Читать интересную книгу "Акулы из стали. 5 в 1 - Эдуард Анатольевич Овечкин"

только начальных стадий развития этого отношения. Тем более среди бывалых морских волков. Это молодые, пришедшие недавно из учебок и с ходу столкнувшиеся с дефицитом на флоте всего, начиная от обмундирования и заканчивая временем на боевую подготовку, берегли свой инструмент тщательнее, чем некоторые берегут новые платья или окружающую среду, – буквально спали с ним. А эти, взращённые на советском зиповском изобилии, до сих пор ещё не обрели до конца чувство того, что и отвёртки с гаечными ключами имеют свойство заканчиваться.

В итоге их месячное вялое противостояние окончилось ничем. Турбинисты подарили Игорю ключ на четырнадцать, потому что им такие маленькие размеры всё равно не подходят даже в носу поковыряться, а механик выдал Вите отвёртку, пару раз натолкнувшись на него с ножиком, который Витя носил вместо отвёртки наперевес, и здраво рассудив, что лучше минус одна отвёртка, чем минус очередной пучок его нервов.

Родные же их инструменты в это время медленно покрывались тоской, пылью и ненужными бумажками в моём сейфе, и, сказать честно, я про них вовсе и забыл, и так бы они и лежали там до сих пор, если бы Вите не понадобились красномедные прокладки для манометров. Так как вещь это была дефицитная, то и хранилась она, само собой, в сейфе, хотя какое им вообще можно найти применение за пределами подводной лодки – лично для меня загадка, ну разве что в чаек ими покидаться. Отдав Вите ключи, я продолжил ковыряться с не помню чем я там ковырялся, но точно помню, что в трюме. И минут через несколько такое странное чувство, что какая-то новая субстанция вокруг меня начала сгущаться и вроде как даже светлее стало, что ли.

А, так это же праведный гнев пылает – точно! Обернувшись в сторону предполагаемого эпицентра, я обнаружил не один, а целых два источника этого искреннего чувства.

– Анатолич, – сурово сказал Витя, – знаешь, что мы обнаружили в твоём сейфе?

– Да! – подтвердил Игорь, хотя подтверждать ещё было нечего.

– Нет, – говорю, – не знаю.

– Мою отвёрточку!

– И мой ключ!

– А, точно! Ведь именно туда я их и положил!

– Так это ты их спиздил у нас, получается!

– Так, товарищи мичманы, стоп дуть! Давайте идентифицируем определения, которыми вы оперируете: отвёрточку я подобрал возле компрессорной станции, а ключ – на пусковой станции центробежного насоса. Дело было поздно ночью, когда вы глушили пивас у кого-то из вас на дому, вокруг никого не было, и инструменты явно не помечены, то есть слово «спиздил» тут можно применить с о-о-о-очень большой натяжкой. Я бы употребил слово «нашёл», например.

– Не, ну мы же потом искали. Ссорились из-за этого. Чо ты молчал-то?

– А ждал, пока страсти накалятся и вспыхнувшее пламя закалит вашу дружбу, как сталь. Так что я попросил бы тут на меня глазами не сверкать, сами проебали – сами на себя и сверкайте.

Стоят, пыхтят, с ноги на ногу переминаются, но остывают уже. С технарём главное что? С технарём главное – не поддаваться на его гнев и не показывать слабину, иначе сожрёт и как зовут не спросит. А так творческая натура и двигатель прогресса быстро затушат в нём пыл. Попробуйте как-нибудь на телемастере или кто там у вас из технарей под руками крутится.

– Ладно, Витя, – говорит в итоге Игорь, – я пошёл, мне надо там доделать. Слушай, а дай мне отвёртку, не помню, куда свою дел.

– На. Только верни.

– Обижаешь! Минут через двадцать принесу.

– Витя, – спрашиваю я, когда Игорь исчезает, – это что сейчас было?

– Что «это»?

– Ну вот это вот: «дай мне отвёрточку, сейчас принесу»?

– Ну а что такого-то было?

– Ну вы же месяц из-за этой отвёрточки дулись друг на друга! Меня сейчас чуть не убили за неё же.

– Не, не только за неё, ещё же за ключ.

– Это очень важное дополнение, да.

– Ну у меня теперь две отвёртки же, правильно? Одну можно и проебать. Тем более что отвёртки приходят и уходят, а друзья, знаешь ли, остаются!

– А чего ты у него ключ тогда не попросил? Чем вот ты эти манометры сейчас закручивать будешь?

– Бли-и-ин, забыл же, ну! Пойду сбегаю!

– Ви-и-и-итя! – кричу ему вслед. – Да я пошутил, у тебя же есть ключ!

– А ты?! Ты чем крутить будешь, чтоб мы быстрей всё сделали? Ключи! Надо больше ключей!

Круг опять замыкается, странное чувство дежавю повисает в воздухе и смотрит на меня с надеждой.

«Ну, – как бы говорит оно, – со второй-то попытки придумаешь что покаверзнее?»

Вот даже и не знаю, что ему ответить. Мужская же дружба – вещь довольно специфическая. Не скажу, правда, насчет людей с гуманитарным складом ума, хотя сам люблю относить себя к ним по причине того, что название моей инженерной специальности с первого раза никто повторить не может, а вот про технарей, пожалуй, скажу. Мужская дружба, в отличие от остальных, требующих непременного декларирования с восторгами и взаимными реверансами, протекает тихо и спокойно, берясь неизвестно откуда, может быть, даже с одного взгляда, и постепенно укрепляясь поступками, словами и ещё неизвестно чем. Она не бросается в глаза, не преподносится с гордостью на рассмотрение всем и не требует чёткого описания себя, чтобы подтвердить своё существование, – она просто есть, и всё тут.

Видели когда-нибудь со стороны общение двух друзей, сами при этом оставаясь незамеченными?

– …

– Эх, да…

– А сам-то как?

– Да так.

– И я так.

– А вот тогда, помнишь?

– А то!

– Вот бы ещё!

– Да-а-а…

– …

– …

– Вот такая хуйня, брат.

– Да, брат, понимаю тебя.

А потом они тушат сигареты и расходятся каждый по своим делам. И вы такой думаете: а что это сейчас было такое? И даже и не подозреваете о том, какой глубины философский разговор сейчас произошёл и как он добавил оптимизма, сил и, может быть, даже уверенности обоим его участникам. И при этом они ещё отдохнули от текущих проблем, да.

– Витя, вы вообще с Игорем разговариваете когда-нибудь?

– Конечно!

– На отвлечённые темы и в трезвом уме?

– Тоже бывает!

– А ругались когда-нибудь?

– Нет, а зачем?

Не «из-за чего» или «почему», а «зачем» – это важно,