Читать интересную книгу "История центральной Европы. Срединные королевства - Мартин Рейди"

которых постоянно воевали, защищаясь от врага, вечного и наступающего со всех сторон, подобно людям-псам из средневековых легенд и сарацинам Джона Мандевиля [26].

Глава 11. Купцы, Ганзейский союз и Фуггеры

Купцы были легкой мишенью. Они путешествовали, привязывая товар к мулам и вьючным лошадям, выстроенным вереницей – для перевозки того, что в наши дни влезло бы в средний грузовик, требовалось 70 таких животных. На караваны часто нападали. Несмотря на 150 сопровождающих, при отправке золотых монет из Польши в Рим в 1328 году около Павии было украдено полслитка. А без защиты вооруженных сопровождающих ограбление было просто неизбежно. Один странствующий немецкий рыцарь запек свои ценные вещи в буханке хлеба, чтобы скрыть от посторонних глаз. Другой носил двухстороннюю куртку с камуфляжной подкладкой, чтобы путать тирольских бандитов. Не жалели даже беззащитных: были годы, когда почти половину паломников, направлявшихся в Рим, убивали по пути [1].

На море риски были не меньше. Датские проливы между Ютландией и Швецией в XIV веке просто кишели пиратскими кораблями – их было несколько сотен. Пираты также укрывались на острове Готланд в Балтийском море, используя его в качестве своей базы, пока в 1398 году их не изгнал Тевтонский орден. Существовало и пиратство, спонсируемое государством. Всего за последнее десятилетие XIV века немецкие моряки из Пруссии, по их рассказам, 22 раза были обмануты англичанами, включая шесть случаев пиратства и четыре случая, когда корабль был захвачен агентами английского короля. В ответ прусские города в порту конфисковывали товары английских купцов, оставляя груз себе. При герцоге Барниме VI (годы правления 1394–1405) Померания стала убежищем для корсаров, чьи нападения на балтийские суда и побережье помогали наполнять герцогскую казну [2].

Грабить можно было и легально, через пошлины. К середине XIV века главные улицы в городах Центральной Европы сделали мощеными, расчистили, добавили тротуары, но в мелких городах и деревнях зимой дороги превращались в море грязи. Деревянные доски, облегчающие проход, были обычным делом. В деревне на состояние дорог часто указывали названия: «глиняная дорога», «земляная дорога», «травяная дорога», «каменная дорога» и так далее. Землевладельцы часто взимали пошлины за поддержание состояния дорог и мостов, хотя ничего не делали для их улучшения. Даже на тропинках брали пошлины – их было не менее 40 в горном Форарльберге к востоку от Боденского озера. В соседнем Тироле посты сбора пошлины стояли на дорогах через каждые 10–20 километров. В дополнение ко всем тяготам пути на многих таких постах под угрозой штрафа торговцев вынуждали продавать свой груз [3].

До XIX века реки редко превращали в каналы и ограждали. Они были медленными, широкими и грязными из-за отбросов, которые туда скидывали со скотобоен. В Вене Дунай состоял из постоянно меняющейся системы каналов и илистых отмелей шириной шесть километров. Неподалеку трясина поглотила римский город Карнунт, оставленный в V веке. Затонувшие рыболовные запруды и водяные мельницы стали дополнительным препятствием для судоходства. Чтобы обеспечивать работу мельниц, землевладельцы нередко перенаправляли течение, делая реки несудоходными. В 1590-х годах один амбициозный предприниматель за одну ночь высушил целый участок реки Бодрог на северо-востоке Венгрии, оставив русло открытым [4].

И на реках были посты для сбора пошлины, за которыми следили патрульные лодки, а также вдоль рек в тех местах были натянуты цепи от берега к берегу. В середине XIII века на отрезке Рейна длиной в 180 километров между Майнцем и Кельном было 12 постов, но мы можем прибавить незаконные сборы пошлин, которыми промышляли бароны-разбойники, чьи разрушенные замки все еще возвышались над рекой. Позднее было подсчитано, что треть стоимости груза предстояло потерять на оплате сборов на пути всего в 70 километров по Рейну между Бингеном и Майнцем. Дунай также был уставлен постами сбора оплаты, которых в конце XV века насчитывалось не менее 77 в одной лишь Нижней Австрии. Епископы Пассау были главными бенефициарами.

Купцы вступали в альянсы, чтобы договариваться с правителями и лордами насчет пошлин, борьбы с разбоем и даже насчет постройки новых городов. Многие из них развились в настоящие сообщества или гильдии, члены которых давали священные клятвы поддерживать друг друга, помогать друг другу в тяжелые моменты и исполнять свои обязательства. В местах, где не было даже самых варварских средств, обеспечивающих выполнение обязательств, их роли исполняли институты общественной солидарности. В большинстве центральноевропейских городов были купеческие гильдии, в которые входили только состоятельные крупные торговцы. Некоторые одновременно становились представительскими организациями: например, Общество Святой Троицы в Любеке для верности закрепило за собой право на место в городском совете [5].

Вскоре некоторые купеческие гильдии превратились в настоящие предприятия – их члены делали взносы и в обмен на это получали часть прибыли. Великая Равенсбургская компания, основанная на юге Швабии в конце XIV века, насчитывала до 90 членов, которые вкладывались в предприятия в таких дальних местах, как Антверпен, Барселона, Милан, Вена, Буда и Вроцлав. Торговала она в первую очередь специями, вином, оливковым маслом, бумагой и железной рудой. Также она давала беспроцентные займы своим членам и высокопроцентные – церковникам. Годовой доход инвесторов в среднем составлял около 7 %. Другие торговые общества занимались оптовыми поставками тканей, руды и большей частью бились за контроль в своих уважаемых городских советах, чтобы с помощью законодательных норм избавиться от конкурентов. Но по меньшей мере внутри организации предписывалось добропорядочное поведение, запрещалось (например, в Гданьске) оскорблять буфетчиков, хвататься за ножи в случае спора и швырять стаканы и кружки во время еды [6].

Ганза, или Ганзейский союз, начиналась как купеческое сообщество, но выросла в союз городов. (В немецком Hansa означает «общность», «собрание».) В период расцвета в XIV и XV веках она доминировала в Северной Европе, в основном на берегах Балтики, и в современной Северо-Западной Германии, но с форпостами в Англии, Норвегии, Новгороде и Исландии (для коробейников). Однако организация была непрозрачной. Как объяснили послы лиги в 1469 году после того, как английский суд потребовал объяснить строение лиги, это была не компания, не партнерство, не совместное предприятие, не корпорация, а «соглашение и альянс множества городов <…> крепкая конфедерация множества городов, городков и сообществ, цель которой – следить, чтобы у деловых предприятий на море и на суше был приятный и желаемый исход» [7].

На самом же деле Ганзейский союз был бизнес-лобби, вооруженным боевыми кораблями. В зависимости от того, как и за какой период считать, в союз входило от 70 до 200 городов, однако кто-то был полным членом и участником организации, а кто-то лишь наслаждался бонусами, совершенно