Читать интересную книгу "'Фантастика 2025-195'. Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко"

Книга заблокирована

серьезный лад?

— Где полковник? — Я вспомнил, что задавал и такой вопрос.

— Скоро вы с ним увидитесь.

Ответ был другим, у меня по телу поползли мурашки — ситуация по ключевой фигуре изменилась. Как она будет развиваться дальше, предугадать сейчас могла лишь Зау. Но сообщить ей об отклонениях я не имел возможности.

— Это он нас предал?

— Скажем так, не без его помощи ты сейчас путешествуешь в моем обществе. Как, впрочем, и он не без твоей сегодня едва на тот свет не отправился.

— Почему? — не удержался я от уточнений.

— Почему все-таки не сдох? Понимаешь, он себе под рубаху нацепил стальную пластину, а убивать одного и того же человека два раза подряд неинтересно. Да и учитель вдруг захотел его увидеть.

— Куда мы едем? — В дальнейшем я старался воспроизводить прежние фразы, по крайней мере до тех пор, пока мы не доедем до места последней остановки внедорожника. В том, прожитом мною будущем.

— Какой любопытный! Скоро все сам увидишь.

— А почему Иван Леонидович не приехал?

— Ты не оправдал его доверия. Теперь попал в нашу разработку. Не столь деликатную, но зато более эффективную. Правду я говорю, Димка?

Водитель не разделял разговорчивости Петра.

— И что вам от меня нужно?

— Хочешь облегчить себе жизнь, расскажи о Зау. Нам интересно все, что эта дамочка говорила.

— Мог бы и сам у нее спросить. А то навалились на женщину вшестером, подонки!

— Опять ругаемся?

— Нет. Просто других слов для идентификации таких, как ты, не существует.

— Дмитрий, — блондин обратился к водителю, — как думаешь, учитель не будет сильно огорчен, если мы привезем его с подкорректированной рожей?

— Не советую, Петр. Непорядок это.

Как ни странно, машина остановилась на том же месте, где и в прошлый раз. Только Валерии с пистолетом рядом не было.

— Вот невезуха, — чертыхнулся водитель. — Колесо пробил. Теперь менять придется. Доложи учителю.

Неужели время даже в мелочах старается отыграть свое? Эдак сейчас еще налет случится и мои конвоиры лягут жертвами грабежа. Что я тогда буду делать? Добираться до Николиной Горы на попутках? Это ж надо, дожил почти до двадцати пяти лет, а машину водить не научился.

К счастью, обошлось. Через несколько минут мы снова двинулись к цели.

— Так как насчет Зау? — снова заговорил Петр.

— Неплохая была женщина. Помогла мне выбраться живым из дома очень неприятного типа, а я ее даже поблагодарить не успел.

— Что она говорила?

— Не слишком много. Единственное, что я понял из их разговора с Шаргом, — дамочка может видеть будущее. И то, что она подсмотрела, не слишком устраивало красноглазого.

Вплоть до самого приезда я говорил довольно много. Полезной информации в моей болтовне практически не содержалось, зато путь показался недолгим. По прибытии стрелки на часах в доме показывали то же время, что и в прошлый раз, — девять вечера. Да и эсэмэс поступило как раз в тот момент, когда я выбирался из машины.

Зау считала этот обстоятельство одним из ключевых. Теперь еще следовало открыть сообщение и прочитать его.

На этот раз Иван Леонидович встретил гораздо любезнее. Никаких угроз или претензий. Ну да, ведь у него не было жесткого телефонного разговора с Лерой, да и помощников учителя никто не убивал. Что будет дальше, я уже не мог себе представить, моей главной задачей было продержаться полчаса, так сказала Зау. Она была уверена, что учитель обязательно покинет дом в двадцать один тридцать.

Меня снова привели в пыточную. Там вовсю шла оживленная беседа с Алексеем Степановичем, который довольно охотно отвечал на вопросы чужака.

— Значит, мы договорились, господин полковник? — Они пожали друг другу руки.

— Конечно, учитель! Давно пора навести в нашей стране порядок. И если вы нам поможете…

Служивый успел переодеться в светлый костюм и сейчас был абсолютно не похож на себя. Неужели он и вправду откровенен с чужаком? Не может быть!

— Непременно. Вот сейчас еще постараюсь убедить следующего гостя.

— Семен, добрый вечер, — кивнул мне полковник. — Тебе стоит прислушаться к словам этого человека. Он умеет раскрывать глаза на реальность.

Алексей Степанович вышел из комнаты через вторую дверь, и лишь после его ухода меня приковали к креслу.

— А это обязательно? — спросил я, указывая на стягивавшие руки ремешки.

— Лучше перестраховаться, — пояснил чужак. — Заранее ведь не предугадаешь, как пойдет наша беседа. Мне сказали, ты человек вспыльчивый, еще начнешь крушить здесь все подряд, а я люблю порядок.

— Понятно. Да, иногда я действительно бываю несдержан. А что вы сделали с полковником? Мужик будто не в себе.

— Ничего особенного. Мы используем в своей работе уникальные методы. Что толку от подмены чужого сознания своим? Совсем другое дело — убедить оппонента, что он заблуждается. Мои идеи становятся идеями моих собеседников, тем самым превращая их из врагов в новых сторонников.

— Убеждение или внушение? — решил уточнить я.

— Разница небольшая.

— А мне казалось…

— Семен, давай не будем ковыряться в тонкостях смысловых оттенков. У меня сегодня очень мало времени, а нужно еще кое-что выяснить. Петр передал, что ты начал рассказывать ему о Зау.

— А что, нельзя было?

— Наоборот, нужно. Дело в том, что в словах этой женщины может быть скрыта великая угроза для вашего мира. Тебе ее понять не дано, поэтому мне хочется знать буквально каждое ее слово.

— Думаете, я вот так все и запомнил? Этот ваш Шарг…

— Не мой, — поправил чужак. — Мы слишком разные.

— Прошу прощения. В общем, этот гад грозился меня убить. Потом, для устрашения, прямо на моих глазах прикончил Маргариту. Вы не представляете мое состояние! Да я вообще их диалог тогда воспринимал, словно в тумане. Единственное, что запомнилось четко, — это довольно наглое поведение брюнетки и ее странный каприз по поводу меня.

— Ничего удивительного. Приверженцы хаоса боготворят ясновидцев, ведь только благодаря видящим будущее Ларгония до сих пор не пала. А что за каприз?

— Она категорично потребовала, чтобы Шарг меня отпустил.

— Она сказала почему?

— Не знаю. Вообще-то меня женщины любят, может, и она запала?

— Не льсти себе, Семен. К тому же ты ей в сыновья годишься.

— Тогда затрудняюсь ответить. Наверняка они обсуждали это в мое отсутствие.

— Скажи, а о человеке, способном вернуться, Зау ничего не говорила?

— О каком-то возвращении речь шла. То ли она куда-то спешила вернуться, то ли ему нужно было… Детали я не помню. Если хотите, могу рассказать все, что сохранилось в памяти…

— Знаешь, Семен, — задумчиво произнес хозяин дома, — у меня складывается впечатление, что ты сегодня до странности словоохотлив. А я по собственному опыту знаю, что это бывает, когда