Читать интересную книгу "Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин"

не станет. Сгниешь страшно, от боли выть будешь! Оба будете! Богам своим сраным молиться во тьме и страшном страдании! Эй, куда твой сопляк пошел? Послушал бы лучше, что его ждет, урода толстоносого.

— Так молиться сраным богам и пошел. В прямом смысле. Рыба-то хороша, но жирновата, — пояснил Ква.

— Так вы почти ящик сожрали, да бесполезно измяли! Это же надо такими тупыми олухами быть⁈ Думаете Чииза вас обцелует, сладко сдохнуть даст? Нет, сразу в Трюма!

Про таинственную, но определенно зловещую Чиизу понять было сложновато, остальное складывалось. Непосредственно на островах тружеников проживает здесь несколько сотен, работают, ежедневный продуктовый и иной налог-оброк высок, собственно, кроме налога ничего и нет — оставляют чуток самим пожрать, да ночью отдохнуть, иных излишеств и пороков разумно не допускается. Рыбакам, ныряльщикам, собирателям орехов и засольщикам моллюсков, всё равно деваться некуда. Островов сотни, но крошечные, на них разве что взбунтовавшийся краб укрыться сможет от всевидящих налоговиков Султаната «Крепа». Собственно, без великодушной выдачи с корабля инструмента, крючков, грузил, очков для ныряния, выжить крайне сложно.

«Крепа» — центр мира и чертог сияний разума. Мастерские, больничка, лекарства, ромовый завод, дворец Султана, гарем (есть надежда у девушек на романтику, есть!), фесты-праздники. Ткани ткут (судя по укороченным штанам коптильщика, ткут так себе), оружие делают, лодки строят, корабли водят — цивилизованная цивилизация!

Про корабли и лодки было интересно, но складывалось впечатление, что максимум лодочного конструирования — вон он, на песке стоит, кривоватым балансиром красуется. Видимо, имеется проблема сырья, для прогрессивного судостроения пальм маловато. Но не исключен вариант «нахрена потеть, рыбаки и так поплавают». С кораблями было сложнее: термины «бриг», «шхуна», «катамаран» здесь знали, но что-то не видно многочисленных парусов на море. С другой стороны, примерно под тысячу или чуть больше «вольных островных рыбаков», да на «Крепе» население погуще, ну, максимум до двух-трех тысяч дотягивает, зачем такому народцу целый флот приличных судов? Похоже, особо далеко им уйти попросту не удается.

— … думаешь удрать? Все вы, чужаки, на то надеетесь. Только — во! — коптильщик показал выставленный коричневый средний палец. — В Трюма! Такая ваша судьба!

— Что-то ты меня запугал, — признал Ква, отпивая из ореха прохладную, но не особо вкусную кокосовую жидкость. — И что, никак не отвертеться? Я, может, обжиться здесь хочу. С чистым сердцем служить Султану! Мне ж тосковать не по кому, я со всем своим добром к вам прибыл. Женюсь заново, начну верноподданных Султанату плодить. Тут, кстати, как с бабами? Есть?

— Жениться? Прожрал ты свой шанс, дурень. В Трюма тебя! Понял? Трюма тебе и всё! Жениться он возмечтал, а⁈ Я, может и сам лишь два раза женат был. Это не каждому дано. Заслужить надо!

— Да? Вон оно как у вас. А чего с твоей первой жену случилось-то?

— Как чего? Срок вышел, развели. Другому она дадена. С этим строго, календарь, дни по счету, тут не схитришь. Зачал — не зачал — развод! Закон есть закон. Да тебе-то что за дела? Не видать тебе женитьбы. Трюма тебе! Вон — восемь рыб сожрали!

— Где же восемь⁈ — возмутился Ква. — Не больше шести.

— Восемь! А то я не считал. Твой сопляк как не в себя пихает. Ну, вам-то уже все равно, теперь хоть весь ящик приканчивайте. Трюма вам! А что мальчишка твой мне весь остров загадил, так про то я особо доложу! У меня тут пищевой объект!

— Сразу нужно было предупреждать, — проворчал Ква. — Про объект ты молчал, не удосужился четко указать. Ты, брат, теперь соучастник.

— Я⁈ — коптильщик подскочил. — Вину свалить норовишь⁈

— Э, давай спокойнее. Может, просто промолчим? Что рыба, мелочи жизни. Ну, не ловилась сегодня, на глубину ушла. Завтра наверстаешь.

— С какой стати мне молчать⁈ Я Султана обманывать не буду! Ему боги власть дали, пусть и властвует. И ты мне не грози! Рот не заткнешь! Подумаешь, нож у него. У меня вон — истинная сталь! — правоверный абориген внезапно, хотя и не очень обоснованно, рухнул с табурета, перекатился, осыпав песком из-под ног коптильню и Ква, метнулся к навесу…

Бывший вор вздохнул. Обязательно вот этак, обязательно буйно надо.

…коптильщик сорвал висящий на веревке гарпун, торжествующе взмахнул:

— Оба встали на месте! Руки от ножей держать подалее! Сейчас сборщики приплывут, сдам вас! И скажу, что богохульствовали на Его Сиятельность Султана!

— Я вообще молчал! — обиделся Фратта.

— Но жрал много! — отрезал зоркий коптильщик. — Еще и ходил туды-сюды, чтоб побольше влезло. А оно — копченое — все султанское!

Ква встал.

— Сиди! — немедля взвыл коптильщик.

— Эй, ты осторожнее. Оно же у тебя острое, — намекнул бывший вор. — И уж командуй как положено. А то «оба встали на месте, ты жрал, ты не жрал, ты сиди!». Арестовал людей, так не путай, приказывай внятно. Аресты — это строгое и ответственное дело.

— Ах ты!…

Закончить мысль суровый абориген не успел — Ква нырнул за достаточно громоздкую коптильню, метнул на ходу подхваченную палку-кочергу…

…обугленный кончик палки угодил коптильщику в щеку. Понятно, насмерть не сразил, только кожу ссадил и испачкал, но перепуганная цель немедля ударилась в панику и прыгнула в сторону пальм…

…догнать было несложно. Ударил вор милосердно, под лопатку. Рыбу бедняга коптил славно, а что глуп и судьба такая, так с каждым может случиться.

— Это тебе, — сказал Ква, подавая гарпун вышедшей из укрытия Телле. — Как говорит Светлоледи, — «задача ясна»? Манеру и внешность усвоила? Или еще вблизи глянуть нужно?

— Нет. Покойники меняются, на живых они не так похожи. Я уж думала мне самой пальнуть придется. Там уже плывут эти, сборщики…

— Не надо пулять, куда бы он делся, — Ква забрал у девчонки арбалет. — Даю два мгновенья для объяснения верному кавалеру, что и как ты сейчас будешь делать. Особенно не рассусоливай, но насмерть охреневший он нам не нужен.

— Вообще-то, он подготовленный. Частично, — Телле взглянула на напрягшегося друга. — Видишь ли, Фратта…

Ква не слушал, тактично отошел. Разбирал арбалет, повязал голову унаследованным от хозяина коптильни платком, вообще-то головной убор больше на тряпку походил, но тут квартала лавок нет, выбор узок. Эх, жизнь. Одни гибнут за свою глупость и Султана, другие в сопливом возрасте во взрослые игры начинают играть. Впрочем, когда оно иначе-то было?