за вами слежу!
Когда ведро стало полным, свистнули верхнему, чтоб он свистнул в центральный, чтоб те свистнули в корму и передали наверх еще одно ведро. Ведро вынес сам механик.
– Так. Что тут у нас, – подозрительно спросил он, – рыбу ловите?
– Угу.
– Трезвые?
– Ага.
– На уху позвать не забудьте.
– Обязательно.
– Смотрите у меня!
– Так точно.
– Ну, я пошел.
– Я слежу за вами! – крикнул он уже с мостика.
Начало смеркаться. Солнышко, покрасневшее от дневных трудов, приложилось уже щечкой к берегу и собиралось за него закатиться, когда за спинами у рыбаков кто-то вежливо покашлял.
– Ребята, а рыба есть? – спросил явный заводчанин. – А то мы с ребятами того, а закусить у нас не того вообще.
– Есть, – кивнул Максим на ведро.
– А поделитесь?
– А вы нам что?
– А мы вам вот! – и заводчанин показал полторалитровую бутылку «Тархуна», в которой был налит явно не «Тархун». Потому что все знают же, что прозрачного «Тархуна» не бывает.
– Самогон?
– Обижаете, господа! Чистейший спирт!
– Да тогда вообще о чем речь! Забирайте!
– Все ведро?
– Да прямо с ведром, чего уж там!
– Вот спасибо-то!
– И вам нижайший поклон!
– Ну нам-то за что, мы для своего родного флота, знаете!
– Ой, так и мы для вас тоже!
– Ну семи футов вам, как говорится!
– А вам пятилетку за четыре года!
– Да чур меня, чур!
– Так и нам семь футов под килем маловато!
– Ну бывайте!
– И вам не хворать!
Миша открутил пробку:
– Ну нормально пахнет, даже не резиной.
– Дай-ка! – протянул руку Андрей и отхлебнул. – Да вообще хорошее, не обманул.
– Ну и мне тогда плесните, а то клюет уже вяло и скучно сидеть.
Механик Петров, когда ночью к нему в каюту кто-то настойчиво заскребся, проснулся, заволновался, что что-то случилось, но потом вспомнил, что лодка в базе и прочно привязана к земле, вздохнул с облегчением и открыл дверь.
– Мы это… – густо дохнули на него перегаром старлеи, – как обещали. Рыбы вот. Принесли вам.
Механик Петров даже не сразу понял, что вообще происходит, и молча взял пакетик с чем-то трепыхающимся внутри. Нет, он же сам был моряк и знал, что моряки парни отчаянные, дерзкие и ничего не боятся, но чтоб вот так вот и не бояться его, самого главного механика на борту, – это было для него откровением.
– И вот еще, – в бутылке из-под «Тархуна» плескалось грамм четыреста, – тоже вам.
– Вы чо, вообще того? Адекватные вообще?
– Случайно вышло, – пробубнил Андрей.
– Мы вообще и не хотели даже, – добавил Миша.
– Просто от азарта. Рыбацкого. Но мы никому не попадались! – подытожил Максим.
– А мне?
– А вам мы вон, принесли.
Механик с удивлением посмотрел на свои руки.
– Да я не про принесли. А про то, что попались.
– Так не совсем чтобы и попались.
– Мы добровольно же.
– От чистого сердца.
– У нас завтра выход. Вы в курсе хоть, алкоголики?
– Да у нас все готово.
– Вообще все в порядке.
– И никакие мы не алкоголики. Чем тут заниматься-то еще?
– Так, прочь с глаз моих, пока я еще сонный и гнев клокочет в глубине моего сердца!
– Спасибо.
– А рыбку мы почистили даже.
– И «шило» такое, вот вообще, шесть звезд.
– Прочь. С моих. Глаз.
– Да заебали вы, – из соседней каюты вышел сонный замполит, – мне в море завтра, а они поспать не дают. Что тут за собрание первичной маслопупой ячейки?
– А тебе перед морем зачем спать? – уточнил механик.
– Чтоб в море спать тоже!
– Будешь? – механик показал бутылку.
– Это оно?
– Оно самое. Рекомендации лучших синяков БЧ-5!
– Ну можно, да. Тогда в море не страшно будет идти завтра, правильно?
– А так тебе страшно?
– Нет. Но это удобное оправдание бытового алкоголизма. Ща, штаны надену и зайду.
– Пронесло вроде, – прошептал Максим друзьям, – разбегаемся по норам!
– Чего ты шепчешь, я же все слышу! – возмутился механик. – И копытами сильно не стучите, а то старпома разбудите!
Следующим утром механик Петров был хмур.
– Не выспались вчера, Александр Семенович? – уточнил командир, собираясь на мостик.
– Нет.
– В смысле «да»?
– Да. «Нет» в смысле «да».
– Ну смотрите тут! Швартовка, узкость – кофе себе подать прикажите.
– Обязательно.
– Справитесь?
– Не извольте сомневаться.
– Да от него перегар же, – зашептал старпом командиру, догнав того на перископной площадке.
– Да ладно? А я думаю, что за одеколон у него такой!
– Надо же…
– Слушай, хочешь совет?
– Так точно!
– Не трогай ты его, целее будешь.
Но долго старпом терпеть не мог: на мостик его не взяли, больно надо потому что, там и так народа топчется, а в центральном сидеть скучно просто так – надо же командовать, а чем тут командовать? И механик этот… Спит, что ли?
– КП один пять! Как работают турбины?
– Турбины? – открыл один глаз механик Петров, потом подумал и закрыл его обратно. – За-е-бись работают.
– Как вы отвечаете на мои команды! Вы должны отвечать: «Обе турбины работают вперед шестьдесят!»
– А откуда вы знаете, что шестьдесят?
– Так я же вижу!
– А на хуя тогда спрашиваете, раз видите?
Промолчать. Вот одно из самых простых, но важных искусств, которое не всем дается.
– Я доложу о вашем поведении!
– Да кто бы сомневался.
И новый день, едва начавшись, решил механика Петрова поддержать: пока он просыпался, подводники успели отдать швартовые и вон уже как шпарят в море. А выйдя из узкости, опять начнут от него прятаться под водой, ищи их потом, жди, волнуйся – так думал день и тоже хмурился.
Трешечка
– Кто приезжает, я не понял? – Командир дивизии посмотрел на помощника дежурного, принесшего ему телефонограмму.
И весь остальной штаб дивизии (заседание которого проходило прямо сейчас) тоже посмотрел