Читать интересную книгу "Materia Prima 1-8 - Вова Бо"

уже чревато серьезными последствиями. Зато ноги начали мелькать с такой скоростью, что сам боялся в них запутаться и споткнуться.

Вторая проблема плавно вытекала из первой. Из-за ускорения я приблизился к контейнеру слишком рано.

— Последний круг дописываю, — раздался нервный голос Курамы.

Ему вторил Суббота, а к контейнеру уже подтягивались твари. Первым вылетел на меня двурукий ублюдок с почти чёрной чешуёй, самый старый и опытный из выводка. Как он до сих пор жив — ума не приложу. Алая молния в упор отправила его раздумывать над тем, что тактику ведения боя надо менять.

Но на всех у меня молний явно не хватит, так что пришёл черед секретного оружия. Из-за спины я достал сумку из шкуры червя, полоснул по нему Риисом. Наружу полилась едкая пахучая смесь из яда и желудочного сока скорпидов, которую мы намешали еще на первом слое.

Воняла эта дрянь — моё почтение. Наги тут же затормозили. Резкие запахи, громкий звук и сильные вибрации — всё это их дезориентирует и злит. К моему счастью, яд сработал, твари отпрянули, а я продолжал размахивать сумкой, расплескивая смесь. После чего бросил остатки прямо в сморщенную рожу королевы наг или кем там была эта тварь с алым узором.

А сам нырнул в контейнер и потянул на себя дверцу, захлопывая её.

Вроде бы успел, по крайней мере грохот костей о металл резко стих.

— Рейн… — в голосе Курамы послышалось беспокойство. — Кажется, у тебя что-то в спине застряло.

Я обернулся, после чего почувствовал болезненную вспышку. В затухающем сиянии рун увидел, что Курама сжимает тонкий костяной дротик, покрытый кровью.

— Ерунда, — отмахнулся я, а в глазах внезапно поплыло.

— Энерго-нейротоксин, — слова Четверга донеслись, словно через пелену. — Превышена предельная концентрация, угроза жизни носителя. Блокирую вспомогательные функции, режим сохранения энергии, активирую протокол «Ёп твою мать!!!» с тремя восклицательными знаками.

Глава 14

Либо ты избранный, с которым говорят боги, либо просто обдолбался

Голоса сливались в какую-то непонятную какофонию звуков, где я буквально не мог разобрать ни слова. Я даже не уверен, что говорили на глобале или русском. Просто набор интонаций разной степени громкости. Некоторые говорили бегло, другие сильно тянули гласные.

Может, по отдельности я бы что-то и понял, но всё вместе это создавало хаос, от которого начинала болеть голова, а мысли путались, превращаясь в кашу. Вот такой вот он, Шепот Глубины с третьего слоя, когда не работают фильтры моего компаньона.

Я попытался обратиться к Четвергу, но не получил ответа. Пришёл лишь короткий импульс-осознание, что компаньон перегружен и не может выделить даже каплю мощностей под интерфейс связи.

Постепенно сонм голосов начал стихать, становиться более А, в нём появилась структура. Слова начали обретать форму и очертания, становиться понятными, но лишь по отдельАности.

— Всё дело в этом дохлом говнюке, да? — раздались отчётливые слова в голове.

Оборачиваюсь. Я стоял в уютном сквере, вдалеке росли знакомые деревья, на небе светило солнце, невысокий заборчик пах свежей краской и ацетоном, под ногами росла вполне обычная зелёная трава.

Вдалеке я мог разглядеть подёрнутые дымкой силуэты небоскрёбов, солнце играло тысячей бликов на их окнах. Кажется, я видел тонкую полоску реки, разделяющую город и этот сквер.

Мы стояли возле надгробия, выполненного из белого гранита. Я и человек в потрёпанной чёрной мантии, спускающейся до самой земли. Худой, вытянутый, он горбился так сильно, что чем-то напоминал мне фонарный столб с этим своим капюшоном. Тощие руки прятались в глубоких карманах. Он засунул их почти по локоть, так что когда водил руками и жестикулировал, полы рваной мантии шелестели по траве, мотаясь из стороны в сторону.

— Один говнюк, а заварил такую кашу, а? — ворчал человек в чёрном. — И нет, чтобы взять и разрулить всё, как и положено мужику. А этот что?

— Что? — спросил я.

— Сдох. Так мало того, что сдох, ещё и подставил всех при этом. Говнюк.

Человек плюнул на надгробие, но плевок так и не долетел до могилы, исчезнув прямо в воздухе.

Я подошёл ближе и прочитал надпись на плите. «Здесь покоится Первобог. Дата рождения: сотворение мира. Дата смерти: когда всё пошло по известному сценарию».

— Чего вылупился? — спросил человек в чёрном и посмотрел на меня. — Жалеешь, небось, этого говнюка.

Я посмотрел в ответ, но в провале капюшона ничего не было. В том смысле, что я видел внутреннюю часть мантии. Словно бы передо мной стоял классический человек-невидимка, накинувший балахон.

Я огляделся ещё раз. Сначала медленно, потом резко развернулся. Изображение мигнуло, я поймал глитч-эффект, после чего картинка «достроилась», а небо дорисовалось. Понятно.

— Да, да, всего лишь пакет аудио-визуальных данных. Не дёргайся, тут и так канал передачи захламлён, ты хоть не мешай, а?

— Понятно.

Четверг, видимо, пытается воскресить меня из практически мёртвых. Интересно, как так получилось, у меня же высокая резистентность к ядам, спасибо госпоже Бланшт. Но пока Четверг борется за мою жизнь, у него не хватает сил фильтровать Шепот Глубины, как мы с ним называли эти странные голоса.

Обычно те весьма бессвязны. Четверг говорил, что это хаотический набор обрывочного кода, не имеющего ни целостности, ни функционала, ни структуры. Но картинка кладбища и города была вполне отчётливой, хоть реализация и хромала. Значит, кто-то целенаправленно пробился ко мне.

— Понятно ему, — проворчала фигура. — Всем всё понятно, ему понятно, одному мне ничего не понятно, сижу и разбираюсь тут. Хоть бы кто подсказал, что тут понятного.

— Ты — Бездушный? — спросил я.

— В каком-то смысле, — пожала плечами фигура. — Сам не разобрался, но вроде бы.

— Он же тебя грохнул, я слышал, — я кивнул на могилу Первобога. — Нет, нет, он тебя в Бездну скинул.

— По одной версии да. По другой всё же грохнул. По третьей это я его убил и все беды из-за меня. По четвёртой я вообще всех убил, всё сломал, всё сжёг и вообще самый плохой. А хочешь узнать, в чём прикол?

— Ну.

— Я этого говнюка, — капюшон кивнул в сторону могилы, — вообще знать не знаю. Я про него узнал уже по факту, когда он сдох, а на меня все стрелки перевели.

— Очень интересно, — произнёс я без всякого интереса. — И чего ты от меня хочешь?

— Помощи, чего же ещё. Стал бы я на тебя время иначе тратить?

Хм… Это было как-то неожиданно для бога. Вот так прямо заявить без всяких экивоков и скрытых манипуляций. Причем я же долго жил среди Реборнов, которые ему поклоняются. Чего раньше не пришел тогда? И почему