Читать интересную книгу "Ревизор: возвращение в СССР 65 - Серж Винтеркей"

более что уже режиссер свое финальное слово по актерам скажет. Понравится режиссеру вариант актера от Ивлева — он не дурак, он отступится от своего предложения. Режиссеру виднее…

Председатель КГБ сделал большую рискованную ставку на этот проект и прекрасно понимал, что Суслов, если он провалится через полтора года, что он ему дал, не преминет сообщить всем членам Политбюро, что это он, Андропов, виноват. Обещал ему, что, получив все необходимые ресурсы, сможет советский кинематограф обновить и вывести на новую историческую ступень. В том числе заставить его приносить валюту при продажах фильмов за рубеж. И обещание свое не сдержал.

Но сейчас перед ним на столе лежало то, что делало успех очень даже возможным. И это не могло его не радовать.

А затем он стал раздумывать над тем, что из этого можно к Суслову нести. Сразу же решил, что многосерийный фильм про цыганский табор, что с началом войны превращается в партизанский отряд, нечего тому и предлагать. Андропов оценил оригинальность замысла Ивлева. Тот использовал яркий типаж Яшки-цыгана из «Неуловимых мстителей», развив его до цыганского табора и перенеся события во время Великой отечественной войны. Типаж Яшки-цыгана очень полюбился зрителям, так что и идея табора тоже имела основания для успеха. Но проблема была в том, что Суслов не любил цыган. А значит, заведомо эту идею зарубит, подобрав какое-то идеологическое обоснование для этого…

Или, напротив, стоит принести идею этого многосерийного фильма вместе с остальными? Что-то же Суслов должен зарубить? Так почему бы не дать ему показать, что он идет ему навстречу, согласившись с его недовольством в адрес данного многосерийного фильма? Чтобы протолкнуть остальные?

Что еще Суслова может не устроить по тем или иным причинам? Надо заранее попытаться прикинуть, чтобы сразу же предложить разумные компромиссы…

Андропов листал и перелистывал материалы, начав делать на них пометки. Красной ручкой выделял то, что точно Суслову не понравится. Черной ручкой тут же помечал, что можно тому взамен предложить. А синей ручкой вычеркивал уже то, что ему самому не нравилось по тем или иным причинам. Чем больше он вчитывался, тем больше синей ручкой работал. Идеи у Ивлева были очень свежие, и иногда даже и оригинальные. Такими он считал те, по которым не мог найти никаких аналогов в кинематографе, как получилось это сделать с Яшкой-цыганом. Но опыта молодому драматургу в кинематографе явно не хватало. Как и чутья по некоторым идеологическим моментам. С ними точно не стоит идти к Суслову, тот просто задохнётся от возмущения. И начнет больше критиковать принесенные ему проекты в целом.

В итоге председатель КГБ так заработался, что совсем перестал за временем следить. Через час двадцать после того, как он в одиночестве остался, в дверь робко постучали, и один из его помощников заглянул.

— Я в порядке. Минут пять еще тут посижу. Жди, Иваныч, — велел ему Андропов, улыбнувшись.

Ишь ты, охранники его забеспокоились, как бы тут чего с ним не случилось. Помощника его на всякий случай вызвали, чтобы он проверил его. Сами не решились к нему в кабинет лезть.

Спустя пять минут он вышел, крепко прижав к себе папку со всеми этими сценариями. Уж он-то позаботится, чтобы большая часть содержимого была на должном художественном уровне переработана и воплощена. Лиознова или Бондарчук конфетку из них сделают!

Это будет его билет в генеральные секретари сразу после Брежнева, а также основа для постоянного союза с Сусловым. Неожиданно для него с Сусловым он подружился, когда пообещал, что с реформой кинематографа справится. Значит, выхода у него нет. Он справится, да еще так, что Суслов поймет, что Андропов как союзник ему очень пригодится в будущем. А учитывая, что Громыко и так за него последнее время, то они могут сколотить новый альянс уже на троих.

К черту Гришина и Пельше со всей их осторожностью. Боятся они всего на свете, лишний шаг опасаются сделать. Ну и пусть в сторонке держатся. Главное, что ни Гришин, ни Пельше на то, чтобы стать следующим генеральным секретарем, никак не претендуют, и при такой позиции претендовать и не смогут. Кто за них проголосует, даже если вдруг они в последний момент после ухода или смерти Брежнева решат, что им это тоже интересно? Нет, способность партию возглавить надо годами доказывать… В том числе и беря на себя инициативу вот по таким сложным вопросам…

Еще раз тщательно просмотрев все бумаги в своем кабинете, и сделав дополнительные правки, Андропов удовлетворенно кивнул и помощника своего к себе вызвал. Того самого, что прибегал проверить, все ли с ним в порядке.

Велел ему, чтобы несколько экземпляров с каждого листочка в этой папке перепечатали, внося только правки, что указаны синими чернилами.

Само собой, что несколько идей многосерийных фильмов он уже и сам подобрал. Ясно, что в КГБ много сценариев фильмов разными авторами приносилось по борьбе со шпионами или про советских разведчиков. Вот из них он кое-что уже и отобрал. Их тоже добавят к предложениям, принесенным ему Ивлевым.

А потом ему нужно будет к Суслову ехать. Отдать ему папку с предложениями. Подождать, когда он тоже ознакомится. А затем предстоит жаркий спор по поводу того, что из этих идей можно воплощать и в каком виде…

* * *

Москва

После возвращения от Андропова расслабился немного. Фух, отдал председателю КГБ свои предложения по сериалам и художественным фильмам и словно гора с плеч упала! Даже не хочется сейчас думать о его реакции на сделанные предложения. Понравится, так понравится. А если не угадал, так и тоже ничего страшного. Мне есть чем заняться. А в случае, если мои идеи Андропову не понравятся, то по крайней мере меня уже в следующий раз по этим вопросам он тревожить не будет.

Как-то так…

Естественно, что время зря не терял. Много работал по будущему учебнику по маркетингу.

Приехал в КПК на полчаса раньше. Уж больно любопытство мучило. Все же последний день сегодня командировки в Ленинграде у моих орлов. Собственно говоря, сегодня они могли бы уже на швейную фабрику и не идти. Но люди они добросовестные, наверняка там будут, чтобы мне позвонить.

Как чувствовал, Вася без пятнадцати час меня набрал. И я сразу по его голосу понял, что что-то хорошее услышу. Хотя Вася, жук такой, вначале попытался меня разыграть.

— К сожалению, Павел Тарасович, — сказал он, поздоровавшись, — по фабрике, конечно, командировка не задалась.

Вася старательно давил в голосе радость, но