросанные по столу рядом со мной. Это первая игра за долгое время, в которой Эзра не присоединился к нам, вместо этого спросив, может ли он снова переночевать у Нейта, поскольку сегодня выходные.
Сначала Сойер колебался, так как некоторые из друзей, которые там будут, на несколько лет старше, но я убедила его согласиться. В конце концов, Эзра хотел завести друзей и расправить крылья.
Это то, чего я тоже хочу для него.
– Я думаю, мы с Ли можем расстаться.
Заявление Дженны вырывает их моих мыслей, и мы все поворачиваем головы в её сторону. Она кивает в ответ на наши потрясенные лица.
– Такое чувство, что искра погасла. Конечно, я понимаю, что чем дольше ты встречаешься с кем–то, тем большее волнение сменяется чувством комфорта, когда вы рядом друг с другом. Я просто не вижу нашего с ним будущего, и у меня такое чувство, что он чувствует то же самое.
Её голос звучит удрученно, и моё сердце разрывается из–за неё. Я помню, в прошлом году, когда их отношения были свежими и волнующими, она возлагала большие надежды на то, что Ли был тем самым.
– Лучше закончить с этим, если ты больше этого не чувствуешь. Поверь мне, дальше всё пойдет под откос! – подтверждает Дарси.
– Может быть, американский парень украдет сердце моей девочки, а? Растопит лёд цинизма, – с надеждой добавляет Фелисити.
Как будто это самая нелепая идея, Дарси усмехается, отмахиваясь от неё.
– Ты, должно быть, шутишь. Немного развлечься? Абсолютно. Как я уже сказала, до меня доходили слухи об американских парнях в постели, – она подмигивает, и Фелисити хмурится при этой мысли. – Но, чёрт возьми, я не собираюсь заводить серьезные отношения с кем–либо в ближайшее время. Если вообще когда–нибудь снова, честно говоря.
Когда Дарси снова смотрит на лёд, остальные поворачиваются к Дженне.
– Хотя она права, детка. Помнишь, что ты сказала мне о Тайлере? Ты заслуживаешь лучшего, чем быть в несчастливых отношениях.
Она слабо кивает, приглаживая свои темные волосы.
– Я собираюсь подождать ещё пару недель и посмотреть, как всё пойдет. Я не хочу принимать никаких поспешных решений.
– Это мудро, – соглашается Кендра. – Но не цепляйся за что–то, если чувствуешь, что это неправильно.
Дженна откидывается на спинку стула, на её губах появляется улыбка.
– Однако есть и хорошие новости: моего брата только что повторно выбрали в сборную США, так что он будет чаще ездить домой на матчи и всё такое.
Я беру свою диетическую колу, поднося соломинку ко рту.
– Итак, теперь мы о регби? Это мне нравится. Дай мне знать, когда твой брат вернется домой, и я обязательно пойду поддержать игру.
Кендра хлопает меня по бедру.
– Что за поведение. Теперь ты занятая женщина.
Я пожимаю плечами, улыбаясь через соломинку.
– То, что в моей постели есть мужчина, не означает, что у меня нет глаз. И лучше всего проверить, как эта форма сидит на этих упругих задницах регбистов. Ни с чем не сравнится, поверь мне.
– Угу, – соглашается Дарси. – Поверьте на слово британской девушке, которая была окружена ими в течение многих лет. Эти бедра уникальны, и я хочу их потрогать, – она тянется в никуда, водя ладонью перед собой.
– О, чёрт возьми, да, Джек! – Фелисити бьет кулаком по воздуху. – Это мой мальчик! Я знала, что он будет потрясающим. Я знала, что он добьется успеха в этой лиге, – она встает за Дарси и кладет руки ей на плечи, нежно сжимая их в ладонях, пока её дочь наблюдает, как Джек бьется кулаками с парнями на скамейке запасных. – Я горжусь вами обоими и не могу дождаться, когда ты снова будешь со мной. Прошло слишком много времени, милая.
Дарси наклоняет голову к плечу, накрывая мамину руку своей. Это приятный момент, который заставляет меня задуматься о моей собственной маме и о том, как бы я хотела, чтобы она всё ещё была рядом. Жить без неё с юных лет было тяжело, и иногда я ловлю себя на мысли, насколько по–другому всё выглядело бы, если бы тот водитель грузовика больше интересовался дорогой, а не своим плейлистом. И всё же, желание, чтобы всё было по–другому, ничего не меняет. Я могу контролировать только своё будущее.
Я смотрю, как Сойер бьётся шлемом с Джеком. Этот гол только что вывел их вперед в третьем тайме, обеспечив победу на домашнем льду.
– Джон творит чудеса с этой командой, – Кендра смотрит на джамботрон, когда тренер Морган, одетый в черный костюм и дающий пять своим игрокам, появляется на экране. – Динамика команды идеальна. Они неузнаваемы по сравнению с предыдущими сезонами.
Камера поворачивается к Сойеру, пока он продолжает разговаривать с Джеком. На Рождество, когда Сойер заговорил об уходе с поста капитана, я знала, что он думает только об одном человеке в качестве своего преемника. Часть меня думает, что он держится за капитана, чтобы выиграть Джеку ещё немного времени в лиге.
– Как успехи с поиском работы, Коллинз? – Фелисити поворачивается ко мне, когда игра продолжается, до обратного отсчета остается всего минута.
Я качаю головой. Прошла почти неделя поисков, но ничего подходящего не нашлось.
– Эд предложил мне несколько часов в “Rise Up”, и я подумываю о том, чтобы согласиться на некоторое время. Вероятно, мне придется уступить и устроиться на работу в обычный гараж, который не специализируется на харлеях.
Брови Кендры хмурятся.
– Но это твоя страсть и опыт. Должно же быть что–то такое.
Я обреченно пожимаю плечами.
– Поверь мне, я рыскала по интернету в поисках возможностей. Я даже позвонила в пару гаражей, чтобы спросить, не будут ли они заинтересованы в привлечении специалиста по харлеям. Они не были заинтересованы.
– Ну, тогда они просто глупцы, – ворчит Дженна. – Они не знают, чего лишаются.
– Им не нужна плохо воспитанной сотрудница, которая не может удержаться на работе, – фыркаю я. – Никому не нужен дикий ребенок, и большинство гаражей при одном взгляде на женщину думают, что она невежественна.
– Нет, – вступает в разговор Кендра. – Эта награда достается Кэмерону.
– Чёрт возьми, да, это так. Я протягиваю руку и даю ей пять, как раз в тот момент, когда мой сотовый начинает вибрировать в кармане джинсов.
Раздается звонок, и болельщики хозяев разражаются радостными криками, празднуя крупную победу над сильной командой, но я ничего не слышу, когда подношу телефон к уху.
– Алло? Эзра?
– Коллинз, мне...мне нужна твоя помощь.
Я не уверена, что это то, что он говорит, когда я протискиваюсь мимо наших мест и выхожу в тихий коридор, мо1 сердце колотится где–то под ребрами, рука крепко сжимает телефон.
– В чём дело? – спрашиваю я дрожащим голосом.
Я слышу голоса на заднем плане и шум снаружи, а затем, к моему ужасу, вой сирены.
– Пожалуйста, не говори папе, – его тихий голос дрожит сильнее, чем мой, и моё сердце разбивается.
– Скажи мне, что с тобой всё в порядке. Что случилось? – спрашиваю я, как раз тогда, когда Кендра толкает дверь в коридор, на её лице написано беспокойство.
Эзра не отвечает, и, кроме фонового шума, единственные голоса, которые я слышу, – это голоса в моей голове, говорящие мне, что что–то очень не так.
– Алло? Это мама Эзры? – спрашивает незнакомый женский голос.
– Да, – я смотрю на Кендру, широко раскрыв глаза от собственного ответа.
Я только что сказала это вслух?