Читать интересную книгу "Пробуждение ярости - Мелина Боярова"

только внешняя оболочка праздника.

Едва мы вошли, как в спину ударила волна насмешек. Молодые девушки в роскошных платьях, похожих на летающие снежинки, тут же начали шептаться и таращиться на нас.

— Боярич Туманов пришел с дикаркой! — Расслышала я чей-то противный голос, полный злорадства. — Совсем опустился, раз якшается с чернью.

Андреас держался спокойно, нацепив на лицо маску холодного безразличия. Но я уже неплохо его изучила, чтобы понимать, как тяжело ему дается спокойствие.

— Держи спину ровно, — прошипел мне сквозь сжатые челюсти. — Не смотри на них. Они не стоят твоего внимания. Осталось немного потерпеть. Сначала официальная часть, затем пара танцев, и все, можем уходить.

Мы стояли в дальнем ряду зрителей, наблюдая за ритуалом, посвященным Сварогу. Старейшины и главы кланов, среди которых присутствовал отец Андреаса Мстислав Туманов, читали древние гимны, призывая бога очистить город от гневов и укрепить купол. Их голоса гулко разносились под высокими сводами зала. Огонь в очаге вспыхивал в такт словам, выбрасывая в воздух потоки тепла и света.

В окружении плотной враждебной толпы, наполненной различными эмоциями, я чувствовала давление и старалась сохранять спокойствие. Под пристальным взглядом Лютобора, выбравшего место неподалеку, сделалось не по себе. Я активировала чарки чистоты, чтобы избавиться от липких взглядов и осуждения. Стараясь отстраниться от происходящего, наблюдала за людьми, как за актерами на сцене, анализируя их мимику и жесты, которые говорили намного больше, чем фальшивые слова.

В момент, когда ритуал достиг апогея, огонь взметнулся под самый свод, а зал грянул овациями, приветствуя князя Радомира, я ощутила присутствие гнева. Он разительно отличался ото всех, кого видела прежде. Его вибрация была острой и холодной, как осколок льда. А еще абсолютно чужеродной, словно кто-то принес в зал кусок другого мира, из которого приходили гневы.

— Андреас! — позвала я негромко, но мой голос утонул в общем шуме.

Я коснулась руки парня, отчего он вздрогнул и окатил меня таким взглядом, что слова застряли в горле вместе с подкатившим комом. Покачав головой, глазами дала понять, что нам необходимо поговорить.

— Что? Тебе прямо сейчас понадобилось пойти в библиотеку? — бросил боярич.

— Нет! — мотнула головой. — Что-то чужое, холодное. Ты ничего не почувствовал?

— Холод? — Андреас нахмурился и оглядел зал. — Здесь тепло, дикарка. Посмотри вокруг. Наверное, тебе просто непривычно в такой толпе.

Переубеждать парня не стала. Не тогда, когда на нас пялились все, кому не лень. Вместо этого я сосредоточилась, чтобы лучше понять окружающий фон. Часто гнев внутри купола ощущался, как тяжелый плотный туман, который следовало подавлять собственной волей. Но сейчас этот туман пронизывали ледяные иглы, создавая «мертвую зону». Нет, это слишком опасно, чтобы молчать.

— Почувствуй его! — снова коснулась руки парня. — Используй способ, которому я тебя научила. Сейчас же!

Андреас поморщился, но спорить при всех не стал и прикрыл глаза. Секунда, вторая, и вокруг боярича проступила пелена инея. Только теперь она возникла не от ярости, требующей выхода, а появилась осознанно, благодаря нашим тренировкам, направленным на изоляцию и настройку чародейского фона. Боярский сын побледнел. Его губы дрогнули, потому что он ощутил то же, что и я.

— Что это? — выдохнул он, распахивая глаза, в которых плескались удивление и затаенный страх. — Странный холод. Не понимаю, откуда он взялся?

— Это не тот гнев, который дремлет под городищем, — поделилась я. — Мне не знакома подобная сила.

Впервые с момента встречи мы посмотрели друг на друга, как чаровники, столкнувшиеся с общей угрозой. Напускное высокомерие боярича испарилось. Впервые появилось что-то похожее на сплоченность.

— Что будем делать?

— Нам лучше уйти. Здесь слишком шумно, чтобы понять, — ответила я, опасливо поглядывая на Лютобора.

— Уходим, пока не передумал. Нам в самом деле нужно попасть в библиотеку! — Андреас кивнул и схватил меня за руку. — Там должны быть свитки, которые подскажут ответы. Если этот гнев не питается эмоциями, то может не подчиниться нашим чарам. Необходимо найти ответы прежде, чем тварь наберет силу.

Парень до боли стиснул мой локоть и потащил за собой через толпу. Вместе мы составляли контрастную пару и привлекали чересчур много внимания. Андреас старательно игнорировал удивленные взгляды. Он хоть и злился, что ему навязали обузу, но решимость разобраться с непонятными монстрами пересилила уязвленную гордость.