Читать интересную книгу "Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов"

вопросами городского хозяйства. Хотя много ли там тогда этот отдел решал? Колонки отремонтировать, если где надо, организовать заготовку дров на зиму, собрать бригаду для ремонта здания какого-нибудь важного объекта типа зернохранилища, засыпать строительным мусором какую-нибудь яму на дороге... Все это были сезонные или редкие эпизодические работы, поэтому большую часть времени она все же проводила дома в огороде. Что поделать, если все городское хозяйство ужалось до такого размера?

Сейчас же при комендатуре действовал целый отдел по городскому хозяйству, которым руководили советские специалисты, оставив прежних в качестве 'стажеров', перенимать опыт. Так что пару раз он с ней и по работе сталкивался, а тут еще плюс то, что жили неподалеку. А в плане любопытства здешняя Тоня ничуть не уступала его жене - хотя, пожалуй, эта черта характера свойственна большинству женщин...

- Почему в сказке? Вполне себе реальность... Кое в чем даже весьма суровая и неприятная.

- Да будь у нас тут такая реальность... По сравнению с этим, - кивнув куда-то в сторону заброшенных и медленно разрушающихся пятиэтажек-'микояновок', - у вас страна мечты... Мне до сих пор с трудом верится, что Советский Союз мог пережить Долгую зиму...

Глядя на эти мертвые, с пустыми оконными проемами и полностью отсутствующими дверями, дома, и впрямь становилось несколько жутко... Центральное отопление в городе, насколько знал Владимир, более-менее - кроме тех районов, где соответствующая инфраструктура оказалась выведена в стычках, из строя работало до 1972 года. Даже в условиях развала и голода захватившие в городе власть банды старались поддерживать его в рабочем состоянии - до тех пор, пока население не уменьшилось настолько, что выжившим оказалось проще расселиться по частным домам, а не поддерживать в рабочем состоянии газопровод, теплотрассы и сами котельные. Хотя от ТЭЦ-2 тепло подавалось в дома куда дольше...

Ну а когда отопление в многоэтажках 'приказало долго жить', а люди разбрелись по частным домам, то дома начали постепенно растаскивать на стройматериалы и полезное имущество. Окна, двери, мебель, посуда, инструмент - да фактически все, что только можно найти в любой квартире, теперь представляли из себя немалую ценность. Просто потому, что все это больше не производилось, а потому пойти и купить новое было просто невозможно. Оттого-то во многом здания и приобрели такой вид - даже те, что были заброшены уже после войны 1990 года, когда после победы над 'Великим князем Волжским' остатки понесших самые тяжелые потери и лишившихся всего руководства 'крекингских' объединились с 'пролетарскими' и стали контролировать весь Сталинский - или, в этом мире, Заводской - район Саратова. Вот только на восстановление теплотрасс и ремонт поврежденных при артобстрелах многоэтажных домов района у них уже не было ни сил, ни ресурсов. Да и, по большему счету, желания тоже не было... Все равно, по большему счету, люди жили там лишь зимой - поскольку без своего хозяйства, без огородов с овощами и фруктами, без кур и кроликов, жить давным-давно было просто невозможно.

Так 'страна мечты', значит? Ну, пожалуй, да. Они и впрямь живут в лучшей во всех мирах стране - СССР. Нормальном, не скатившемся в ревизионизм или перестроившемся на капиталистический лад. Где нет всяких 'цеховиков', а где-нибудь в Средней Азии первые секретари крышуют откровенных бандитов и выродков... Жестком, но справедливом. Да, у них многие мечтают о мире, где не было Долгой зимы, где страна продолжала жить и развиваться без таких потрясений, но... Он видел материалы по многим мирам - и нигде не нашел той 'Страны мечты'... Так, может быть, и не стоит мечтать о каком-то призрачном идеале? Как в той поговорке, про журавля в небе?

- Мы просто всей страной боролись и победили, - ответил Владимир. - Когда сотни миллионов человек все как один поднимаются на борьбу, то их уже ничем не остановишь. Против них становятся бессильны любая стихия и любой враг. Сила людей в единстве... И когда у вас это единство дало трещину - все рухнуло.

- У нас, увы, и сейчас нет единства, - погрустнела девушка. - Знаешь, сколько людей вас ненавидят?

- За что? - удивился Владимир. - Мы что-то плохое сделали?

- А сам не догадываешься?

- Не знаю...

- Как вы все же далеки от нашей жизни, - улыбнулась девушка. - Все просто ведь... Вы ломаете ставший привычным образ жизни... Вон даже тот случай вспомнить... Никогда не любила шпану, но даже я была в шоке от того, как вы жестко с ними! А уж когда узнала, что многие из ваших в ответ на такие предъявы сразу стреляют, без всяких разговоров... А ведь у них тут есть и родственники, друзья, знакомые! И для них в таком поведении нет ничего такого особенного... Подумаешь - чужака ограбить! Кого-то вы своим приходом лишили власти и влияния. Кто-то недоволен тем, что работать заставляете. Кого-то ваши законы не устраивают...

- Понятно, - ответил Владимир. - Коменданту на этот счет говорила?

- Конечно, - кивнула Тоня.

- И что он на это?

- Ну он-то как раз именно такого и ожидал. Говорит, что быть для всех добренькими не получится, а заигрывать со всякой бандитской Сволочью советская власть не намерена. Давили, мол, гадов и дальше давить будем.

- Ну все правильно, - согласился Владимир. - Мы это еще в годы Долгой зимы прошли. Или мы их - или они нас. Третьего не дано.

- Пожалуй, ты прав, - согласилась Тоня.

На этом тот их разговор и закончился, а Владимир вдруг заметил, что ему даже интересно сравнивать двух женщин... Нет, в плане чувств ни о каком сравнении не было и речи - любил он лишь одну-единственную, свою жену. А эта Тоня хоть и является генетическим двойником его любимой, но все равно чужая - хотя, как и Кристина, была ему симпатична. Интересно было сравнение характеров. Того, как разные условия жизни влияют на мировоззрение...

Вот его Тоня, его любимая... Милая и непосредственная девушка, добрая и отзывчивая, верящая в людей и в светлое будущее. Несколько наивная, но вполне дружащая с логикой. Убежденная, что Катастрофа и Долгая зима - всего лишь чудовищная ошибка. Что не будь этого - и во всем мире давно бы восторжествовал социализм, кончились бы все войны, а человечество бы ушло далеко вперед в своем развитии... И вообще все было бы гораздо лучше. Но это не было чем-то таким уж особым... В этом было убеждено абсолютное большинство людей. Даже