Кто он, таинственный пришелец
Пролог,
в котором описывается только один факт, к тому же тридцатилетней давности
Весной 1930 года Янковский добирался до заимки Кулика. Почти год назад его, тяжело больного, в полубессознательном состоянии, вывезли с заимки в Кежму, а оттуда в Иркутск, где он перенес сложную операцию. Только через несколько месяцев, бледный, худой, без копейки денег, покинул он больницу. Одна-единственная мысль владела им — во что бы то ни стало дойти до места падения метеорита и опять принять участие в работе экспедиции.
И вот, еще не оправившийся от болезни, пробавляясь случайной работой, он бредет от одного таежного поселка к другому. Наконец перед ним изба Кулика. Янковский входит в нее, взволнованно здоровается. Кулик безразличным взглядом осматривает его и сухо произносит: «Зачем ты пришел? Разве тебе неизвестно, что экспедиция распалась? Все разъехались. Метеорита мы не нашли... Но мы найдем его, черт побери!» — с внезапной страстью восклицает он и порывисто начинает шагать по избе, не обращая внимания на Янковского.
Кулик тяжело переживал постигшую его неудачу. Работы в Сусловской воронке, где ученый предполагал найти метеорит, закончились провалом. Метеорита в ней не оказалось. Это вызвало глубокое разочарование у всех участников экспедиции. Только железная воля Кулика продолжала некоторое время удерживать распадавшийся коллектив. Со свойственным ему упорством Кулик продолжал поиски метеорита в Сусловской воронке, но вскоре и ему пришлось убедиться в ошибочности своего первоначального предположения.
«Где же ты, Тунгусский наш метеорит?» — с тоской вопрошал Кулик в одном из своих стихотворений: он был не только ученый, но и поэт.
У него рождается новая идея. Южное болото — вот центр падения гигантской массы метеоритного железа. Пробив толщу вечно-мерзлых наносов, она вызвала через образовавшуюся брешь подъем подмерзлотных вод. Что касается метеорита, то он лежит там на неизвестной глубине среди тины и ила. Надо требовать новые средства для продолжения работ!
Янковский напряженно ждет ответа. Кулик испытующим взором оглядывает его и, наконец, произносит:
— Ну что ж, оставайся. Я пробуду в отсутствии около недели. Вот тебе недельная норма продуктов. Склад я запечатаю. Ты останешься здесь, будешь вести метеорологическое наблюдение и следить за порядком. Прощай.
...Прошла неделя, другая. О Кулике не было ни слуха ни духа. Продукты кончились. Янковский начал голодать. Порох у него был, но дробь скоро вышла, и ему пришлось призвать на помощь всю свою сообразительность, чтобы найти какой-то выход. Он делал из глины шарики, обжигал их и такой глиняной «дробью» заряжал патроны. Зачастую выстрелы были неудачными, но иногда ему удавалось перешибить крыло взлетавшей утки. Птицы становились все более пугливыми и осторожными. Приходилось все дальше и дальше уходить от заимки в поисках добычи. И вот однажды...
Однажды, отправившись на очередную охоту, он далеко зашел в сторону от заимки и где-то в тайге, неподалеку от русла Чургима, наткнулся на странную глыбу. Глыба имела ячеистую структуру и сверху была покрыта буроватой пленкой. Всем своим видом она настолько напоминала крупный кусок метеоритного железа, что Янковский не мог усомниться в том, что перед ним обломок знаменитого Тунгусского метеорита. С радостно бьющимся сердцем подошел он к глыбе. Вытащил нож и компас. Внимательно осмотрел глыбу. Во многих местах опробовал ее ножом. Проверил компасом. Камень и камень, без всяких признаков железа.
Янковский был разочарован... Считалось, что Тунгусский метеорит мог быть только железным. Здесь железом и не пахнет. Прежде чем покинуть место случайной находки, Янковский еще раз оглядел камень. Эта глыба длиной около 2 метров, при ширине более метра и высоте 80—90 сантиметров, имела настолько своеобразный метеоритный вид, что Янковский решил сделать с нее фотоснимок. В то же время в порыве разочарования он допустил крупную ошибку: не проложил таежный ход с затесами до тропы, которая находилась неподалеку.
Кулик вернулся через месяц, когда Янковский был уже на грани голодной смерти. Увидев фотографию, Кулик разволновался. Стал расспрашивать, где, когда и при каких условиях нашел Янковский эту глыбу, и порывался немедленно сходить и осмотреть ее. Когда же Янковский объяснил, что это не железная, а каменная глыба, то сразу остыл и перестал проявлять по отношению к ней какой-либо интерес. Кулик так и не собрался посмотреть на необыкновенную находку.
Часть 1,
в которой факты и гипотезы еще не сталкиваются друг с другом, так как первые относятся к описанию трудностей похода, а вторые носят чересчур отвлеченный характер
«Негатив затерялся. Отпечаток будем искать», — сообщил мне Янковский весной 1959 года. Это был ответ на письмо, в котором я рассказал ему, что, судя по предварительным данным, собранным экспедицией 1958 года, в которой я участвовал, Тунгусский метеорит был не железным, а скорее всего каменным.
«Каменный» — это слово встряхнуло Янковского. Он вспомнил о своей находке. Неужели еще в 1930 году он подошел вплотную к разгадке таинственной катастрофы? Неужели он своими руками дотрагивался до камня, чье падение из космоса вызвало столь громкий отзвук? Какое счастье, что он хоть сфотографировал его! Начались поиски фотоснимка.
«Нашим раскопкам позавидовали бы «помпейские». Все было перевернуто вверх тормашками», — писал мне Янковский. В том же конверте лежала фотография.
Что должен делать человек, перед которым на столе лежит такая фотография? Особенно если мечта разгадать природу тунгусского дива давно засела ему в душу? Особенно если у него есть и другие основания предполагать, что метеорит каменный? Что должен делать этот человек, даже если ему 62 года и в кармане пиджака покоится пенсионная книжка? Даже если он знает, что Комитет по метеоритам не сможет оказать ему никакой весомой поддержки?
Этот человек должен взять в руки перо, пододвинуть к себе лист бумаги и написать:
«Программа исследований самодеятельной экспедиции 1959 года к месту падения Тунгусского метеорита».
И первым пунктом программы он должен поставить:
«1. Поиски загадочного Чургимского камня и установление его истинной природы».
А затем этот человек должен взять еще один лист бумаги и по возможности равнодушной рукой вывести на нем:
«Смета расходов».
Он должен долго щелкать костяшками счетов, прежде чем поставить последнюю точку. А уж затем он должен отправиться на Ярославский вокзал и купить билет на скорый поезд Москва — Иркутск.
Программа исследования
В полном виде программа экспедиции выглядела так:
«1. Поиски загадочного Чургимского камня и установление его истинной природы.
2. Взятие ряда иловых проб со дна открытых водоемов. (Во время падения метеорита на дне открытых водоемов должны были оседать метеоритная пыль и другие продукты.)
3. Дополнительные наблюдения для подтверждения или отрицания мгновенного лучистого ожога стволов и ветвей деревьев.
4. Исследования характера термокарстовых образований, а также установление мощности торфяного покрова...»
По возвращении из экспедиции 1958 года мною было высказано предположение, что развитые в районе падения многочисленные термокарстовые образования связаны с падением метеоритных обломков. Не они ли, эти обломки, дали толчок к возникновению данных термокарстов, многие из которых продолжают развиваться и в настоящее время? Это предположение надо было проверить на месте.
«5. Уточнение границ зоны массового ориентированного лесного вывала.
6. Прочие наблюдения геологического, геоморфологического и иного характера».
Комментарии к смете расходов
Каверзней всех граф в смете расходов та, что именуется «транспорт». Метеорит выбрал удивительно «неудачное» место для своего падения. Во времена первых экспедиций путь к верховьям речки Хушмо занимал порой несколько месяцев. Сейчас этот срок значительно сокращен, так как до Ванавары можно добраться на самолете. Но от Ванавары до заимки Кулика остается еще 100 километров заболоченной таежной тропы.
Удобнее всего олений транспорт. Для оленя тайга всюду проходима. В летнее время олень способен нести вьюк до 25 килограммов. Однако местный колхоз «Северная искра» располагает очень небольшим стадом оленей, и достать их весьма затруднительно. К тому же арендная плата на оленей умопомрачительно высока.
Пеший вариант, то есть переброска груза на собственных спинах, несмотря на его явную дешевизну, также отпадал по причинам чисто физического свойства.
![Электронная Библиотека [Русские Книги] Читать На КулЛиб](https://cdn.coollib.biz/s20/3/1/6/1/4/2/316142.jpg)
![ВКОНТАКТЕ Электронная Библиотека [Русские Книги] Читать На КулЛиб](/uploads/1736508568_vk_compact.webp)