Читать интересную книгу "Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов"

не в восторге от этой идеи – но в этот раз мать и её сторонники одержали блестящую победу.

Долгие подковёрные игры стоили того. Сейчас в народе мать обожали – особенно после её объединения со служителями. В сотнях храмов Души и Мира изо дня в день говорили о жертве, любви, служении. Омилия считала, что то, что там предлагают, не слишком отличается от того, чего хотели для людей (или, точнее, от людей) континента каменные, но, что ни говори, обёртка у них была куда приятнее.

А обёртка имеет в политике решающее значение – куда более решающее, чем содержание, это Омилия усвоила давно.

Конечно, ситуация могла измениться в любой момент. Отец тоже никогда не прекращал действовать. Но пока что Корадела выигрывала в поединке за людскую любовь – поединке, не прекращавшемся уже много лет.

Впрочем, во многом другом отец опережал её, и с этим нельзя было не считаться.

– Я тоже постоянно молюсь, матушка. За тебя – и за то, чтобы Душа уберегла тебя, а Мир придал тебе сил.

«Теперь ты уйдешь? Вряд ли».

– Спасибо, дорогая. – Владетельница потрепала её по щеке, затем осмотрела кончики пальцев. – Ты не используешь муку. Почему?

«Началось».

– Сейчас ведь утро, матушка. И мы не ждём приёмов…

– Тем не менее, одного гостя ты уже приняла. Разве нет?

Конечно, она была в курсе. Странно было бы, если нет, и всё-таки Омилия с трудом удержалась от вздоха досады. Совершенно не имело значения, что последней репликой она так подставилась. Мать в любом случае заговорила бы об этом.

– Да, приняла.

– Но ушёл он как-то рано. Интересно, почему.

Омилия пожала плечами.

– Наверное, ему тоже не понравилось моё печенье. Что-то оно никому не нравится.

– Ну, не расстраивайся, дорогая. Отдай его своей служанке – она у тебя такая смышлёная. Нужно её отблагодарить.

Намёк? Угроза? Случайность?

– Спасибо за совет.

– Всегда рада помочь своей дочери. Ведь ты знаешь, Омилия, что для меня нет ничего и никого дороже в этом мире, чем ты. Ты – моё будущее, более того… Будущее всей Кьертании.

«И все мы понимаем, к каким выводам это ведёт».

– Кстати, как тебе молодой Раллеми?

«Резкая смена темы – не к добру». Эту манеру Омилия переняла у матери, и поэтому прекрасно знала, что она путает, сбивает с толку, чтобы потом резко и внезапно начать обстрел вопросами, действительно имеющими значение.

– Мальчик как мальчик. Я показала ему Сердце Стужи в парке.

– Очень любезно с твоей стороны. Его отец сказал, что юный Дерек сражён тобой.

«Ещё бы».

– …Не может ни есть, ни спать. Живёт ожиданием новой встречи. Я пригласила их на предстоящий бал – и дала согласие на первый танец с тобой от твоего имени.

– Благодарю за заботу.

Значит, мать всё же продолжала копать в сторону внутреннего брака. Упорства ей не занимать. Союз с одной из богатейших семей Кьертании упрочил бы финансовое положение Химмельнов – и позволил погасить внешние долги, о которых вне дворцовых стен не было широко известно. Отец-то прекрасно представлял себе размеры долгов, само собой, но его они волновали мало. И союз с кем-то из стран внешнего мира – например, с Вуан-Фо или Рамашем и их техническими чудесами, не зависящими ни от препараторов, ни от дравта, – прельщал его куда больше.

Омилия представила себя рядом с принцем жаркого и шумного Рамаша, в хрустящих золотых тканях, с прикрытым газовым платком лицом, с короной размером с дом на голове, сидящей долго, молча и неподвижно во время всех утомительных приёмов и вечеров, собраний и заседаний… Её передёрнуло.

По сравнению с этим брак с дурнем-купцом, может, был не худшей перспективой. По крайней мере, она останется дома.

Вот только Омилии никогда не нравилось выбирать из двух зол.

– Кстати, про бал… Я слышала от надёжных источников – ты их не знаешь, моя милая…

«Как всегда. Это Магнус, что ли, её постоянный «надёжный источник»?»

– Что Биркер планирует там появиться.

«В этот раз – не Магнус. Биркер его ненавидит».

– Ты ничего не знаешь об этом?

– Честно говоря, нет.

Мать озабоченно покачала головой.

– Так я и думала. Что за безумная идея, не правда ли? На Биркера это не похоже. В его состоянии присоединяться к шумным сборищам… Возможно, мне стоит с ним побеседовать?

«Попробуй – я бы на это посмотрела».

– Ты так заботлива, матушка.

Кажется, она переборщила – глаза матери недобро блеснули.

– Я очень люблю тебя, Омилия, и многое готова тебе простить, но не дерзи.

– Прости, мама. Я ничего такого не имела в виду… Правда. Просто Бирк… Биркер, я думаю, не станет тебя слушать. Он никого не слушает, ты же знаешь.

Корадела смягчилась:

– Безусловно. Он порочен и взбалмошен, и, как бы ужасно это ни звучало, порой я думаю, что, быть может, Мир и Душа хотели, чтобы случившееся с ним удержало его от необдуманных поступков…

Омилия промолчала – и сразу же возненавидела себя за это молчание. Но вступаться за Бирка в разговоре с матерью было бесполезно – и опасно.

– Я пришла, чтобы поговорить об Эрике Строме.

Это не было неожиданностью – Омилия ни на минуту не расслаблялась в присутствии матери, и к этому разговору была готова.

– А что с ним? – спросила она как можно более небрежно.

– Ты знаешь что. – Мать откинулась на подушки, мнимо расслабленная, опасная. Её взгляд не отпускал ни на секунду – пришпиливал, как булавка насекомое.

Омилия знала, что именно сейчас лицо не должно подвести её. Дёрнувшийся уголок рта, отведённый взгляд, даже лёгкий румянец на щеках – от Кораделы ничто не укроется. Но Омилия родилась во дворце и была дочерью своей матери – поэтому она смотрела на владетельницу спокойно, почти скучающе, и щёки её оставались бледны.

– Честно говоря, не знаю.

– Ты привлекаешь внимание, Омилия. – Теперь она говорила прямо, а значит, первый тест был пройден успешно. – Стром – один из Десяти, поэтому протокол позволяет его визиты к членам дома Химмельнов. Но ты – незамужняя девушка, и ваши разговоры один на один неуместны.

– Я общалась с Дереком Раллеми один на один, и со многими другими гостями…

– С благородными – да. Но к Эрику Строму это не относится. Даже если бы он происходил из знатной семьи – а это, как мы обе знаем, не так – прежде всего, он препаратор. Неподходящая для тебя… Компания.

– Я думала, на препараторах стоит Кьертания. – Омилия дословно повторила то, что не раз слышала в столь любимых матерью храмах, но та и глазом не моргнула.

– Бесспорно, так оно и есть. Именно поэтому мы зовём их на балы, кормим со своего стола, щедро награждаем за подвиги – и хороним с