Читать интересную книгу "Создатель злодейки. Том 2 - Sol Leesu"

блокировать его и отказывать впускать, то это приведет к разрушению.

– Я снова и снова напоминала ему, что его сила ничего не изменит. В итоге он просто стер с карты целое королевство. Тогда он был куда более уравновешен, чем сейчас.

– …

Нет, Киллиан же не сделает такого?

Но я не могла с уверенностью сказать, что это невозможно. Если бы он сделал такое из-за меня, то совершил бы грех, несравнимо больший, чем все предыдущие, и это было бы действительно необратимо.

Мысль о том, что я, возможно, никогда больше не увижу его, заставила меня отвернуться от всего с ним связанного. Но я уже скучала по нему. Я хотела бежать к нему, сказать, что все в порядке, обнять его и утешить.

– А я… могу перестать быть богиней?

Я была бесполезной и приносила только хаос в мир, которым правила.

Посмотрите на меня сейчас. У меня появляются мысли, совершенно недостойные богини. Мне так жаль Киллиана, что я не хочу лишать его власти, если это не является абсолютно необходимым. В конце концов, он всего лишь одно из бесчисленных созданий, рожденных на этой земле.

А я лишь повторяю собственные ошибки: когда-то пренебрегала всеми существами и безоговорочно делала фаворитами только людей; а теперь, прожив так долго в человеческом теле, обрела близких, которых ставлю выше других.

Первым был Киллиан, дальше семья Мертензия, ну и Василий тоже. Честно говоря, я даже не испытываю неприязни к Шарлотте, которая, как мне кажется, не обладает ничем, кроме злобы. Но ее нельзя не любить. Хотя Вернера… я ненавидела до такой степени, что меня раздражало даже его дыхание.

Не знаю, можно ли считать богиней столь пристрастное существо, как я. Если когда-нибудь Киллиан совершил бы непростительную для вселенной ошибку, я без колебаний закрыла бы его собой.

Конечно, мне ведь тоже…

«Достаточно одного лишь Киллиана».

Если бы не моя божественность, из-за которой я не могу остаться в мире людей, я бы отказалась от всего.

Сила?

Насколько она была бессмысленна для меня, раз я отдала ее людям.

Права?

Вместо того чтобы пользоваться ими, я соглашалась с необоснованными притязаниями людей на них.

Обязанности?

Если я ни разу за миллиарды лет не выполнила их должным образом, то о каких обязанностях речь?

Хотели бы люди этого мира такую богиню, как я? Даже мне самой ясно, что роль абсолютного существа мне совершенно не подходит.

– Это возможно, – ответила Резерв.

От этих слов я мгновенно вынырнула из своих мыслей. Я могу отказаться быть богиней?..

– Тебе нужно только передать мне всю свою власть, рожденную частью тебя.

И тут же она честно добавила:

– Но я не особенно рекомендую такой путь. Я твое хладнокровие, то есть неполноценная сущность. Не думаю, что мир под моим единоличным управлением сможет сохранить совершенный баланс.

Она говорила о себе абсолютно здраво.

– Благодаря твоим провалам я управляла миром исключительно с помощью дисциплины. Но было ли это действительно правильным решением? Разве не появились люди, подобные мутантам, угрожающим богам?

Судя по ее словам, Резерв была весьма напугана буйством Киллиана. Она назвала это еще одним «провалом».

Действительно, даже я нахожу идею передачи всей божественной власти Резерв несколько тревожной. Начиная с того, что храм, проводивший эксперименты над людьми, не был наказан просто потому, что он ловко обошел правила, установленные богами. Если бы это зависело от меня, я бы разбила его в щепки.

Хм? Разбила в щепки?

Разве прежняя Экорирв так поступила бы? Кажется, за годы в человеческом теле я изменилась сильнее, чем думала. Исчезла старая фантазия о том, что люди просто очаровательны.

«Видимо, эти бесконечные перерождения не совсем пустая трата времени…»

А я-то думала, что все еще остаюсь беспросветно мягкотелым божеством. Возможно, это заслуга Киллиана, который понемногу помогал мне меняться. Хотя назвать себя «хорошим богом» язык не поворачивается.

Хм. Что ж, выходит, в этом мире нет понятия идеального бога.

Я провела рукой по несуществующему подбородку и ненадолго погрузилась в раздумья.

– В общем…

Хм?

Когда Резерв заговорила, будто только того и ждала, я удивленно взглянула на нее.

– На самом деле мы единственный мир в этом секторе, где бог один.

– …

Когда-то мне казалось, что это само собой разумеется.

Именно поэтому я назначила Резерв единоличной богиней, когда писала книгу.

– Управлять целым измерением в одиночку слишком тяжело.

В одного делать так много работы?! Это ж подохнуть можно!

В жалобном тоне Резерв я неожиданно уловила сильное дежавю. Да, я тоже когда-то до боли хорошо понимала это состояние. Даже не когда-то, а наверняка много раз. Это совсем не казалось чужой проблемой.

– Как бы ни помогали ангелы, все равно остаются места, куда моя рука не успевает дотянуться, или ситуации, в которые я вмешиваюсь на шаг позже, чем нужно. Честно говоря, после ухода Экорирв мир почти на грани развала.

– Очень жаль, что так получилось…

– Думаю, ты чувствовала, что миру грозит опасность, и потому написала тот роман.

Минутой раньше она говорила, что я писала его, желая счастья конкретному человеку. Каждое ее слово сейчас звучало отчаянно.

– Что ты об этом думаешь?

– О чем именно?

– На той Земле, где ты в последний раз жила, вроде была такая поговорка: «Лодка, которой пользуются две семьи, протекает». Она означает, что у разных людей свой устав и без единого подхода любое дело или вещь быстро становятся неэффективными. Проще говоря, у семи нянек дитя без глазу.

Резерв, по сути, пытается сказать: «Начальник, пожалуйста, наймите еще сотрудников».

Решение, конечно, грандиозное, но пока ко мне не вернулась память, все это звучит чересчур нереально и туманно.

– Я… могу создать бога?

– Почему нет? Ты же создатель этого мира.

Ух ты… Не знаю, что именно это значит, но звучит так, будто я прям великая…

Впрочем, если подумать, мир, который я считала просто романом, в точности воссоздал каждого персонажа. Значит, похоже, я и правда его творец.

Тогда… если так…

– Нанять тоже можно?

– Извини, что?

Я хотела спросить, можно ли сделать Киллиана богом, но это прозвучало бы так, будто я собираюсь по блату протащить возлюбленного, как похотливый директор протаскивает в руководство любовницу. Язык не поворачивался спросить прямо.

Но даже без слов Резерв моментально уловила мой посыл и впервые скривилась так, словно прожевала что-то отвратительное.

– Мне не доводилось слышать, чтобы человек становился богом. Кроме того, он ведь ненавидит богов.

Пускай, но ему все равно – бог я или демон, лишь бы была рядом.

– К тому же он всю жизнь, как колдун,