Читать интересную книгу "'Фантастика 2025-65'. Компиляция. Книги 1-29 - Виталий Свадьбин"

со спины на её плечи опустились широкие ладони. Такие теплые, такие уверенные...

- А, ну, перестань волноваться, - негромкий приказ раздался над её ухом. - Всё не так плохо, как тебе может казаться.

Если бы не сочувственные нотки в его голосе, она, возможно, и сдержалась бы. Держалась же она весь день? Хотя какие только мысли не приходили ей в голову. И о предательстве близких людей, и о подставе. И даже о покушении на убийство. Откуда ей знать - может быть её пытались убить? Попытка оказалась неудачной, её продали торговцам живым товаром, и она оказалась в клубе Юлиана в качестве шлюхи? Держалась из последнего, говорила себе, что не предстанет перед Юлианом с заплаканными глазами. Не получилось. Стоило услышать от него слова сочувствия, как всё, платину самоконтроля разрушило долго копившимися слезами.

- Я не знаю, кто я... Я не знаю, откуда пришла... Господи, я даже не знаю, как меня зовут на самом деле! - жалобно всхлипнула она и поддалась ещё одной слабости - прильнула спиной к единственно опоре в этом грешном, несправедливом мире - к груди Юлиана.

У того помутнело в глазах. Какого черта они творят? Какого черта творит он? На хрена разыгрывает из себя благородного спасителя? Не проще ли использовать девчонку по назначению - и всё?

В груди зародилось чувство протеста. Нет, ему не было знакомо чувство раскаяния или муки совести. Но всё же Джаджен предпочитал жить по справедливости.

И сейчас притупленное похотью это самое чувство справедливости говорило, что он не может нагнуть Лизу раком, переломить её в пояснице, задрать платье, разорвать трусики и отыметь её прямо здесь, на кухне, рядом с плитой!

Он так сделает. Непременно. Но немного позже.

Сейчас ему было её жалко. Потерянная. Испуганная. Ничего не помнящая о прошлом. Да что о прошлом... Какое имя он ей дал, на такое она и отзывается. Как бездомный котенок.

И ещё один немаловажный аспект. Вернее, самый главный.

Её тело.

Примени Юлиан насилие - у него сорвет крышу. Снесет надолго. Так же долго он будет трахать девчонку с телом Лизы. Будет трахать во все дырочки - в киску, в ротик, в попу. Будет раз за разом врываться в её тело, вызывая не стоны удовольствия, а стоны боли. Потому что она человек, а он вампир. И тело у неё с человеческим ресурсом.

Быть откинутым прочь, как тот урод, что намеревался поиметь её в клубе, Юлиан не опасался. Категории прожитых лет были не те. Соответственно, силы разнились в разы.

Мать вашу, он сходит с ума.

Добровольно.

Руки, что покоились на плечах девушки, скользнули к ее груди. Но не к холмикам, а чуть ниже. Легли на талию - фундаментально, основательно. Точно они не раз и не два так поступали. Нашли своё место.

От его рук исходило успокаивающее тепло, несмотря на то, что температура тела у Юлиана была чуть ниже, чем у Лизы. Это она отметила мимоходом. "Не человек", - так он сказал. Ну и что? Пусть не человек. Это её не волнует. Ведь на самом же деле не волнует! Словно она, там, за чертой прошлого, в другой жизни, уже имела дело с не людьми. Относилась к ним спокойно. Не воспринимала, как мистическую выдумку.

Руки - это одно. А вот то, что Юлиан стоял близко - ближе, чем она могла часом ранее представить - другое. Его тело выступило щитом. Защитой. От всего мира.

Большое. Пахнущее дорогим парфюмом и неповторимым ароматом сильного мужчины. Запахом, в который хотелось окунуться с головой и забыться...

Господи, она сходит с ума.

Добровольно.

- Успокойся. И не вздумай плакать. Я тебе обещаю, мы выясним, кто ты, откуда родом и как тебя зовут на самом деле, - произнес Юлиан.

От непоколебимой уверенности, сквозившей в его голосе, мгновенно стало легче. Словно нажали на кнопку: "Включить спокойствие". И Лиза, глубоко вздохнув и выдохнув, постаралась улыбнуться.

- Извини, просто ты... - ее голос сорвался.

- Ничего не говори, я все понимаю, - он провел рукой по ее волосам. - Если ты не возражаешь, то я могу сделать для тебя документы. Имя выберешь любое. Чтобы ты не чувствовала себя безымянной.

- Ты имеешь в виду паспорт? - чуть всхлипнув, она застыла, удивленная его щедростью.

- Да.

- Можно я подумаю?

Предложение казалось более чем разумным, но не следует принимать поспешных решений.

- Естественно. Никто тебя не торопит.

Он отпустил ее, убрал руки, и она моментально ощутила неприятный холодок, возникший там, где он только что трогал ее.

- И мне надо будет ехать в паспортный стол? Или в ОВИР? Или как тут называется миграционная служба? - Лиза поспешно обернулась.

Юлиан никуда не делся. Стоял рядом и смотрел на нее.

- У тебя будет российский паспорт. Что-то мне подсказывает, что ты из России.

- Акцент? - она сжала руки.

- Скажем, совокупность нескольких факторов, - уклонился он от прямого ответа.

Если Лиза и удивилась, то промолчала.

- Российский, так российский, - согласилась она.

На данный момент ей было всё равно. Вернет память, вернет настоящее имя. Сейчас же ей нужен хотя бы какой-то документ. Не хватало ещё, чтобы полиция задержала ее как нелегальную эмигрантку. Не будет же она постоянно находиться в квартире Юлиана.

Лиза принялась варить кофе. Не спеша, не делая резких движений. Двигалась плавно, не гремя посудой. Юлиан прошёл к столу, бесшумно отодвинул стул и сел, положив руки на стол, предварительно сцепив пальцы в замок. Непривычно было видеть женщину, спокойно готовящую ему кофе в его кухне. Женщину, которую он пустил на свою территорию сам.

Тем красоткам, которым доводилось бывать в пентхаусе Юлиана, и в голову не могло прийти сварить кофе. Они привыкли ублажать мужчин в постели, получая за это определенные привилегии. Да и сам Юлиан не желал видеть никого своей на кухне. Кухня - это душа дома. Кто хозяйничает на кухне, тот хозяйничает в доме. Всё очень просто.

Лизе можно хозяйничать на кухне.

Ей можно всё.

- Вот, - Лиза, продолжая испытывать легкий дискомфорт, поставила перед мужчиной чашку с дымящимся напитком.

- А где твоя? - Юлиан приподнял одну бровь.

- Не хочу, - девушка смущенно улыбнулась. - Выпила уже четыре чашки. Если выпью ещё одну, будет передоз.

- Посидишь со мной? - он кивнул на свободный стул.

- Естественно.

А куда ей ещё деваться?

Лиза опустилась на стул,