Читать интересную книгу "'Фантастика 2025-195'. Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко"

Книга заблокирована

небосклону.

Как будто невидимый исполин чиркал гигантскими спичками о купол этого мира.

Короткие, ослепительно-белые, беззвучные вспышки, освещавшие на мгновение огромные куски неба и земли. В захваченной колонии они были тревожным, но привычным фоном, по пять-десять за ночь в разных секторах это нормально, но сейчас…

— Роман… — начал я, но Лунев уже впился взглядом в небо, его лицо под призрачным сиянием «светляков» стало мертвенно-бледным, как мел.

Всполохи учащались с пугающей скоростью.

Не в два, не в три — в десять раз!

Их стало двадцать… тридцать… пятьдесят… Сотня!

Небо к западу, над предполагаемым путём Строганова и прямо над нашими головами, начало мерцать, как гигантская, бешеная новогодняя гирлянда.

Это был не просто прорыв.

Он был мощный. Возможно, такой же по силе, как тот, с которого тут всё и закрутилось.

Пространство рвалось как гнилая парусина, впуская орды голодных тварей из искажённого мира по ту сторону.

Они падали как дождь из плоти, хитина и клыков на озарённые адским светом участки земли.

И голод, и сама чуждость этого мира делали монстров безумными.

Они кидались на что угодно: на камни, на деревья, друг на друга. А мой «Стриж», с его ярким светом, грохотом механизмов, запахом горячей стали, пота, людей и магии был самым лакомым, самым ненавистным маяком на многие мили.

— ВСЕМ ПРЕКРАТИТЬ РАБОТУ! — мой приказ, усиленный магией воздуха до громового раската, разорвал ночную тишину, заглушив лязг металла. — БОЕВАЯ ТРЕВОГА! ВОЗВРАТ НА БОРТ! СИГНАЛЬНАЯ РАКЕТА — ОРАНЖЕВЫЙ!

Оранжевая звезда, шипя и искрясь, рванула в небо с кормовой башни, освещая на мгновение перекошенные от ужаса и непонимания лица рабочих внизу, застывший в воздухе рельс, широко распахнутые глаза Лунева.

Лязг и гул сменились взрывом криков, команд, топота сапог по металлическим трапам.

Кран замер.

Маги воздуха рванули к своим постам у краёв палубы, их лица стали масками концентрации.

Буквально через минуту, как только последний рабочий втащил на борт инструменты, первая волна тварей, пахнущих серой и гнилью, накрыла нас рёвом и лязгом когтей по броне.

Глава 21

Следующие тридцать шесть часов можно было охарактеризовать лишь двумя словами: пляска смерти.

Бой обрушился какофонией звуков, способной свести с ума любого.

Дикий вой тварей сливался в протяжный стон, лязг когтей и хитина по броне напоминал стук града по жести, шипела едкая слизь и кислота.

Над всем этим висел рёв магов, выпускающих заклинания, и хриплые, перекрывающие грохот команды Рыбакова.

Твари лезли со всех сторон: каких-то просто немыслимых размеров прыгунцы, больше похожие на крупную собаку, чем на жабу, пытались попасть на палубу с валунов; скорпионоподобные монстры методично долбили бронированные борта хвостами с каменными набалдашниками; змеевидные твари пытались заползти в любую щель, а пульсирующие студенистые массы облепляли орудийные башни, выделяя дымящуюся слизь, разъедающую сталь и камень.

Крупные летуны, которые почти всегда появлялись в новых масштабных прорывах, отсутствовали. Видимо, их внимание привлекла мясорубка у Строганова.

Но на поезде горячих мест хватало и без них.

По всему нижнему ярусу «Стрижа» с характерным скрежетом распахнулись стальные щели-бойницы. Из них ударили снопы пламени магов огня, включая Кучумова; ледяные копья и сковывающие потоки холода немногочисленных магов воды; сгустки сжатой земли и острые каменные шпоры магов земли, включая меня и Чернова.

Конвейер смерти заскрежетал.

Лица в амбразурах были искажены гримасами концентрации, пот стекал ручьями по саже и крови.

Буквально через полчаса этой мясорубки воздух пропитался смрадом горелой плоти, озона и разъедаемой кислотой стали.

— Держать строй! Не пропустить! — слышался настойчивый голос Рыбакова из громкоговорителей во всех помещениях и на палубе.

Сергей Иванович стоял в рубке, прильнув к смотровым щелям, как капитан в девятый вал. Его глаза метались, оценивая поле боя.

— Носовые орудия — шрапнель! Сектор «Альфа», скопление у насыпи! Кормовые — заряжай красными макрами! Цель — студень у правого борта! Пулемётчики на башнях — веерный огонь! Не подпустить прыгунцов к рубке! Землемаг на палубе — грунт под левым бортом проседает! Укрепить!

Волынский занял место у корабельного артефакта защиты.

Вскоре воздух вокруг всего бронепоезда сгустился, заструился, стал видимым в отблесках вспышек: гигантский, дрожащий, синевато-стальной купол. Он не был непробиваемым щитом. Это демпфер, гаситель ударов.

Твари врезались в него, как в упругую сеть, замедлялись, и прыжки теряли сокрушительную мощь.

Без демпфера нас смело бы первой же волной.

Волынский стоял недвижимо, лишь лёгкая дрожь в вытянутых пальцах выдавала чудовищное напряжение.

Рядом ординарец держал наготове синие макры и флягу.

У левого борта студенистые массы слились в одну огромную пульсирующую лужу едкой слизи. Она шипела, разъедая камень насыпи и уже подбираясь к металлу корпуса.

Кучумов, поднявшийся по моему приказу на палубу и теперь сопровождающий меня, словно верный пёс, открыл огонь по тварям огненными шарами, но я предложил вариант получше.

Виталий сжал руки перед собой, и из ладоней вырвались два тонких, раскалённых добела луча, точь-в-точь как сварочные горелки. Они упёрлись в массу. Та зашипела яростнее, забулькала, закипела, улетая чёрным вонючим паром.

— Суши их, Виталий! Суши до угля! — донёсся чей-то крик из амбразуры.

Через минуту на месте склизкой твари осталось лишь дымящееся чёрное пятно и горстка спёкшегося шлака.

Это было простое решение: концентрированная теплота вместо рассеянного огня.

Тварей меньше не становилось, как только удавалось отбиться от группы или крупной особи, представляющей опасность, появлялись всё новые и новые.

Гигантский скорпион, размером с двух быков, методично бил каменным набалдашником хвоста по куполу Волынского. Вскоре к нему присоединился ещё один, и ещё.

Купол прогибался, издавая низкий угрожающий стон.

Я ощущал вибрацию под ногами от постоянных атак монстров.

Вместо того чтобы пытаться пробить броню каменным шпилем, что было малоэффективно против таких массивных монстров, я сосредоточился на почве под ними.

Земля под передними клешнями внезапно разжижилась, превратившись в зыбучий песок. Чудовища с отвратительным хлюпом погрузились по грудь, потеряв опору и яростно забив конечностями.

В этот момент десяток острых каменных игл вырвался из земли вокруг ямы, пронзив уязвимые сочленения лап и брюха.

Хруст хитина был слышен даже сквозь грохот битвы. Скорпионы издали пронзительный свист и затихли.

Это была нестандартная методика для сражения с тварями. Здесь обычно все старались бить прямо в лоб.

Почувствовал на себе пристальный взгляд Волынского.

Он быстро отвёл глаза, словно был студентом, которого на экзамене заметили за списыванием с соседа.

Огромный прыгунец, крупнее других, покрытый шипастой бронёй, сумел прорваться сквозь завесу огня и вцепился когтями в борт прямо под амбразурой,